Всякий, кто упорствует в своем мнении, всегда пожалеет об этом. Умсуралмаали Людьми правит жажда Bat Голова опушена, словно одуванчик, тонкими веточками с молодой зеленью. Кожа темна и груба, точно кора дуба. В мраке глубин глазниц тлеют угольки. Ни ресниц, ни бровей. На месте правого уха — сучок. Усы и борода свисают ручьями из березовых листьев.
Добавить в моё избранное
14 мин, 53 сек 19408
Сам не знаю, на что мне эта книга сдалась. Что делал бы со знаниями теми?
— Все вы, люди, такие, — вздохнул царь леса.
— Желаете всего и сразу, а зачем не ведаете. Порывы волей надо побеждать да разумом рассеивать. Жажда, она-то, двулика, как монетка. Может к светилу поднять, а может в грязь затоптать. Может волю укрепить, к цели приблизить, но зачастую выуживает из души сторону темную. Жадную, корыстную, тщеславную — порочную одним словом. Из глубин души поднимет, замутит всю.
Велес понурил голову, слушает, точно провинившийся ученик учителя.
— Будь осторожен, сыне, с желаниями. Думать сердцем хорошо, но и о разуме не забывай. Не на то тебе Родом подарен, чтобы под чувствами прогибаться. Добиваться гармонии надобно. Чтоб не быть ни глупцом, животным инстинктам повинующимся, ни расчетливой сосулькой.
Вдалеке взвыл Архипка. Жалобно, тоскливо.
— Ну, ступай, сыне, ступай. Да и на глаза людям не показывайся. Поди за болотника посчитают, — усмехнулся леший.
Велес кивнул, сказал:
— До скорого, отец.
Голову поднял, а лешего и след простыл.
Велес побродил взглядом рассеяно да и заторопился в деревню. Скорей, в баньку обмыться. Грязь соскрести, вонь согнать. И пропади пропадом вся эта власть и слава! Что она, золотая клетка, по сравнению с вольной самобытной жизнью, домашним уютом, веселыми гуляньями в кругу друзей? Пузырь тухлый.
— Все вы, люди, такие, — вздохнул царь леса.
— Желаете всего и сразу, а зачем не ведаете. Порывы волей надо побеждать да разумом рассеивать. Жажда, она-то, двулика, как монетка. Может к светилу поднять, а может в грязь затоптать. Может волю укрепить, к цели приблизить, но зачастую выуживает из души сторону темную. Жадную, корыстную, тщеславную — порочную одним словом. Из глубин души поднимет, замутит всю.
Велес понурил голову, слушает, точно провинившийся ученик учителя.
— Будь осторожен, сыне, с желаниями. Думать сердцем хорошо, но и о разуме не забывай. Не на то тебе Родом подарен, чтобы под чувствами прогибаться. Добиваться гармонии надобно. Чтоб не быть ни глупцом, животным инстинктам повинующимся, ни расчетливой сосулькой.
Вдалеке взвыл Архипка. Жалобно, тоскливо.
— Ну, ступай, сыне, ступай. Да и на глаза людям не показывайся. Поди за болотника посчитают, — усмехнулся леший.
Велес кивнул, сказал:
— До скорого, отец.
Голову поднял, а лешего и след простыл.
Велес побродил взглядом рассеяно да и заторопился в деревню. Скорей, в баньку обмыться. Грязь соскрести, вонь согнать. И пропади пропадом вся эта власть и слава! Что она, золотая клетка, по сравнению с вольной самобытной жизнью, домашним уютом, веселыми гуляньями в кругу друзей? Пузырь тухлый.
Страница 5 из 5
