Король готов Филимер, сын великого Гадариха, после выхода с острова Скандзы, пятым по порядку держал власть над гетами и, как мы рассказали выше, вступил в скифские земли. Он обнаружил среди своего племени несколько женщин-колдуний, которых он сам на родном языке называл галиуруннами. Сочтя их подозрительными, он прогнал их далеко от своего войска и, обратив их таким образом в бегство, принудил блуждать в пустыне…
Добавить в моё избранное
13 мин, 47 сек 7954
Когда их, бродящих по бесплодным пространствам, увидели нечистые духи, то в их объятиях соитием смешались с ними и произвели то свирепейшее племя, которое жило сначала среди болот, — малорослое, отвратительное и сухопарое, понятное как некий род людей только лишь в том смысле, что обнаруживало подобие человеческой речи.«Иордан» О происхождении и деянии гетов«Острое лезвие рассекло крепкую веревку и подвешенный за ноги человек рухнул в черную воду. Небольшие волны пробежали по темной глади и затихли у носков обуви высокой седой женщины стоявшей у самой кромки воды. Какое-то время она молча смотрела, как из-под воды поднимаются, лопаясь, большие пузыри, потом перевела взгляд на нависшие над рекой разлапистые ветви могучих дубов. Тонкие губы искривила презрительная улыбка: это был последний из пленников-аланов, что отныне упокоятся на дне реки, принесенные в жертву. Еще десять пленников отправились туда раньше — на это указывали обрезанные веревки, привязанные к могучим корням, обнаженных разлившимися водами черной реки. Возле деревьев стояли женщины-молодые и не очень, с длинными светлыми волосами, раскидавшимися по черным плащам. В руках каждая из них держала нож с широким лезвием, покрытым рунами. Холодные глаза женщин смотрели на темные воды, словно видя сквозь толщу воды, медленно опускающиеся на дно извивающиеся тела несчастных аланов со связанными руками и мешком на голове. Старуха в синем плаще простерла перед собой руки и неожиданно громким и по-молодому звонким голосом начала говорить:»
Остовы вражьи сегодня изгложет Опоры мира черный губитель.
Мохнатый родитель рыб подколодных.
На вражьих костях зубы оточит.
Будет доволен отец великанши Милость дарует наездницам волчьим.
Синие глаза старой женщины, не мигая, смотрели на расходящиеся круги, однако мысль ее проникала гораздо дальше сквозь толщу воды и черный ил, глубже, еще глубже, там, где бурлит вода и красные глаза горят во тьме. Тут же она услышала клацанье челюстей и злобное шипенье. Глубоко вздохнула, словно очнувшись от глубокого сна, набросила на голову капюшон из шкуры черного ягненка и, развернувшись, быстрым шагом проследовала вглубь леса, опираясь на жезл, увенчанный набалдашником в виде паука обхватившего лапами конский череп. Вслед за ней, безмолвными призраками заскользили и остальные женщины. Вскоре речной берег опустел.
Десять, а то и более лет прошло с тех пор, как король готов Филимер пришедший в Причерноморье с Вислы, разбил на берегах Борисфена алано-роксоланскую конницу, покорил праславян-спалов и основал великую державу. Германцы расселились от Карпат до Меотийского озера, включив в состав своего королевства множество народов, подчинили древнее Боспорское царство. Но, создавая огнем и мечом могучую державу, конунг грейтунгов боялся — не закованной в сталь сарматской конной орды и не стоявших за Дунаем римских легионов. Нет, самый опасный соперник Филимера находился внутри его собственного племени — и он тем больше боялся этого врага, потому что многим был обязан ему. От самой Скандии и до меотийских болот с воинами готов шли галиурунны — ведьмы и пророчицы, почитающие коварного бога Локи и его отродий, враждебных светлым асам и добрым ванам. Впрочем. почитали они и Водана-ведь Сеятель Раздоров, и сам не чурался колдовства. Свое недоброе искусство галиурунны поставили на службу конунгу готов: подсылали мар и черных альвов к вождям сарматов, злыми рунами лишали в бою мужества рядовых воинов, насылая мор на коней и обрушивая ненастья на становища кочевников. В густых лесах и топких болотах ведьмы истязали пленников, топя их в гнилой воде или перерезая им горло во славу кровавых богов. Взамен предводительница галиурунн Бледугхадда рассчитывала разделить с конунгом власть над молодой империей. Однако сам Филимер не желал поступаться властью. Презирающий себя, за то, что вынужден обращаться к постыдному женскому колдовству, он искал способ избавиться от опасных союзниц. Втайне сговорившись с герульскими знатоками рун, он возмутил народ против ведьм и изгнал их из своей державы. Обозленные галиурунны вместе со своей предводительницей бежали за Танаис, в унылые степи и топкие плавни раскинувшееся к востоку от Боспорского царства. Однако эти места не были безлюдными — вот уже несколько десятков лет здесь обитали пришедшие с востока узкоглазые низкорослые кочевники называвшие себя «хунну». Телом и нравом они напоминали скорее троллей или цвергов, чем людей. Галиурунны запугали и подчинили чарами дикарей признавших западных ведьм воплощениями каких-то своих богинь или злых духов. Сами готские колдуньи поселились в среднем течении Гипаниса, на небольшом полуострове, поросшем могучими дубами. С трех сторон их пристанище окружала вода — с юга и запада Гипанис, с востока — небольшая, но глубокая речка, которую из-за странно темного цвета гунны называли «Кара-Усун» — «черная вода». Сами кочевники никогда не останавливались здесь надолго — топкая, болотистая почва и кишащие комарами камыши были настоящим рассадником малярии.
Остовы вражьи сегодня изгложет Опоры мира черный губитель.
Мохнатый родитель рыб подколодных.
На вражьих костях зубы оточит.
Будет доволен отец великанши Милость дарует наездницам волчьим.
Синие глаза старой женщины, не мигая, смотрели на расходящиеся круги, однако мысль ее проникала гораздо дальше сквозь толщу воды и черный ил, глубже, еще глубже, там, где бурлит вода и красные глаза горят во тьме. Тут же она услышала клацанье челюстей и злобное шипенье. Глубоко вздохнула, словно очнувшись от глубокого сна, набросила на голову капюшон из шкуры черного ягненка и, развернувшись, быстрым шагом проследовала вглубь леса, опираясь на жезл, увенчанный набалдашником в виде паука обхватившего лапами конский череп. Вслед за ней, безмолвными призраками заскользили и остальные женщины. Вскоре речной берег опустел.
Десять, а то и более лет прошло с тех пор, как король готов Филимер пришедший в Причерноморье с Вислы, разбил на берегах Борисфена алано-роксоланскую конницу, покорил праславян-спалов и основал великую державу. Германцы расселились от Карпат до Меотийского озера, включив в состав своего королевства множество народов, подчинили древнее Боспорское царство. Но, создавая огнем и мечом могучую державу, конунг грейтунгов боялся — не закованной в сталь сарматской конной орды и не стоявших за Дунаем римских легионов. Нет, самый опасный соперник Филимера находился внутри его собственного племени — и он тем больше боялся этого врага, потому что многим был обязан ему. От самой Скандии и до меотийских болот с воинами готов шли галиурунны — ведьмы и пророчицы, почитающие коварного бога Локи и его отродий, враждебных светлым асам и добрым ванам. Впрочем. почитали они и Водана-ведь Сеятель Раздоров, и сам не чурался колдовства. Свое недоброе искусство галиурунны поставили на службу конунгу готов: подсылали мар и черных альвов к вождям сарматов, злыми рунами лишали в бою мужества рядовых воинов, насылая мор на коней и обрушивая ненастья на становища кочевников. В густых лесах и топких болотах ведьмы истязали пленников, топя их в гнилой воде или перерезая им горло во славу кровавых богов. Взамен предводительница галиурунн Бледугхадда рассчитывала разделить с конунгом власть над молодой империей. Однако сам Филимер не желал поступаться властью. Презирающий себя, за то, что вынужден обращаться к постыдному женскому колдовству, он искал способ избавиться от опасных союзниц. Втайне сговорившись с герульскими знатоками рун, он возмутил народ против ведьм и изгнал их из своей державы. Обозленные галиурунны вместе со своей предводительницей бежали за Танаис, в унылые степи и топкие плавни раскинувшееся к востоку от Боспорского царства. Однако эти места не были безлюдными — вот уже несколько десятков лет здесь обитали пришедшие с востока узкоглазые низкорослые кочевники называвшие себя «хунну». Телом и нравом они напоминали скорее троллей или цвергов, чем людей. Галиурунны запугали и подчинили чарами дикарей признавших западных ведьм воплощениями каких-то своих богинь или злых духов. Сами готские колдуньи поселились в среднем течении Гипаниса, на небольшом полуострове, поросшем могучими дубами. С трех сторон их пристанище окружала вода — с юга и запада Гипанис, с востока — небольшая, но глубокая речка, которую из-за странно темного цвета гунны называли «Кара-Усун» — «черная вода». Сами кочевники никогда не останавливались здесь надолго — топкая, болотистая почва и кишащие комарами камыши были настоящим рассадником малярии.
Страница 1 из 4
