Щелчок двери возвестил, что Галя ушла, и Алексей Иванович остался в квартире один. Пора была собираться. Перевозчики приедут в пятницу, увезут оставшуюся мебель, большой телевизор, который он выторговал при разводе, и перевезут на квартиру, что Алексей Иванович временно снял в Кузьминках. Но была еще мелочевка, документы, бумаги, которые мог взять только он сам. Их следовало собрать в большую сумку, что уже стояла приготовленная посередине комнаты.
Добавить в моё избранное
16 мин, 3 сек 7525
С отцом было совсем не страшно. Уже через полчаса они вышли на какую-то ограду, за ней стоял дом, и там пели петухи. Тогда-то отец и сказал ему, что большие леса далеко, а здесь куда не пойдешь, скоро выйдешь либо на дорогу, либо к полю.
На обратном пути отец показал ему:
— Видишь внизу на дереве мох? Если заблудишься, знай, мох всегда нарастает на стволах с северной стороны.
Алеша присмотрелся, и правда, мох рос не равномерно, возле корней с одной стороны его было побольше, а с другой почти не было. Да, с отцом было легко. Тогда же он научил сына разводить костер.
— А волки в лесу водятся?
— Здесь нет, давно не осталось. Но на севере они есть.
— А медведи?
Медведей тоже не было. Но бывают плохие люди, хулиганы. Поэтому в лес Алеше можно, но только недалеко от дачных участков. И в лагере добрая Клавдия Николаевна, которая позволяла многое, в лес ходить строжайше запрещала. Значит нельзя. Взрослые тогда еще были авторитетом.
— А что там, в лесу?
— Сначала, — рассказывал Борька, — просто идешь, а вокруг деревья. Потом, если обернешься, поля уже не видно, деревья все закрывают. Но потом, если идти долго-долго, начинаются поваленные деревья.
— Как поваленные?
— Они не растут прямо, а лежат на земле. Их там много, и все поваленные. А вокруг темно.
Алеша помолчал, переваривая информацию.
— А потом?
— А потом снова светлее, и дальше видно другое поле, а за ним ничего. И только где-то далеко-далеко рычание медведя. И все, дальше я не пошел.
Про медведя Борька, конечно, загнул, это Алеша понял даже в свои восемь лет. Но и без медведя это был подвиг.
— А как ты вернулся?
— Просто повернулся и пришел обратно.
— И все?
— Все.
— И тебе было не страшно?
— Нет, а чего там бояться, — Боря сказал это запросто.
Алеша бы так просто не отважился.
И тут Борька спросил:
— Хочешь мы вместе туда сходим?
— Прямо сейчас?
— Можно завтра. А ты что, боишься?
Алеша покачал головой.
— Нет.
— Тогда завтра вместе с тобой пойдем.
— Хорошо.
Борька не забыл. Едва после завтрака их вывели на поляну, и все разбежались по своим важным делам, Алеша не успел еще придумать, что ему делать… — Ну что пойдешь?
Это был Борька, конечно.
— Пойдем.
Что там страшного? Лес и лес. Борька вчера ходил, а он что, не сможет?
Они незаметно проследили за Клавдией Николаевной. Та отвернулась в другую сторону. Да, они с Борькой разведчики, что надо!
Лес начинался кустами. Но скоро кусты кончались, и тогда смешанный, мелкий лесок переходил в сосновый бор, строгий и торжественный. Сосны росли как колонны, земля под ними усыпана хвоей, идти по мягкими иголкам было легко и приятно. Алеша оглянулся, меж стволов светилась полоса поля. Мох на деревьях нарастал справа, значит обратно будем идти, мох будет слева. Борька, идя чуть впереди, был совершенно спокоен.
— Где же поваленные деревья?
— Подожди, еще будут.
Теперь, если оглянуться, поля не видно. Во все стороны, куда не глянь, лес одинаков. Но мох на деревьях справа. Неожиданно Алеша вышел на гриб.
— Смотри, гриб.
— Поганка.
Борька пнул его ногой, и большой гриб улетел в кусты.
Лес стал смешанным, появились елки, и еще какие-то деревья, названия которых Алеша не знал. Потемнело. Теперь мальчики шли медленно, осторожно оглядываясь и стараясь запоминать дорогу по приметам, какой-нибудь сучок необычной формы, за ним две елки рядом. Но как ни бодрились, становилось неуютно.
Алеша остановился.
— Может пойдем назад?
Но Борька был неумолим.
— Мы еще не дошли.
И тут Алеша увидел упавшее дерево. Оно сгнило изнутри, а рядом торчал гнилой пень. Земля стала неровной, пошли овраги, в них скапливалась вода, а вокруг было много упавших деревьев. Значит Борька не врал. Он сюда доходил. Идти становилось все труднее, приходилось обходить ямы, перелезать через упавшие стволы. Стволы были грязные, в грибных наростах, не то что те чистые сосны. И кустов стало больше.
Вдруг Борька остановился. Место было довольно мрачное.
— Ну вот, видишь?
— Да.
Они разговаривали полушепотом.
— Ты здесь вчера был?
— Да, — сказал Борька.
Алеше хотелось поскорее уйти. Они проверили себя, дошли, и незачем здесь дольше оставаться.
— Пошли обратно?
Борька не возражал.
— Стой, — сказал Алеша.
Что-то было не так.
У Алеши возникло ощущение, что за ним кто-то следит.
— Что? — спросил Борька.
— Ты ничего не чувствуешь?
— Нет. А что?
— Вон, смотри, — сказал Алеша.
На обратном пути отец показал ему:
— Видишь внизу на дереве мох? Если заблудишься, знай, мох всегда нарастает на стволах с северной стороны.
Алеша присмотрелся, и правда, мох рос не равномерно, возле корней с одной стороны его было побольше, а с другой почти не было. Да, с отцом было легко. Тогда же он научил сына разводить костер.
— А волки в лесу водятся?
— Здесь нет, давно не осталось. Но на севере они есть.
— А медведи?
Медведей тоже не было. Но бывают плохие люди, хулиганы. Поэтому в лес Алеше можно, но только недалеко от дачных участков. И в лагере добрая Клавдия Николаевна, которая позволяла многое, в лес ходить строжайше запрещала. Значит нельзя. Взрослые тогда еще были авторитетом.
— А что там, в лесу?
— Сначала, — рассказывал Борька, — просто идешь, а вокруг деревья. Потом, если обернешься, поля уже не видно, деревья все закрывают. Но потом, если идти долго-долго, начинаются поваленные деревья.
— Как поваленные?
— Они не растут прямо, а лежат на земле. Их там много, и все поваленные. А вокруг темно.
Алеша помолчал, переваривая информацию.
— А потом?
— А потом снова светлее, и дальше видно другое поле, а за ним ничего. И только где-то далеко-далеко рычание медведя. И все, дальше я не пошел.
Про медведя Борька, конечно, загнул, это Алеша понял даже в свои восемь лет. Но и без медведя это был подвиг.
— А как ты вернулся?
— Просто повернулся и пришел обратно.
— И все?
— Все.
— И тебе было не страшно?
— Нет, а чего там бояться, — Боря сказал это запросто.
Алеша бы так просто не отважился.
И тут Борька спросил:
— Хочешь мы вместе туда сходим?
— Прямо сейчас?
— Можно завтра. А ты что, боишься?
Алеша покачал головой.
— Нет.
— Тогда завтра вместе с тобой пойдем.
— Хорошо.
Борька не забыл. Едва после завтрака их вывели на поляну, и все разбежались по своим важным делам, Алеша не успел еще придумать, что ему делать… — Ну что пойдешь?
Это был Борька, конечно.
— Пойдем.
Что там страшного? Лес и лес. Борька вчера ходил, а он что, не сможет?
Они незаметно проследили за Клавдией Николаевной. Та отвернулась в другую сторону. Да, они с Борькой разведчики, что надо!
Лес начинался кустами. Но скоро кусты кончались, и тогда смешанный, мелкий лесок переходил в сосновый бор, строгий и торжественный. Сосны росли как колонны, земля под ними усыпана хвоей, идти по мягкими иголкам было легко и приятно. Алеша оглянулся, меж стволов светилась полоса поля. Мох на деревьях нарастал справа, значит обратно будем идти, мох будет слева. Борька, идя чуть впереди, был совершенно спокоен.
— Где же поваленные деревья?
— Подожди, еще будут.
Теперь, если оглянуться, поля не видно. Во все стороны, куда не глянь, лес одинаков. Но мох на деревьях справа. Неожиданно Алеша вышел на гриб.
— Смотри, гриб.
— Поганка.
Борька пнул его ногой, и большой гриб улетел в кусты.
Лес стал смешанным, появились елки, и еще какие-то деревья, названия которых Алеша не знал. Потемнело. Теперь мальчики шли медленно, осторожно оглядываясь и стараясь запоминать дорогу по приметам, какой-нибудь сучок необычной формы, за ним две елки рядом. Но как ни бодрились, становилось неуютно.
Алеша остановился.
— Может пойдем назад?
Но Борька был неумолим.
— Мы еще не дошли.
И тут Алеша увидел упавшее дерево. Оно сгнило изнутри, а рядом торчал гнилой пень. Земля стала неровной, пошли овраги, в них скапливалась вода, а вокруг было много упавших деревьев. Значит Борька не врал. Он сюда доходил. Идти становилось все труднее, приходилось обходить ямы, перелезать через упавшие стволы. Стволы были грязные, в грибных наростах, не то что те чистые сосны. И кустов стало больше.
Вдруг Борька остановился. Место было довольно мрачное.
— Ну вот, видишь?
— Да.
Они разговаривали полушепотом.
— Ты здесь вчера был?
— Да, — сказал Борька.
Алеше хотелось поскорее уйти. Они проверили себя, дошли, и незачем здесь дольше оставаться.
— Пошли обратно?
Борька не возражал.
— Стой, — сказал Алеша.
Что-то было не так.
У Алеши возникло ощущение, что за ним кто-то следит.
— Что? — спросил Борька.
— Ты ничего не чувствуешь?
— Нет. А что?
— Вон, смотри, — сказал Алеша.
Страница 2 из 5
