Автопилотируемые межпланетные корабли имели спрос у двух групп населения. К первой относились значительно поднаторевшие в перелетах люди: бывшие пилоты, самоучки или те, кто прошел специальные курсы корректировки перелетов. Как правило, последние стоили немало, и их выбирали богатые дельцы, занимающиеся космической торговлей…
Добавить в моё избранное
15 мин, 5 сек 19764
Но пожилой мужчина решил добавить напоследок:
— Я знаю, что таких, как вы, не переубедить, и летите вы хоть на край света, хоть на свой Флориус, но ваши дети не заслужили той участи. Будучи законодателем, я всеми силами борюсь, чтобы лицам, не достигшим 21-го года запрещено, было летать на планеты, заселенные сектантами, типа вас. Но эта громоздкая законодательная система постоянно норовит вставить палки в колеса! И еще мои коллеги, с их возгласами «дух плюрализма царит в нашем обществе, мы шли к этому без малого три тысячи лет, и вы хотите все это порушить!» Но я клянусь, когда-нибудь весь это ужас прекратится.
Мелисса продолжала молчать, все сильней и сильней сжимая руку сына, от чего тот испытывал немалую боль. Именно поэтому он не мог как следует сосредоточиться на словах старика. Но суть он все же уловил. Мать говорила ему, что в таких случаях он должен создать мысленный барьер, он и пытался, но все же не мог не прислушиваться к подобным речам, тем паче что слышал их почти каждый день, иногда в весьма вульгарной форме. Например, от своих одноклассников, которых невзлюбила его мать.
Седой склонился над Брайном, сложив руки на коленях, и участливо заглянул ему в глаза. Там он увидел смесь страха, надежды, отрешенности и сомненья. Последнее обрадовало его больше всего, дети подобных матерей обычно уже к пяти годами становились безнадежными, этого же еще можно было спасти, нужно было лишь найти верный подход. Но времени у него уже не было, подошла его очередь, и старик, бросив на мальчика последний взгляд, заковылял к подъехавшему кораблю. Когда он поднялся на него, Мелисса открыла рот:
— Что он только что сказал тебе, сынок? — спросила она строго.
— Этот человек сказал ересь, не достойную моих ушей.
— Это верно.
Она натяжно улыбнулась и погладила своего сына по голове бегло и нервно. Удивительно, но за десять лет она так и не научилась нормально гладить детей по голове.
Через минуту наступила их очередь, и они направились к подъемнику. Мелисса замешкалась у входа, поэтому когда она зашла внутрь, Брайан находился там уже целых две минуты и успел все рассмотреть. Также он успел содрать какую-ту наклейку со стены, но испугавшись содеянного, тут же смял ее и отправил в утилизатор. Он даже не подумал прочесть надпись.
Первый день полета.
Прошло десять минут, с того момента, как они тронулись с Земли, и впереди их ждало восьминедельное путешествие до Флориуса. Мелисса только что уложила продукты в предназначенный для того отсек и пребывала в крайнем возбуждении, но не знала, куда его деть. Она как-то не подумала заранее, чем они с сыном будут заниматься на корабле. В таких случаях люди обычно либо едят, либо спят. Спать ни ей, ни сыну пока что не хотелось, поэтому Мелисса обратилась к Брайану, который лениво поглядывал в иллюминатор:
— Ты там не проголодался еще, сынок?
Тот отвернулся от скучного космоса и посмотрел на мать. Некоторое время ушло у него на раздумье, и, наконец, Брайан вынес вердикт:
— Нет, мамочка, я не голоден, — он пожал плечами, — может быть через час.
Затем он снова повернулся к иллюминатору. Мелисса поразмыслила, что она голодна не настолько, чтобы не ждать сына: одной ей есть не хотелось, и она принялась за сканворд, чтобы снять возбуждение, которое подозрительно стало смахивать на нервозность. Чтобы расправиться с целым журналом ей понадобилось полтора часа, она сверилась по часам и опять обратилась к сыну, который играл сам с собой в шашки:
— Ну как, еще не надумал?
— Пожалуй, самое время. Я бы не отказался от свекольного салата.
И он направился к пищевому отсеку, но далеко не ушел, чувствуя у себя на спине пытливый взор матери.
— Ах да, мамочка, мы должны помолиться сначала.
Мелисса довольно кивнула головой и затянула: «Пища во благо идущая, чистая перед Богом, силу дающая, искушение отводящая, разойдись по телу, наполни его и душу, наполни же благодатью»… Когда светопреставление закончилось, мальчик поднялся с колен и снова пошел по направлению к отсеку.
— Достань мне, пожалуйста, гроздь винограда-бросила ему вслед Мелисса.
Брайан приблизился к рефрижератору, открыл нужный отсек и забрался в него. Там было достаточно просторно для него и для пищи. Приложив некоторые усилия, он раздобыл салат и гроздь винограда. После этого они с матерью скромно поели и, конечно же, еще раз помолились. То же самое они сделали и перед сном. Первый день полета закончился чинно, мирно и без происшествий.
Второй день полета.
Когда они проснулись, у обоих сильно болела голова и подскочила температура. У Брайана в придачу разболелся зуб, только это уже не было связано с проблемами адаптации, просто во сне выпала пломба. Впрочем, неудачное начало дня блекло перед его дальнейшим развитием.
— Я знаю, что таких, как вы, не переубедить, и летите вы хоть на край света, хоть на свой Флориус, но ваши дети не заслужили той участи. Будучи законодателем, я всеми силами борюсь, чтобы лицам, не достигшим 21-го года запрещено, было летать на планеты, заселенные сектантами, типа вас. Но эта громоздкая законодательная система постоянно норовит вставить палки в колеса! И еще мои коллеги, с их возгласами «дух плюрализма царит в нашем обществе, мы шли к этому без малого три тысячи лет, и вы хотите все это порушить!» Но я клянусь, когда-нибудь весь это ужас прекратится.
Мелисса продолжала молчать, все сильней и сильней сжимая руку сына, от чего тот испытывал немалую боль. Именно поэтому он не мог как следует сосредоточиться на словах старика. Но суть он все же уловил. Мать говорила ему, что в таких случаях он должен создать мысленный барьер, он и пытался, но все же не мог не прислушиваться к подобным речам, тем паче что слышал их почти каждый день, иногда в весьма вульгарной форме. Например, от своих одноклассников, которых невзлюбила его мать.
Седой склонился над Брайном, сложив руки на коленях, и участливо заглянул ему в глаза. Там он увидел смесь страха, надежды, отрешенности и сомненья. Последнее обрадовало его больше всего, дети подобных матерей обычно уже к пяти годами становились безнадежными, этого же еще можно было спасти, нужно было лишь найти верный подход. Но времени у него уже не было, подошла его очередь, и старик, бросив на мальчика последний взгляд, заковылял к подъехавшему кораблю. Когда он поднялся на него, Мелисса открыла рот:
— Что он только что сказал тебе, сынок? — спросила она строго.
— Этот человек сказал ересь, не достойную моих ушей.
— Это верно.
Она натяжно улыбнулась и погладила своего сына по голове бегло и нервно. Удивительно, но за десять лет она так и не научилась нормально гладить детей по голове.
Через минуту наступила их очередь, и они направились к подъемнику. Мелисса замешкалась у входа, поэтому когда она зашла внутрь, Брайан находился там уже целых две минуты и успел все рассмотреть. Также он успел содрать какую-ту наклейку со стены, но испугавшись содеянного, тут же смял ее и отправил в утилизатор. Он даже не подумал прочесть надпись.
Первый день полета.
Прошло десять минут, с того момента, как они тронулись с Земли, и впереди их ждало восьминедельное путешествие до Флориуса. Мелисса только что уложила продукты в предназначенный для того отсек и пребывала в крайнем возбуждении, но не знала, куда его деть. Она как-то не подумала заранее, чем они с сыном будут заниматься на корабле. В таких случаях люди обычно либо едят, либо спят. Спать ни ей, ни сыну пока что не хотелось, поэтому Мелисса обратилась к Брайану, который лениво поглядывал в иллюминатор:
— Ты там не проголодался еще, сынок?
Тот отвернулся от скучного космоса и посмотрел на мать. Некоторое время ушло у него на раздумье, и, наконец, Брайан вынес вердикт:
— Нет, мамочка, я не голоден, — он пожал плечами, — может быть через час.
Затем он снова повернулся к иллюминатору. Мелисса поразмыслила, что она голодна не настолько, чтобы не ждать сына: одной ей есть не хотелось, и она принялась за сканворд, чтобы снять возбуждение, которое подозрительно стало смахивать на нервозность. Чтобы расправиться с целым журналом ей понадобилось полтора часа, она сверилась по часам и опять обратилась к сыну, который играл сам с собой в шашки:
— Ну как, еще не надумал?
— Пожалуй, самое время. Я бы не отказался от свекольного салата.
И он направился к пищевому отсеку, но далеко не ушел, чувствуя у себя на спине пытливый взор матери.
— Ах да, мамочка, мы должны помолиться сначала.
Мелисса довольно кивнула головой и затянула: «Пища во благо идущая, чистая перед Богом, силу дающая, искушение отводящая, разойдись по телу, наполни его и душу, наполни же благодатью»… Когда светопреставление закончилось, мальчик поднялся с колен и снова пошел по направлению к отсеку.
— Достань мне, пожалуйста, гроздь винограда-бросила ему вслед Мелисса.
Брайан приблизился к рефрижератору, открыл нужный отсек и забрался в него. Там было достаточно просторно для него и для пищи. Приложив некоторые усилия, он раздобыл салат и гроздь винограда. После этого они с матерью скромно поели и, конечно же, еще раз помолились. То же самое они сделали и перед сном. Первый день полета закончился чинно, мирно и без происшествий.
Второй день полета.
Когда они проснулись, у обоих сильно болела голова и подскочила температура. У Брайана в придачу разболелся зуб, только это уже не было связано с проблемами адаптации, просто во сне выпала пломба. Впрочем, неудачное начало дня блекло перед его дальнейшим развитием.
Страница 2 из 5
