Плато Первопроходцев

В безмолвии прошло несколько минут, наконец, Пульвер заявил ехидным тоном:

— Что и требовалось доказать… — Сергей Борисыч, неужели вы, в самом деле, поверили в эту чушь? — спросил Юрка Кусков.

— Что? — очнулся Ахтунг.

— Ах, да! Я поверил Нестерову, более того, я и сейчас ему верю.

Рыбин недоверчиво хмыкнул, все остальные предпочли промолчать.

— Коля, — обратился ко мне Ахтунг, — посмотри внимательно вокруг. Нет ли в окружающем чего-то такого, чего не было тогда?

— Да, нет, всё такое же… Время, грунт, звёзды… Всё так, как тогда. И ничего не изменилось, только разве что взрывы тогда чувствовались — почва тряслась.

— Взрывы? — переспросил Сергей Борисович.

— Ага, вы говорили, будто строят что-то. Кажется на другой стороне астероида.

— Не на другой — ближе… — кивнул Ахтунг.

— И дымка висела. От взрывов… — внезапно вспомнил я.

— Дымка? — напряжённым голосом уточнил наш препод.

— И в первый раз дымка висела?

— Да, оба раза над астероидом висела дымка, — подтвердил я.

— Ага… — снова кивнул Ахтунг.

— Интересно… Ну что же, пойдёмте. Завтра ещё раз попробуем.

И мы покинули плато Первооткрывателей, так и не увидев скульптур.

Всю ночь мне не спалось. Я заново переживал каждую минуту последних нескольких дней. Как я нашёл таинственные скульптуры, как увидел их вторично, как хотел показать их Вике и как они исчезли непонятно отчего. Несправедливые насмешки снова жгли меня, и мне очень хотелось оправдать доверие Сергея Борисовича, а ещё доказать всем, что я не трепло. Лишь под утро я задремал.

На следующий день наша группа в полном составе снова вышла к месту, где я видел загадочные изваяния. Я понимал, что никто не верит мне, насмешливых взглядов не скрывали и лишь непререкаемый авторитет Ахтунга заставлял товарищей воздерживаться от шуточек. Но если сегодня скульптуры не появятся, мне до скончания века не отмыться от печати болтуна. А уж про Вику и говорить не стоило… Когда мы шли, вернее, прыгали по плато, я почувствовал сотрясения почвы и спросил:

— Сергей Борисыч, опять строят?

— Нет, это по моей просьбе строители взрывают. Надо, чтобы дымка поднялась над астероидом, как в тот раз… — Всё дело в дымке? — хором спросили близнецы Клименко.

— Возможно… — уклончиво ответил Ахтунг.

— Видите, она уже висит.

Над поверхностью астероида в самом деле висела белесая дымка. Она была не такой заметной, как раньше, но уже вполне видна.

Мы добрались до места, я сказал:

— Это здесь… — Почему ты так уверен? ― недоверчиво спросил Кусков.

— По-моему, вон там ничуть не хуже.

— Там не хуже, но я видел скульптуры здесь. Вот, даже крест нарисовал… Ещё тогда, в первый раз, чтобы отметить место.

Я взглянул на часы, встроенные в рукав скафандра. Ещё немного времени оставалось… — Коля, — обратился ко мне Ахтунг, — что ты делал, когда увидел изваяния?

— Я выполнял задание, Сергей Борисыч, собирал образцы. Гранит, характерный для этой части плато. Нагнулся за обломком, кажется, вон за тем, — указал я, — а когда распрямился… — Смотрите! — воскликнул Пульвер.

Я вскинул взгляд.

Изваяния стояли там, где я их увидел в прошлый раз. Несколько бледнее, чем раньше, но, как и тогда могучий мужчина, держа копьё в руке, заслонял сильным телом прекрасную девушку. Девушка испытывала испуг, она вся сжалась от неведомой опасности. Это ощущение было таким явственным, что у меня самого появилось желание присоединиться к нему и защитить красавицу от грозящей беды.

Все молчали, глядя на статуи, и лишь Рыбин тихо произнёс:

— И в самом деле похожа… В этот момент видение исчезло. Некоторое время все осознавали увиденное, затем Ахтунг спросил:

— Ну-с, молодые люди, кто-нибудь догадался снять изваяние на видео?

Все сконфуженно промолчали.

— Вот и я тоже не догадался, — кивнул Ахтунг.

— А уж Нестеров, конечно, был огорошен почище нашего… Ничего, завтра всё снимем, теперь оно никуда не денется! Дымка будет висеть ещё пару дней… — А при чём тут дымка? — спросил Пульвер.

— Не понимаю, зачем она нужна?

— Она сыграла роль атмосферы, — пояснил Сергей Борисрвич.

— В безвоздушном пространстве это изображение не видно. Поэтому Нестеров, да и мы тоже, не увидели ничего, когда она развеялась. И, верно, поэтому эти скульптуры не были обнаружены раньше. Ладно, возвращаемся на базу… Ребята гурьбой двинулись вслед за преподом, обсуждая увиденное, строя гипотезы и догадки, а я не торопился. Мне хотелось побыть одному, чтобы почувствовать всё ещё раз. Слишком много переживаний перенесла мне эта находка… Почувствовав, что кто-то рядом, я обернулся и увидел Вику.

Некоторое время она молчала, шагая рядом, потом тихо произнесла:

— Коля, прости меня, пожалуйста…