Залипание

Теперь можно действовать.

Он выходит с большой корзиной для продуктов, в которой на дне, под тряпкой лежит верный меч.

Дорога не близкая, потому что идти нужно шагом по улицам, не привлекая внимания.

То там то тут начинают просыпаться жители города, выходят на балконы, вытаскивают на улицу какие-то тюки и коробы, просто идут мимо него.

Стремительно светает. Народу на улицах становится все больше.

Он заходит на базар. Здесь так людно, что, то и дело приходится расталкивать людей, и слышать в след себе угрозы и ругательства.

Он уже почти миновал базар, как вдруг на пути возникает сборщик налогов. Они знакомы. Очень хорошо знакомы.

Сборщик открывает рот, чтобы закричать, но начинает задыхаться от холодного лезвия меча в животе. Медленно оседает.

Он помогает сборщику сеть поудобнее под прилавок с рыбой и спешит дальше. Времени остается мало.

Перед выходом на большую городскую площадь он останавливается. Нужно ждать.

Люди проходят мимо.

Одежда на нем такая же, как и на остальных горожанах, но все же он не похож на остальных — слишком крепкая фигура, слишком стальной взгляд.

И вот начинается движение — из здания префектуры выходит отряд солдат, а следом, под видом обычного солдата в окружении охраны выходит сам префект. Его красный мундир ничем не отличается от мундиров его охранников, это хорошо — это значит, что он боится.

На кухне засвистел чайник. Женя поставил на паузу и пошел его выключить.

Он насыпал в заварник чаю и стал заливать его кипятком.

Взгляд остановился на разделочном ноже. Это было просто везение. Этим ножом можно было бы доделать начатое.

Он взял его в руки — гораздо удобнее меча — меньше и тоньше лезвие. Он поискал на себе место, где можно было бы незаметно его пристроить, но к своему удивлению обнаружил, что стоит на кухне в спортивных штанах и футболке.

Усмехнувшись, он накрыл полотенцем заварник и вернулся в комнату.

Колонна солдат приближается. Нужно приготовится — он достает меч. Прячет его за спиной и прижимается к стене. Люди жмутся к стенам от солдат. Префект наклонил голову, но это ему не поможет — голову наклонил только он.

Напряжение достигает предела, больше ждать нечего.

Резким движением он бьет мечем из-за спины прямо в шею префекту, обратным движением перерезая горло ближнему солдату.

Теперь бежать.

Но бежать некуда. За спиной стена. Вокруг солдаты. Кто-то из горожан начинает вопить.

Он ударяет одного солдата в грудь ногой, отталкиваясь, таким образом, и цепляется за решетку на окне дома.

В мгновение ока он стоит уже на балконе, солдаты внизу. Чей-то меткий нож попадает ему в ногу и остается там по рукоятку.

Больно.

Некоторое время тело не слушается. Он врывается в чью то квартиру. На противоположную сторону дома его ведут запутанные коридорчики и комнаты, дает знать нож в ноге.

Выбивая окно, он хватается за веревку, на которой висит белье, рывком вытягивает из ноги нож и перерезает ее.

Перелетает на противоположный дом. Рана кровоточит. Здоровье стремительно ухудшается.

Женя поставил на паузу и пошел на кухню за чаем.

В то время, когда он наливал из заварника темный янтарь чая, во входной двери провернулся ключ.

Женя, с налитым чаем осторожно выглянул в прихожую, но никакой опасности не было — мама пришла с работы и, поставив сумку на тумбочку, снимала сапоги.

— Отнеси продукты на кухню, — сказала она.

Женя взял сумку.

Пока он нес ее на кухню, он изучил содержимое сумки и даже стащил себе один глазурованный сырок.

А когда блестящая упаковка от сырка полетела под кровать и пустая чашка стояла на столе, Женя вновь взял в руки джойстик.

В городе объявили розыск. За его голову дают невероятное количество золота. Нужно маскироваться.

Он сидит в хижине на крыше одного из домов.

Он был в лавке у торговца оружием. Тот предупредил его, что теперь, когда объявлен розыск, он больше не сможет помогать ему, хоть, и платит он золотом.

Но перед тем как начнется в городе бунт, нужно выполнить еще один заказ. Для этого нужны особые средства.

Это особое средство торговцу привез один китаец, это бочонок со смесью пороха и железных колючек, это много мучительных смертей в одном свертке.

Отсюда, с крыши, когда взгляд свободно скользит над домами, видно, как солнце медленно плывет к закату, пробивая красно-оранжевыми лучами пыльный воздух. Слышно ржание коней, детский смех, скрип ставен.

Маскировка дело не легкое, особенно, когда каждый, кто его узнает, уже будет слышать в кармане золотой звон.

Он крадется по крышам. Легко перепрыгивает с одной на другую.

И вот цель. Внизу, под крышей этого дома.

На этот раз никого убивать не нужно.