Стрелки часов уверенно преодолели отметку в шесть вечера, и время неминуемо ползло к тому моменту, когда клетки городских жилищ озарятся ярким выбеленным светом, а уличный пейзаж начнёт степенно погружаться в зыбкий прохладный мрак, перемежаемый редкими вспышками цаплевидных фонарей…
Добавить в моё избранное
15 мин, 48 сек 19770
— Пожалуй, мне стоит… — «демон» ласково оскалился, беззастенчиво измываясь над некогда красивым лицом — словно это был пластилин, легко изменяющая форму субстанция, из которой можно слепить хоть Наполеона, хоть могучего викинга, а не плоть и кровь, которые если и можно коверкать, то в очень ограниченном диапазоне.
— Да, мне стоит немного прояснить ситуацию.
Во избежание недоразумений.
— Если я докоснусь до тебя — ты умрёшь. Но я не могу сделать это умышленно. Либо случайность, либо твоё собственное желание — два варианта, без каких-либо уходов в казуистику.
Таковы ПРАВИЛА.
Гость рассёк ладонью воздух, проводя невидимую границу.
— Но ты это и без меня знаешь, верно? — пленённое неведомым духом мёртвое тело неестественно дёрнулось, а затем быстро, как-то сразу оказалось стоящим на полу. Без переходов, без каких-либо сопутствующих движений. Словно некто взял и разобрал биологический организм, прочно облюбовавший старый стул, на атомы, а затем слепил из кучи получившихся микрочастиц нечто похожее на исходный образец.
— Непостижимо, нелогично, абсурдно. Но… Когда первичный носитель зашёл в квартиру, ты УЖЕ ЗНАЛА, что тот юноша мёртв, и что твоя подруга вот-вот последует за ним. Ты просто не успела её предупредить… Нехорошо. Твоё знание создаёт мне проблемы.
Лже-Катя, превращённая в марионетку потусторонних сил, беспокойно расшагивала по комнате. Она двигалась то быстрее, то медленнее, то замирала на пять-десять секунд, то стремительно бросалась к книжному шкафу, жадно пожирая глазами корешки, но не дотрагиваясь до самих фолиантов. Эта странная нерешительность, особенно удивительная в сложившихся обстоятельствах, сквозила во всём, в каждом движении захваченного «демоном» тела. Лже-Катя производила массу действий — и не одно не находило своего завершения. Она застывала соляным столбом в шаге от Нади, словно наталкиваясь на невидимую стену, она останавливала тонкие пальцы в миллиметре от прикрытого чёрной тряпочкой хрустального шара, который играл здесь роль скорее декоративную, чем прикладную, она открывала рот, пытаясь начать какую-то фразу, но с её губ не слетало ни звука. Даже дыхания не было слышно, будто не человек, а робот наводит в квартире странную суету… — Хватит! — не выдержала Надя.
— Здесь не цирк, а моя квартира. И нечего устраивать у меня дома клоунаду! Её в моей жизни и так предостаточно! И вообще, заявился… Заявилось тут не пойми что! Даже толком представиться не может!
— Могу, — вдруг сказала Лже-Катя, сложив руки на рельефной груди и приняв вид совершенно невинный.
— Если ты настаиваешь, я сделаю небольшую уступку. Одолжение, если хочешь. Хочешь знать моё имя? Пожалуйста — Молех Элохим. Прошу, если не любить, то хотя бы не жаловаться.
— Молех? — с сомнением переспросила девушка.
— Я знаю Молоха, одного из верховных герцогов Ада. Ты это он?
Перекошенное лицо марионетки вновь озарила полуулыбка-полуоскал.
— Невежественно. С тем же успехом можно сказать, что Элохим — князь Преисподней. Вот что происходит, когда обрывки знания находят себе жертв среди незамутнённого разумом… Впрочем, это не имеет значения. Сейчас ты назовёшь мне одно имя и всё закончится раз и навсегда.
— Да? А если нет? — девушка нервно хихикнула.
— Кстати… Как к тебе… или вам обращаться? В мужском или женском роде? Или может в среднем? Оно… Нечто, как у Кинга.
«Демон» даже не соизволил проявить хоть какие-то эмоции.
— Обращайся ко мне в мужском роде, — залитые красным губы двигались механически, как у робота… или у коалы, мирно пожирающей очередной зелёный лист.
— Есть проблемы? Я думал, что у вас, современных ведьм, это давно вошло в привычку.
Последняя фраза вполне себе тянула на издёвку. Как минимум — на нехорошую иронию и в другой раз, в другой ситуации Надя обязательно обиделась бы. Но сейчас… Дуться на таинственного кукловода — всё равно, что ругать дождь, который внезапно налетел и порушил все планы на день. Можно подумать, дождю есть какое-то дело до твоей жизни… Можно подумать, «демона» заинтересует словесная эквилибристика и игра на нервах юной, но очень продвинутой особы.
— Хорошо, господин Судья, — разговор требовал продолжения и ответная, пусть и грубая, подколка, казалась вполне уместной.
— Как скажете.
— Судья? — лже-Катя удивлённо приподняла брови, а её лицо на миг вновь стало человеческим.
— Кто я такой, чтобы судить тебя? Я не Творец, твой враг, и не Светоносный, твой хозяин. Я никто и ничто. Меня попросту НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Можно сказать — я лишь плод твоего воображения. Ты создала меня, ты придумала, что сидишь напротив демона, вселившегося в твою сердечную подружку и трясёшься от страха за свою жизнь. Я абсолютно нереален, не более чем фантом или мираж — если захочешь, ты даже можешь пройти сквозь меня, словно я — дым. Хочешь проверить?
— Да, мне стоит немного прояснить ситуацию.
Во избежание недоразумений.
— Если я докоснусь до тебя — ты умрёшь. Но я не могу сделать это умышленно. Либо случайность, либо твоё собственное желание — два варианта, без каких-либо уходов в казуистику.
Таковы ПРАВИЛА.
Гость рассёк ладонью воздух, проводя невидимую границу.
— Но ты это и без меня знаешь, верно? — пленённое неведомым духом мёртвое тело неестественно дёрнулось, а затем быстро, как-то сразу оказалось стоящим на полу. Без переходов, без каких-либо сопутствующих движений. Словно некто взял и разобрал биологический организм, прочно облюбовавший старый стул, на атомы, а затем слепил из кучи получившихся микрочастиц нечто похожее на исходный образец.
— Непостижимо, нелогично, абсурдно. Но… Когда первичный носитель зашёл в квартиру, ты УЖЕ ЗНАЛА, что тот юноша мёртв, и что твоя подруга вот-вот последует за ним. Ты просто не успела её предупредить… Нехорошо. Твоё знание создаёт мне проблемы.
Лже-Катя, превращённая в марионетку потусторонних сил, беспокойно расшагивала по комнате. Она двигалась то быстрее, то медленнее, то замирала на пять-десять секунд, то стремительно бросалась к книжному шкафу, жадно пожирая глазами корешки, но не дотрагиваясь до самих фолиантов. Эта странная нерешительность, особенно удивительная в сложившихся обстоятельствах, сквозила во всём, в каждом движении захваченного «демоном» тела. Лже-Катя производила массу действий — и не одно не находило своего завершения. Она застывала соляным столбом в шаге от Нади, словно наталкиваясь на невидимую стену, она останавливала тонкие пальцы в миллиметре от прикрытого чёрной тряпочкой хрустального шара, который играл здесь роль скорее декоративную, чем прикладную, она открывала рот, пытаясь начать какую-то фразу, но с её губ не слетало ни звука. Даже дыхания не было слышно, будто не человек, а робот наводит в квартире странную суету… — Хватит! — не выдержала Надя.
— Здесь не цирк, а моя квартира. И нечего устраивать у меня дома клоунаду! Её в моей жизни и так предостаточно! И вообще, заявился… Заявилось тут не пойми что! Даже толком представиться не может!
— Могу, — вдруг сказала Лже-Катя, сложив руки на рельефной груди и приняв вид совершенно невинный.
— Если ты настаиваешь, я сделаю небольшую уступку. Одолжение, если хочешь. Хочешь знать моё имя? Пожалуйста — Молех Элохим. Прошу, если не любить, то хотя бы не жаловаться.
— Молех? — с сомнением переспросила девушка.
— Я знаю Молоха, одного из верховных герцогов Ада. Ты это он?
Перекошенное лицо марионетки вновь озарила полуулыбка-полуоскал.
— Невежественно. С тем же успехом можно сказать, что Элохим — князь Преисподней. Вот что происходит, когда обрывки знания находят себе жертв среди незамутнённого разумом… Впрочем, это не имеет значения. Сейчас ты назовёшь мне одно имя и всё закончится раз и навсегда.
— Да? А если нет? — девушка нервно хихикнула.
— Кстати… Как к тебе… или вам обращаться? В мужском или женском роде? Или может в среднем? Оно… Нечто, как у Кинга.
«Демон» даже не соизволил проявить хоть какие-то эмоции.
— Обращайся ко мне в мужском роде, — залитые красным губы двигались механически, как у робота… или у коалы, мирно пожирающей очередной зелёный лист.
— Есть проблемы? Я думал, что у вас, современных ведьм, это давно вошло в привычку.
Последняя фраза вполне себе тянула на издёвку. Как минимум — на нехорошую иронию и в другой раз, в другой ситуации Надя обязательно обиделась бы. Но сейчас… Дуться на таинственного кукловода — всё равно, что ругать дождь, который внезапно налетел и порушил все планы на день. Можно подумать, дождю есть какое-то дело до твоей жизни… Можно подумать, «демона» заинтересует словесная эквилибристика и игра на нервах юной, но очень продвинутой особы.
— Хорошо, господин Судья, — разговор требовал продолжения и ответная, пусть и грубая, подколка, казалась вполне уместной.
— Как скажете.
— Судья? — лже-Катя удивлённо приподняла брови, а её лицо на миг вновь стало человеческим.
— Кто я такой, чтобы судить тебя? Я не Творец, твой враг, и не Светоносный, твой хозяин. Я никто и ничто. Меня попросту НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Можно сказать — я лишь плод твоего воображения. Ты создала меня, ты придумала, что сидишь напротив демона, вселившегося в твою сердечную подружку и трясёшься от страха за свою жизнь. Я абсолютно нереален, не более чем фантом или мираж — если захочешь, ты даже можешь пройти сквозь меня, словно я — дым. Хочешь проверить?
Страница 3 из 5
