Этой ночью нужно непременно заснуть. Я и так не спал уже двое суток. Две ужасных бессонных ночи, когда просто лежишь с закрытыми глазами, и больше ничего. За что мне такое наказание? Ни в эти дни, ни до этого не происходило ничего примечательного, волнующего или даже запоминающегося.
Добавить в моё избранное
18 мин, 1 сек 16773
Из них получаются сны, если спишь беспокойно, и полный провал — если спишь крепко. Все это я досконально изучил на себе.
Не знаю, какие там образы были, лишь последний запомнил, проснулся из-за которого. Темный силуэт трясет за плечо. Ради сна будешь замерзать? Даже не знаю, кто это спросил, я или он. Проснулся и резко сел в снегу. Господи, кошмар какой! Стал подниматься, а от страха обернуться боюсь, словно этот кто-то, черный, в олешнике затаился.
Черт! Спать в снегу, что я делаю? Ноги даже замерзли. С ума схожу из-за бессонницы, нужно домой идти. Встал, пошел быстрым шагом, и темная фигура вспоминается. До сих пор жуть, помню, не сгибалась она, когда за плечо меня трясла, словно не на земле в снегу я лежал, а на кровати, как минимум. Или в морге, на каталке. Откуда такие мысли?
Матерь божья! А к клубу-то я зачем пришел? От страха не в ту сторону повернул.
Клуб. Самое большое здание в деревне. Нет, фермы, конечно, больше, так они же для коров построены. Были. Силуэт клуба на фоне темного олешника. Здание из белого кирпича, длинной стороной смотрит на дорогу, там же и фасад с высоким крыльцом в несколько ступенек. Одноэтажное, с чердаком, но высокое, до потолка метра четыре. И большие окна на всю высоту. Почти без стекол, только в самом верху остались, а некоторые даже без рам. Входной двери тоже нет, клуб встречает меня своим темным провалом, словно портал в чужое измерение. Зачем я туда пошел до сих пор не могу понять. Тянуло что-то?
В коридоре за крыльцом темно, тихо, только битый кирпич и стекло под ногами скрипят. Прямо светлый прямоугольник окна в конце коридора, на олешник смотрит, света от него мало. Шуршу битым кирпичом, слева дверь в актовый зал, чуть приоткрытая, странно, сохранилась еще. Справа небольшие темные комнатки, что в них, не видно, вспоминаю, что ничего, только кучи штукатурки, кирпича и прочего хлама. Даже полов нигде не сохранилось.
Дошел до окна и вздохнул полной грудью. Сквозь олешник река просматривается и лес за ней. И тут опять волчий вой. Господи, что мне здесь понадобилось? Сейчас точно или в яму какую ступлю в темноте, или… Разворачиваюсь и иду на чуть светлый проем двери. Медленно, боясь упасть. От страха голову повернуть боюсь, словно в темных комнатах слева волки логово устроили. Резко поворачиваю голову и смотрю. Мог бы этого не делать, все равно ничего не увидел.
Вдруг раздается музыка. Останавливаюсь и долго сомневаюсь в своем рассудке. Откуда здесь музыке взяться, в голове, наверное, звучит. Словно на пианино кто-то играет. И будто из актового зала раздается. Не спеша переставляю ноги, стараюсь не шуметь. А сам рукой за стену держусь, боюсь пропустить дверь. Раньше там, в пору моего детства и юности, действительно стояло пианино, но его увезли, когда клуб закрывали.
Музыка знакомая, вальс чей-то, никогда особо в ней не разбирался. Вот и дверь. Долго стою перед ней, слушаю мелодию, а войти не решаюсь. Наконец, резко распахиваю.
Даже описать толком не могу, что я там увидел. Помню только белую фигуру, которая под музыку по залу кружилась. Танцевала, будто в паре. Женская фигура, в белом платье и с длинными волосами. Только под платьем ног не было, она не по полу танцевала, а в воздухе.
То ли она действительно меня заметила, то ли показалось мне все. Летит на меня и руки протягивает, длинные и худые. Хочу закричать, но не получается, разворачиваюсь и бегу к двери.
Падаю на битый кирпич, режу руку об стекло, вою, словно тот волк. Скулю, чувствую, летит она за мной по коридору, вот-вот прикоснется. Вскакиваю, падаю с крыльца лицом в снег. Быстро поднимаюсь, откуда только силы взялись. Бегу, увязая в сугробах, слышу только свое хриплое дыхание.
Останавливаюсь. Наклоняюсь, слюну в снег сплевываю, кровь с порезанной руки течет. Где ОНА? Обернуться боюсь, а воображение подсказывает — подлетает за спиной и руку тянет. Бегу, еще даже быстрее.
Не знаю, как я до дома добежал, мог бы вполне к кладбищу свернуть. Помню только, падал несколько раз.
Забежал домой, дышу, как загнанная собака. Снял пальто, руки трясутся. И сердце дико стучит, словно у канарейки. Колени дрожат. Опустился на скамейку, а ботинки снять не могу. Дверь! Вскочил и давай запираться на все крючки, как будто это поможет.
Нагибаюсь к ведру и жадно пью.
Что это было? Свет зажечь, везде! Черт! Проклятый выключатель, его надо было еще днем починить. Свет в комнате мигает, словно на какой-нибудь дискотеке. Ладно, пусть так, не буду я к нему прикасаться. Перевязываю руку полотенцем.
Телевизор включить! По одной программе еще что-то идет, не смотря на поздний час. Мне лишь бы голос человеческий услышать и в знакомую обстановку попасть. Полную громкость включил, оглушает и правильно.
Хожу нервно по комнате, не знаю, куда колотящиеся руки девать, а сердце продолжает стучать, словно безумное. Кошку схватил с кровати, разбудил бедную.
Не знаю, какие там образы были, лишь последний запомнил, проснулся из-за которого. Темный силуэт трясет за плечо. Ради сна будешь замерзать? Даже не знаю, кто это спросил, я или он. Проснулся и резко сел в снегу. Господи, кошмар какой! Стал подниматься, а от страха обернуться боюсь, словно этот кто-то, черный, в олешнике затаился.
Черт! Спать в снегу, что я делаю? Ноги даже замерзли. С ума схожу из-за бессонницы, нужно домой идти. Встал, пошел быстрым шагом, и темная фигура вспоминается. До сих пор жуть, помню, не сгибалась она, когда за плечо меня трясла, словно не на земле в снегу я лежал, а на кровати, как минимум. Или в морге, на каталке. Откуда такие мысли?
Матерь божья! А к клубу-то я зачем пришел? От страха не в ту сторону повернул.
Клуб. Самое большое здание в деревне. Нет, фермы, конечно, больше, так они же для коров построены. Были. Силуэт клуба на фоне темного олешника. Здание из белого кирпича, длинной стороной смотрит на дорогу, там же и фасад с высоким крыльцом в несколько ступенек. Одноэтажное, с чердаком, но высокое, до потолка метра четыре. И большие окна на всю высоту. Почти без стекол, только в самом верху остались, а некоторые даже без рам. Входной двери тоже нет, клуб встречает меня своим темным провалом, словно портал в чужое измерение. Зачем я туда пошел до сих пор не могу понять. Тянуло что-то?
В коридоре за крыльцом темно, тихо, только битый кирпич и стекло под ногами скрипят. Прямо светлый прямоугольник окна в конце коридора, на олешник смотрит, света от него мало. Шуршу битым кирпичом, слева дверь в актовый зал, чуть приоткрытая, странно, сохранилась еще. Справа небольшие темные комнатки, что в них, не видно, вспоминаю, что ничего, только кучи штукатурки, кирпича и прочего хлама. Даже полов нигде не сохранилось.
Дошел до окна и вздохнул полной грудью. Сквозь олешник река просматривается и лес за ней. И тут опять волчий вой. Господи, что мне здесь понадобилось? Сейчас точно или в яму какую ступлю в темноте, или… Разворачиваюсь и иду на чуть светлый проем двери. Медленно, боясь упасть. От страха голову повернуть боюсь, словно в темных комнатах слева волки логово устроили. Резко поворачиваю голову и смотрю. Мог бы этого не делать, все равно ничего не увидел.
Вдруг раздается музыка. Останавливаюсь и долго сомневаюсь в своем рассудке. Откуда здесь музыке взяться, в голове, наверное, звучит. Словно на пианино кто-то играет. И будто из актового зала раздается. Не спеша переставляю ноги, стараюсь не шуметь. А сам рукой за стену держусь, боюсь пропустить дверь. Раньше там, в пору моего детства и юности, действительно стояло пианино, но его увезли, когда клуб закрывали.
Музыка знакомая, вальс чей-то, никогда особо в ней не разбирался. Вот и дверь. Долго стою перед ней, слушаю мелодию, а войти не решаюсь. Наконец, резко распахиваю.
Даже описать толком не могу, что я там увидел. Помню только белую фигуру, которая под музыку по залу кружилась. Танцевала, будто в паре. Женская фигура, в белом платье и с длинными волосами. Только под платьем ног не было, она не по полу танцевала, а в воздухе.
То ли она действительно меня заметила, то ли показалось мне все. Летит на меня и руки протягивает, длинные и худые. Хочу закричать, но не получается, разворачиваюсь и бегу к двери.
Падаю на битый кирпич, режу руку об стекло, вою, словно тот волк. Скулю, чувствую, летит она за мной по коридору, вот-вот прикоснется. Вскакиваю, падаю с крыльца лицом в снег. Быстро поднимаюсь, откуда только силы взялись. Бегу, увязая в сугробах, слышу только свое хриплое дыхание.
Останавливаюсь. Наклоняюсь, слюну в снег сплевываю, кровь с порезанной руки течет. Где ОНА? Обернуться боюсь, а воображение подсказывает — подлетает за спиной и руку тянет. Бегу, еще даже быстрее.
Не знаю, как я до дома добежал, мог бы вполне к кладбищу свернуть. Помню только, падал несколько раз.
Забежал домой, дышу, как загнанная собака. Снял пальто, руки трясутся. И сердце дико стучит, словно у канарейки. Колени дрожат. Опустился на скамейку, а ботинки снять не могу. Дверь! Вскочил и давай запираться на все крючки, как будто это поможет.
Нагибаюсь к ведру и жадно пью.
Что это было? Свет зажечь, везде! Черт! Проклятый выключатель, его надо было еще днем починить. Свет в комнате мигает, словно на какой-нибудь дискотеке. Ладно, пусть так, не буду я к нему прикасаться. Перевязываю руку полотенцем.
Телевизор включить! По одной программе еще что-то идет, не смотря на поздний час. Мне лишь бы голос человеческий услышать и в знакомую обстановку попасть. Полную громкость включил, оглушает и правильно.
Хожу нервно по комнате, не знаю, куда колотящиеся руки девать, а сердце продолжает стучать, словно безумное. Кошку схватил с кровати, разбудил бедную.
Страница 4 из 5
