Игра в Зеркало

Ручка их двери медленно поворачивалась и через мгновение в комнату с криками и проклятиями ворвалась Сетсуко. В руках у неё была острая катана. Она разрезала воздух во всех направлениях. Джен в испуге оттолкнул жену к стене, вытянул простынь и с размахом набросил его на тещу. Та, в свою очередь, продолжала нападение, несмотря на висевшую у неё на голове чёрную простынь. Сетсуко всё же зацепилась ногой за простынь и в попытках скинуть её с себя, споткнулась и упала на пол. Джен быстро набросился на неё сверху, затянул простынь на шее Сетсуко и завернул ей правую руку за спину. Она барахталась и орала как бешенная. Катана находилась у неё в левой руке и она никак не хотела отпускать её. Аико видя происходящее, подбежала, и с размаху принялась выбивать ногой «Катану» из руки матери. Наконец ей это удалось.«Катана» выпала и Аико мгновенно подхватила её.

Джен! — кричала она. Джен! Затяни крепче. Крепче затяни простынь!

Джен всё крепче затягивал простынь на шее Сетсуко, но она продолжала барахтаться и хрипеть. Он посмотрел на жену и оцепенел. Аико занесла меч над головой матери. Джен немного опомнился и вскрикнул.

Аико! Аико! Что ты задумала?! Остановись.

Аико не слышала его слов. Джен только успел отпрянуть в сторону. Острое лезвие «катаны» с визгом всадилось в шею Сетсуко, и голова её, в мгновение скатилась вниз. Багряная струя крови брызнула на пол. Кровь из её тела беспрерывно лилась и лилась… Аико выронила меч из рук и упала в беспамятство.

Они закопали её тело под деревом сакуры на заднем дворе и никогда больше не вспоминали о ней. Сетсуко больше никто не видел… И вот они стоят здесь. Слёзы медленно стекают по щекам Аико и она садится на колени и опускает голову в глубочайшем почтении перед матерью. Из огромного настенного зеркала вылазит большая когтистая рука, за ней вторая. И перед ними предстаёт Сетсуко. Её внешность потрясает и устрашает. Она больше не человек, она демон. На спине её ветвятся чёрные остроконечные крылья, а из острозубого рта вытекает серая слизь. Тело её напоминает дикую хладнокровную тварь, которую ещё никогда не видели люди. Кожа её гладкая, бледная и морщинистая. Оно открывает свою пасть и из неё, как из червоприточины вырываются отрывки слов.

Мне нужна душа одного из вас?! Кто… из вас останется здесь?

Джен поднимает свою руку.

Так тому и быть! — восклицает демон и схватив тело Джена затаскивает его в зеркало. Садаки подбегает к голове матери и берёт её в свои руки. Черные простыни наполняют комнату и наступает черная беспроглядная тьма.

Аико просыпается. Голова и тело на прежнем месте, а рядом с ней, прижавшись, и дрожа от холода и страха, лежит её единственная дочь Садаки. Она обнимает её и плачет, ведь Садаки единственный человек в этой истории, которой достоин жить.

Луна была особенно красива в эту ночь, а за окном пели свою песню сверчки, даже и, не подозревая, что их музыка для кого-то звучит в эту ночь, как реквием…