— … а мы уже не молоды, оба. Здесь я вынужден не согласиться с вами, — возразил седовласый мужчина в белой рубашке.
Добавить в моё избранное
14 мин, 48 сек 15070
Так или иначе, олигарх, или депутат, слово сдержал. Правда, частично — детские площадки появились не в каждом дворе. Вероятно, наворованных у честных граждан средств не хватило на воплощение мечты благородного олигарха, или депутата, в жизнь, сделал вывод Марк.
Новость о том, что в их дворе появится детская игровая площадка с горкой, песочницей, различными лестницами и перекладинами тогда не порадовала ни Марка, ни Катю. Скорей, наоборот. Подло, но таково человеческое восприятие. Маленький мальчик, играющий дешевым пластмассовым грузовиком, вряд ли порадуется за своего приятеля, которому подарили радиоуправляемую машинку. Так же и школьница может сколько угодно говорить подруге, как она счастлива за нее в связи с тем, что первый красавец школы пригласил ее на свиданье, но часто ли подобные высказывания оказываются искренними? Конечно, нет. Но, безусловно, зависть присуща не всем, а только лишь большинству. К большинству относились и Марк с Екатериной. Им было сложно радоваться за человека, чей ребенок, заливаясь смехом, беззаботно бегает по улицам, осознавая, что им никогда не узнать, как это — быть родителями. Никогда не почувствовать ту любовь, которую чувствует он. Хуже и быть не может. Ну, разве что радиоуправляемая машинка у приятеля. Хотя нет, все-таки это терпимо, ведь папа может в любой день купить машинку даже лучше, чем у приятеля. А вот надежда на то, что жена с поставленным ей диагнозом бесплодие вернется домой с потрясающей новостью «Дорогой, я беременна!» ничтожно мала.
Эти мысли, что не странно, показались Марку отвратительными. Он с легкостью выгнал их из головы, ведь это все осталось в прошлом. Теперь он мог смотреть на играющих во дворе детей и радоваться за женщин, что сидели на скамейке неподалеку. И он радовался. Он представлял, о чем они разговаривают — наверняка делятся историями о проказах своих малышей. Уже совсем скоро и он будет слушать их рассказы, а они — его.
Марк на мгновенье закрыл глаза, а когда открыл, увидел в одной из женщин Катю. На ней было легкое летнее платье зеленого цвета. Теплый ветерок играл ее распущенными золотистыми волосами, а она смеялась. Господи, я никогда не видел ее такой прекрасной! Будто услышав мысленный комплимент, Катя взглянула на него. Ее глаза сияли безмерной радостью. Он улыбнулся ей, не прекращая восхищаться тем, насколько она красива. Она улыбнулась в ответ, затем неспешно перевела взгляд на игровую площадку. Луч солнца блеснул в ее волосах. Марк, вслед за своей воображаемой женой, устремил взор в сторону детской площадки и увидел маленькую девочку примерно трех лет со смешными косичками в оранжевых шортиках и полосатой, красно-желтой маячке. Девочка смотрела на него Катиными глазами, полными той же безмерной радости. Значит, наша маленькая Сарочка будет похожа на маму. Такая же божественно красивая. Марком, внезапно, овладело непреодолимое желание выпрыгнуть в окно, подбежать к ним и заключит в самые теплые, нежные объятия. Но это же безумие. Моя дочь, моя любимая Сара сейчас крепко спит. И ей не три года, а три месяца. Да и Кати здесь быть не может. Он вновь закрыл глаза. Мне привиделось.
— Конечно, привиделось, — подтвердил внутренний голос.
Но это было так реально!
— Скоро это станет реальностью, ты сам прекрасно понимаешь. Разумеется, если не… Веки приподнялись. Картина перед глазами расплылась, словно кто-то выплеснул на нее ведро воды. Он плакал. Рука — та, что сжимала бутылку — ослабла. Прохлада от бутылки уже не казалась такой приятной, как несколько минут назад. Мерзкая, отвратительная прохлада, такая же, как и вкус этой чертовой жидкости. Я не хочу ее пить, не хочу!
Марк отвернулся от окна и быстрым, уверенным шагом направился к холодильнику. Перед глазами по-прежнему все плыло. Дверца холодильника открылась сильной руки, обнажив набитую продуктами питания пасть. Сейчас я отправлю чертову водку в чертову пасть, и чертов холодильник ее проглотит. И все. Раз плюнуть. Он поставил бутылку на верхнюю полку и закрыл дверцу.
— Раз плюнуть, — шепотом повторил он.
В следующую секунду его лицо запылало, виски пронзила адская боль. Будто кто-то, заключенный в голове, яростно пытается выбраться наружу и колотит своим маленьким молотом по черепу. Марк издал еле слышный стон. Руки непроизвольно вцепились в голову. Заключенный снова ударил молотом, на этот раз еще сильнее. Удар свалил Марка на колени. Мне придется это сделать… просто необходимо… я не вынесу еще одного удара. Мысли метались в больной голове, как птицы в клетке. Он схватился за ручку холодильника и дернул ее изо всех сил. *Стрелки часов сошлись над цифрой четыре, когда входная дверь, с присущим скрипом, открылась. Катя вернулась раньше, чем ожидал Марк.
— Это ты, дорогая? — раздался из кухни несвойственный Марку голос. За ним послышался раздирающий горло кашель.
— Марк, со мной что-то происходит, — тихо произнесла Катя. В дрожащем голосе откровенно слышались тревога и страх.
Новость о том, что в их дворе появится детская игровая площадка с горкой, песочницей, различными лестницами и перекладинами тогда не порадовала ни Марка, ни Катю. Скорей, наоборот. Подло, но таково человеческое восприятие. Маленький мальчик, играющий дешевым пластмассовым грузовиком, вряд ли порадуется за своего приятеля, которому подарили радиоуправляемую машинку. Так же и школьница может сколько угодно говорить подруге, как она счастлива за нее в связи с тем, что первый красавец школы пригласил ее на свиданье, но часто ли подобные высказывания оказываются искренними? Конечно, нет. Но, безусловно, зависть присуща не всем, а только лишь большинству. К большинству относились и Марк с Екатериной. Им было сложно радоваться за человека, чей ребенок, заливаясь смехом, беззаботно бегает по улицам, осознавая, что им никогда не узнать, как это — быть родителями. Никогда не почувствовать ту любовь, которую чувствует он. Хуже и быть не может. Ну, разве что радиоуправляемая машинка у приятеля. Хотя нет, все-таки это терпимо, ведь папа может в любой день купить машинку даже лучше, чем у приятеля. А вот надежда на то, что жена с поставленным ей диагнозом бесплодие вернется домой с потрясающей новостью «Дорогой, я беременна!» ничтожно мала.
Эти мысли, что не странно, показались Марку отвратительными. Он с легкостью выгнал их из головы, ведь это все осталось в прошлом. Теперь он мог смотреть на играющих во дворе детей и радоваться за женщин, что сидели на скамейке неподалеку. И он радовался. Он представлял, о чем они разговаривают — наверняка делятся историями о проказах своих малышей. Уже совсем скоро и он будет слушать их рассказы, а они — его.
Марк на мгновенье закрыл глаза, а когда открыл, увидел в одной из женщин Катю. На ней было легкое летнее платье зеленого цвета. Теплый ветерок играл ее распущенными золотистыми волосами, а она смеялась. Господи, я никогда не видел ее такой прекрасной! Будто услышав мысленный комплимент, Катя взглянула на него. Ее глаза сияли безмерной радостью. Он улыбнулся ей, не прекращая восхищаться тем, насколько она красива. Она улыбнулась в ответ, затем неспешно перевела взгляд на игровую площадку. Луч солнца блеснул в ее волосах. Марк, вслед за своей воображаемой женой, устремил взор в сторону детской площадки и увидел маленькую девочку примерно трех лет со смешными косичками в оранжевых шортиках и полосатой, красно-желтой маячке. Девочка смотрела на него Катиными глазами, полными той же безмерной радости. Значит, наша маленькая Сарочка будет похожа на маму. Такая же божественно красивая. Марком, внезапно, овладело непреодолимое желание выпрыгнуть в окно, подбежать к ним и заключит в самые теплые, нежные объятия. Но это же безумие. Моя дочь, моя любимая Сара сейчас крепко спит. И ей не три года, а три месяца. Да и Кати здесь быть не может. Он вновь закрыл глаза. Мне привиделось.
— Конечно, привиделось, — подтвердил внутренний голос.
Но это было так реально!
— Скоро это станет реальностью, ты сам прекрасно понимаешь. Разумеется, если не… Веки приподнялись. Картина перед глазами расплылась, словно кто-то выплеснул на нее ведро воды. Он плакал. Рука — та, что сжимала бутылку — ослабла. Прохлада от бутылки уже не казалась такой приятной, как несколько минут назад. Мерзкая, отвратительная прохлада, такая же, как и вкус этой чертовой жидкости. Я не хочу ее пить, не хочу!
Марк отвернулся от окна и быстрым, уверенным шагом направился к холодильнику. Перед глазами по-прежнему все плыло. Дверца холодильника открылась сильной руки, обнажив набитую продуктами питания пасть. Сейчас я отправлю чертову водку в чертову пасть, и чертов холодильник ее проглотит. И все. Раз плюнуть. Он поставил бутылку на верхнюю полку и закрыл дверцу.
— Раз плюнуть, — шепотом повторил он.
В следующую секунду его лицо запылало, виски пронзила адская боль. Будто кто-то, заключенный в голове, яростно пытается выбраться наружу и колотит своим маленьким молотом по черепу. Марк издал еле слышный стон. Руки непроизвольно вцепились в голову. Заключенный снова ударил молотом, на этот раз еще сильнее. Удар свалил Марка на колени. Мне придется это сделать… просто необходимо… я не вынесу еще одного удара. Мысли метались в больной голове, как птицы в клетке. Он схватился за ручку холодильника и дернул ее изо всех сил. *Стрелки часов сошлись над цифрой четыре, когда входная дверь, с присущим скрипом, открылась. Катя вернулась раньше, чем ожидал Марк.
— Это ты, дорогая? — раздался из кухни несвойственный Марку голос. За ним послышался раздирающий горло кашель.
— Марк, со мной что-то происходит, — тихо произнесла Катя. В дрожащем голосе откровенно слышались тревога и страх.
Страница 2 из 5
