Когда-то жил один эльф-отшельник по прозванию Хаотикрат. Прозвище он получил за склонность к запретным опытам, а как его звали на самом деле, никто не помнил. Был он самым тучным и самым склочным эльфом на окраине Необъятных дебрей. Но иногда опыты завершались удачей, и люди приходили к нему за лекарствами.
Добавить в моё избранное
15 мин, 25 сек 7266
Однажды молодой охотник из селения Нот, что за Нотумбрией, пришел искать средства от черной горячки.
— Вашей беде помочь несложно, — ответил, выслушав его, Хаотикрат.
— В последнее полнолуние високосного года на исходе ночи следует зачерпнуть из трех источников лунные отражения: белую, золотую и красную луны. Затем смешать их в перламутровом котле и выпарить на раскаленных лунных камнях. Когда лунная вода уйдет к матери, оставшийся порошок и будет нужным средством.
— Недолго ждать последнего полнолуния, — воскликнул охотник, — но как можно зачерпнуть три отражения разного цвета в одну полночь?
— Это не мое дело, — бросил Хаотикрат и отвернулся к звездным картам. Больше из него не удалось вытянуть ни слова, и охотник ушел, проклиная отшельников.
Этого охотника звали Рудварг, и жители селения Нот не ждали его обратно без верного рецепта. Ничего не осталось ему, как пуститься в скитания по Необъятным дебрям, чтобы найти разгадку слов Хаотикрата.
Три дня и три ночи он блуждал в темных дубравах, пока не наткнулся на домик ведьмы. Со всех жердей и подпорок там свисали погремушки из зубов и костей; когда Рудварг подошел к дому, они заплясали и загремели на ветру. Ведьма услышала этот перестук, вышла навстречу охотнику и спросила, что ему нужно. И хотя в те времена ни один здравомыслящий человек не доверял ведьмам, в особенности лесным, охотник рассказал ей о цели своих поисков.
— Нет, здесь ты не найдешь ни волшебных источников, ни лунных камней, — захихикала она в ответ, выслушав его.
— Почему бы тебе не навестить дракона, что живет на горе, где пять водопадов вечно низвергаются в черные пропасти? У драконов обычно целые горы драгоценностей; если у кого и найдешь, что тебе нужно, так только у него. А вот с перламутровым котлом я могу тебе помочь. Есть у меня раковина огромной жемчужницы, подарок Хозяйки рек. Мне она ни к чему, можешь купить, коли есть чем платить.
— Чем же тебе заплатить? — спросил Рудварг, и старуха ткнула в подвески из костей над тропинкой:
— Я всегда рада пополнить коллекцию.
Тогда охотник отрубил себе мизинец и отдал ведьме, взамен получив от нее раковину. Та оказалась такого размера, что пришлось привязать ее на спину, как щит. Затем Рудварг направился дальше, и шел вперед, пока не миновал Необъятные дебри и не добрался до горы пяти водопадов. Долгое время занял путь наверх, пришлось вначале пробираться сквозь папоротниковые джунгли у подножия, где выродившиеся прародители драконов оглашали болота голодным ревом; затем карабкаться по отвесным, мокрым от брызг скалам; затем дрожать от холода на большой высоте, где проходила граница снегов, и прятаться от кровожадных ингванков с их обсидиановыми ножами, по воле шаманов парящими в воздухе в поисках добычи. Наконец, у замерзших истоков водопада Рудварг отыскал пещеру, откуда разило дымом и гарью, а в глубине что-то рокотало, как далекий вулкан.
Он спустился внутрь, в кромешной темноте, пробираясь на ощупь по бесконечной лестнице, пока не добрался до места, где ступени кончались, и где шаги отдавались звенящим эхом среди необъятного пустого пространства. Там, среди оскаленных сталактитов, лежал дракон. Он находился в многовековой спячке среди вечного холода, но приближение человека разбудило его.
Дракон потянулся и дохнул на жаровню, заполненную гигантскими глыбами каменного угля. Пламя вспыхнуло ярко, как лесной пожар, целиком осветив огромную пещеру в сердце горы. Тут охотник понял, что так звенело и скрипело под ногами: пол был завален разноцветными камнями и металлическими слитками. Хватало здесь и украшений, и оружия, лучшего, чем мог вообразить выходец из человеческих поселений. Ни одно из известных ему племен не умело изготовлять такие изделия, потому что секреты обработки железа людям были неведомы.
— Кто ты такой и что тебе нужно? — сипло прошипел дракон. После спячки он был не в духе.
— Отвечай быстро, а если твои слова мне не понравятся, пеняй на себя, ибо нечасто завтрак сам приходит в мою нору.
И Рудварг начал длинный и подробный рассказ о своих похождениях: ведь известно, если что и способно утишить гнев дракона, так это хорошая история. И вот охотник рассказал о беде, постигшей деревню, и о разговоре с эльфом, и о совете, полученном от костяной ведьмы, и о долгом пути по склону горы. К концу повествования дракон почти забыл о раздражении, но, услышав, что нужно гостю, только фыркнул:
— Клянусь Прародителем драконов, человек, ты не найдешь здесь, чего ищешь. Источников здесь достаточно: веками я дремлю под их журчание снаружи на склонах и глубоко в недрах горы; но среди них нет ни одного, который отражал бы разноцветные луны. Что же до лунных камней, я мог бы поделиться с тобой парой этих безделушек — разумеется, не даром. Ты сказал, что отдал ведьме палец. Что ты готов отдать мне?
— Можешь взять еще один, если охота, — сердито ответил Рудварг.
— Вашей беде помочь несложно, — ответил, выслушав его, Хаотикрат.
— В последнее полнолуние високосного года на исходе ночи следует зачерпнуть из трех источников лунные отражения: белую, золотую и красную луны. Затем смешать их в перламутровом котле и выпарить на раскаленных лунных камнях. Когда лунная вода уйдет к матери, оставшийся порошок и будет нужным средством.
— Недолго ждать последнего полнолуния, — воскликнул охотник, — но как можно зачерпнуть три отражения разного цвета в одну полночь?
— Это не мое дело, — бросил Хаотикрат и отвернулся к звездным картам. Больше из него не удалось вытянуть ни слова, и охотник ушел, проклиная отшельников.
Этого охотника звали Рудварг, и жители селения Нот не ждали его обратно без верного рецепта. Ничего не осталось ему, как пуститься в скитания по Необъятным дебрям, чтобы найти разгадку слов Хаотикрата.
Три дня и три ночи он блуждал в темных дубравах, пока не наткнулся на домик ведьмы. Со всех жердей и подпорок там свисали погремушки из зубов и костей; когда Рудварг подошел к дому, они заплясали и загремели на ветру. Ведьма услышала этот перестук, вышла навстречу охотнику и спросила, что ему нужно. И хотя в те времена ни один здравомыслящий человек не доверял ведьмам, в особенности лесным, охотник рассказал ей о цели своих поисков.
— Нет, здесь ты не найдешь ни волшебных источников, ни лунных камней, — захихикала она в ответ, выслушав его.
— Почему бы тебе не навестить дракона, что живет на горе, где пять водопадов вечно низвергаются в черные пропасти? У драконов обычно целые горы драгоценностей; если у кого и найдешь, что тебе нужно, так только у него. А вот с перламутровым котлом я могу тебе помочь. Есть у меня раковина огромной жемчужницы, подарок Хозяйки рек. Мне она ни к чему, можешь купить, коли есть чем платить.
— Чем же тебе заплатить? — спросил Рудварг, и старуха ткнула в подвески из костей над тропинкой:
— Я всегда рада пополнить коллекцию.
Тогда охотник отрубил себе мизинец и отдал ведьме, взамен получив от нее раковину. Та оказалась такого размера, что пришлось привязать ее на спину, как щит. Затем Рудварг направился дальше, и шел вперед, пока не миновал Необъятные дебри и не добрался до горы пяти водопадов. Долгое время занял путь наверх, пришлось вначале пробираться сквозь папоротниковые джунгли у подножия, где выродившиеся прародители драконов оглашали болота голодным ревом; затем карабкаться по отвесным, мокрым от брызг скалам; затем дрожать от холода на большой высоте, где проходила граница снегов, и прятаться от кровожадных ингванков с их обсидиановыми ножами, по воле шаманов парящими в воздухе в поисках добычи. Наконец, у замерзших истоков водопада Рудварг отыскал пещеру, откуда разило дымом и гарью, а в глубине что-то рокотало, как далекий вулкан.
Он спустился внутрь, в кромешной темноте, пробираясь на ощупь по бесконечной лестнице, пока не добрался до места, где ступени кончались, и где шаги отдавались звенящим эхом среди необъятного пустого пространства. Там, среди оскаленных сталактитов, лежал дракон. Он находился в многовековой спячке среди вечного холода, но приближение человека разбудило его.
Дракон потянулся и дохнул на жаровню, заполненную гигантскими глыбами каменного угля. Пламя вспыхнуло ярко, как лесной пожар, целиком осветив огромную пещеру в сердце горы. Тут охотник понял, что так звенело и скрипело под ногами: пол был завален разноцветными камнями и металлическими слитками. Хватало здесь и украшений, и оружия, лучшего, чем мог вообразить выходец из человеческих поселений. Ни одно из известных ему племен не умело изготовлять такие изделия, потому что секреты обработки железа людям были неведомы.
— Кто ты такой и что тебе нужно? — сипло прошипел дракон. После спячки он был не в духе.
— Отвечай быстро, а если твои слова мне не понравятся, пеняй на себя, ибо нечасто завтрак сам приходит в мою нору.
И Рудварг начал длинный и подробный рассказ о своих похождениях: ведь известно, если что и способно утишить гнев дракона, так это хорошая история. И вот охотник рассказал о беде, постигшей деревню, и о разговоре с эльфом, и о совете, полученном от костяной ведьмы, и о долгом пути по склону горы. К концу повествования дракон почти забыл о раздражении, но, услышав, что нужно гостю, только фыркнул:
— Клянусь Прародителем драконов, человек, ты не найдешь здесь, чего ищешь. Источников здесь достаточно: веками я дремлю под их журчание снаружи на склонах и глубоко в недрах горы; но среди них нет ни одного, который отражал бы разноцветные луны. Что же до лунных камней, я мог бы поделиться с тобой парой этих безделушек — разумеется, не даром. Ты сказал, что отдал ведьме палец. Что ты готов отдать мне?
— Можешь взять еще один, если охота, — сердито ответил Рудварг.
Страница 1 из 5
