Я сидел в конторе и вяло ковырялся на столе. Работа совершенно не клеилась, вернее ее не было. Я трудился обыкновенным ремонтником сотовых телефонов в центре самого обыкновенного скучного города в арендуемой каморке…
Добавить в моё избранное
14 мин, 36 сек 13396
Так вот, как раз около половины шестого под размеренную вибрацию паяльной станции на моем столе и появились эти двое. Высокие, но не крепкие, с умными лицами и почти в одинаковых костюмах. Многочисленные тренировки в нахождении определенных подходов к разношерстной публике, конечно, развили мою проницательность. Выбор был небольшой: менты или фейсы. Милиция или ФСБ. Сейчас откроют рот, и все будет ясно.
— Здравствуйте, вы не заняты? Можно нам проконсультироваться по поводу одного технического вопроса?
Вежливые, и речь поставлена грамотно. ФСБшники. Что же их привело ко мне?
— Да, слушаю, — как можно ровнее ответил я.
Не буду передавать весь наш разговор, но суть его сводилась к следующему. Финансирование их ведомства, очевидно, увеличилось по сравнению с лихими девяностыми годами, но требовалось все больше технических средств для слежения, а отечественный рынок их не предлагал, иностранные образцы стоили очень уж баснословно, на это не хватит никаких денег. Тем более, что всяких там специальных изделий требовалось один-два экземпляра, ну какой там завод возьмется за их разработку и изготовление. Короче, в данный момент им требовался инженер-электронщик и рабочий-сборщик в одном лице. Была идея соорудить так называемого «червя», этакое устройство наподобие палки сырокопченой колбасы, с множеством встроенных механизмов, способного передвигаться под землей и вылезать на поверхность, где потребуется, а также, естественно, подглядывать и подслушивать. Для меня это была интересная задача. Я и в ремонтники сотовых подался, имея диплом госслужащего, только потому, что любил с детства разбирать игрушки и изучать их устройство, в надежде что-либо усовершенствовать. Посему, малая электроника, электрика и моделирование мне просто нравились, и задача была прямо-таки по мне.
Проговорив не менее двух часов и выторговав приличную сумму за появление пары таких «червей» с заданными характеристиками, мы перешли к бумажным формальностям. Я подписал документ о неразглашении их«творческого заказа», а они подписали предварительное соглашение об оплате услуг. Под занавес я пошутил, что если они надеются на спаривание и размножение этих двух червяков в последующем и разведение целого червячного семейства, благодаря чему полностью оснастятся техникой, то серьезно ошибаются. Их стриженые затылки напряглись, но шутку переварили и, наконец, визитеры заулыбались. Дотерзав до конца все детали предстоящего проекта и попрощавшись, гости удалились восвояси.
Пора уже была закрывать контору. Я набрал номер подменного мастера и, объяснив, что в ближайший месяц буду занят, с легкостью передоверил всех моих телефонных клиентов в его добрые и умелые руки. Пусть ему щекочут нервы и проверяют самообладание. Добравшись домой и осушив бутылочку «Хугардена», я заперся в кабинете и стал теоретизировать в плоскости грядущей разработки.
Я жил на тихой улочке на самом краю города с раннего детства. Мне нравился собственный дом возможностью держать множество инструментов, наличием мастерской и даже отдельного кабинета. Тысячи старых и якобы ненужных вещей в частном доме так и манили возможностями их сочетать, объединять и производить что-то новое и полезное. Прав был юморист Задорнов, хранить лук в старых колготках жены смешно, но удобно. Есть, конечно же, и минусы такого проживания и многие люди меня поймут. Самое первое зло у частного домовладения — это соседи. Никогда я не видел жителя частного сектора довольного своими соседями. И, если в квартире от всех придурков можно отгородиться массивной металлической дверью, то здесь это не так. Рожи невоспитанных негодяев-соседей можно увидеть и в огороде и заглядывающими в твой двор. И пса эти скоты могут отравить запросто, что было в моей собственной жизни не раз. И по поводу пяти сантиметров спорной земли на меже дело может дойти до убийства лопатами, особенно в картофельный сезон. Да и с правами человека на личную жизнь все обстоит гораздо плачевнее. В многоэтажке кто к кому пришел и по какому поводу, никого не волнует, не шумят и ладно. Здесь же запомнят и на какой машине к кому-либо в гости приехали, и сколько денег стоит машина и еще, как бы невзначай выйдя на улицу, заодно послушают, о чем говорят у чужого двора. Быдло. Может, правда другим повезло, но у меня были именно такие соседи. Большинство. Жаль, не прочитают они этого, не кольнет совесть, убогие, когда им читать, некогда, надо подглядывать да подслушивать.
Правда, по милости божьей с одной стороны от меня жили недавно перестроившие дом более-менее приличные люди. Оба хирурги, муж с женой. Скандалов с ними не было. Держались они отдаленно от всех, тихо, мирно и бездетно, проводя большую часть времени на работе. Был, правда, один инцидент четыре года назад с участием этой незлобивой пары. Их собака, красивейшая немецкая овчарка, умная и добрая… да вот дернула ее нелегкая отвязаться и выскочить на улицу, напугать гулявших ребятишек, хозяева-то на работе.
— Здравствуйте, вы не заняты? Можно нам проконсультироваться по поводу одного технического вопроса?
Вежливые, и речь поставлена грамотно. ФСБшники. Что же их привело ко мне?
— Да, слушаю, — как можно ровнее ответил я.
Не буду передавать весь наш разговор, но суть его сводилась к следующему. Финансирование их ведомства, очевидно, увеличилось по сравнению с лихими девяностыми годами, но требовалось все больше технических средств для слежения, а отечественный рынок их не предлагал, иностранные образцы стоили очень уж баснословно, на это не хватит никаких денег. Тем более, что всяких там специальных изделий требовалось один-два экземпляра, ну какой там завод возьмется за их разработку и изготовление. Короче, в данный момент им требовался инженер-электронщик и рабочий-сборщик в одном лице. Была идея соорудить так называемого «червя», этакое устройство наподобие палки сырокопченой колбасы, с множеством встроенных механизмов, способного передвигаться под землей и вылезать на поверхность, где потребуется, а также, естественно, подглядывать и подслушивать. Для меня это была интересная задача. Я и в ремонтники сотовых подался, имея диплом госслужащего, только потому, что любил с детства разбирать игрушки и изучать их устройство, в надежде что-либо усовершенствовать. Посему, малая электроника, электрика и моделирование мне просто нравились, и задача была прямо-таки по мне.
Проговорив не менее двух часов и выторговав приличную сумму за появление пары таких «червей» с заданными характеристиками, мы перешли к бумажным формальностям. Я подписал документ о неразглашении их«творческого заказа», а они подписали предварительное соглашение об оплате услуг. Под занавес я пошутил, что если они надеются на спаривание и размножение этих двух червяков в последующем и разведение целого червячного семейства, благодаря чему полностью оснастятся техникой, то серьезно ошибаются. Их стриженые затылки напряглись, но шутку переварили и, наконец, визитеры заулыбались. Дотерзав до конца все детали предстоящего проекта и попрощавшись, гости удалились восвояси.
Пора уже была закрывать контору. Я набрал номер подменного мастера и, объяснив, что в ближайший месяц буду занят, с легкостью передоверил всех моих телефонных клиентов в его добрые и умелые руки. Пусть ему щекочут нервы и проверяют самообладание. Добравшись домой и осушив бутылочку «Хугардена», я заперся в кабинете и стал теоретизировать в плоскости грядущей разработки.
Я жил на тихой улочке на самом краю города с раннего детства. Мне нравился собственный дом возможностью держать множество инструментов, наличием мастерской и даже отдельного кабинета. Тысячи старых и якобы ненужных вещей в частном доме так и манили возможностями их сочетать, объединять и производить что-то новое и полезное. Прав был юморист Задорнов, хранить лук в старых колготках жены смешно, но удобно. Есть, конечно же, и минусы такого проживания и многие люди меня поймут. Самое первое зло у частного домовладения — это соседи. Никогда я не видел жителя частного сектора довольного своими соседями. И, если в квартире от всех придурков можно отгородиться массивной металлической дверью, то здесь это не так. Рожи невоспитанных негодяев-соседей можно увидеть и в огороде и заглядывающими в твой двор. И пса эти скоты могут отравить запросто, что было в моей собственной жизни не раз. И по поводу пяти сантиметров спорной земли на меже дело может дойти до убийства лопатами, особенно в картофельный сезон. Да и с правами человека на личную жизнь все обстоит гораздо плачевнее. В многоэтажке кто к кому пришел и по какому поводу, никого не волнует, не шумят и ладно. Здесь же запомнят и на какой машине к кому-либо в гости приехали, и сколько денег стоит машина и еще, как бы невзначай выйдя на улицу, заодно послушают, о чем говорят у чужого двора. Быдло. Может, правда другим повезло, но у меня были именно такие соседи. Большинство. Жаль, не прочитают они этого, не кольнет совесть, убогие, когда им читать, некогда, надо подглядывать да подслушивать.
Правда, по милости божьей с одной стороны от меня жили недавно перестроившие дом более-менее приличные люди. Оба хирурги, муж с женой. Скандалов с ними не было. Держались они отдаленно от всех, тихо, мирно и бездетно, проводя большую часть времени на работе. Был, правда, один инцидент четыре года назад с участием этой незлобивой пары. Их собака, красивейшая немецкая овчарка, умная и добрая… да вот дернула ее нелегкая отвязаться и выскочить на улицу, напугать гулявших ребятишек, хозяева-то на работе.
Страница 2 из 4
