Художник

Я почувствовал, что Силия села, все еще не отпуская моих предплечий.

— Что же мы будем делать? Свечи у нас есть в какой-то из коробок. На коробке написано, можно попробовать разыскать.

— Послушай, щиток здесь, в подвале, как выходишь из этой комнаты — сразу справа, на стене. У тебя нет спичек?

— Откуда?! — Силия повысила голос.

— На мне не одного кармана, даже трусов нет!

На этот раз эта ее фраза не вызвала во мне никаких чувств. Я стал подниматься на ноги, и Силия истерично хваталась за меня… Мы медленно пошли в ту сторону, где должна была быть дверь. Я протянул руки вперед и наткнулся на стену. Правее, правее, — вот и дверь. Силия висела на мне сзади, как мешок.

— Мне страшно, — дрожащим шепотом сказала она.

— Сейчас.

Я провел рукой по стене за дверью, наткнулся на щиток. Ощупал его руками — кажется, петли слева. Ногтями я старался подцепить дверцу справа, так как не нашел никаких ручек или щеколд.

— Ай! Что-то вонзилось мне под ноготь! Ну и боль! — я здорово разозлился, но дверца уже приоткрылась.

Я аккуратно погрузил руку плашмя в коробку и сразу нащупал среди тумблеров две штуки, которые были опущены вниз, остальные стояли в положение «верх».

— О«кей, риск — благородное дело. Я включаю.»

Этаж осветился ярким электрическим светом.

Когда свет горит, его не замечаешь, а тут вдруг я понял, как же его много.

— Ой, мама мия… — Силия ослабила свою хватку.

— Какой-то кошмар. Пойдем наверх.

Мы поднялись на кухню, достали из сумок еду. Приготовили мы заранее, что бы здесь в первый день не возиться. Постелили на полу на кухне наш любимый зеленый плед, расположились на нем, поели холодного ростбифа с перечным соусом и холодной картошкой, запеченной в сметане. Выпили полбутылки «каберне», взяли стаканы и бутылку и пошли наверх, в спальню, где нас ждал наш любимый матрас. Лестница взвизгивала при каждом нашем шаге.

— Завтра же, — сказала Силия, ступив на пол второго этажа.

— Обещаю, дорогая.

Мы разделись и легли в постель, решив, что одну ночь можно поспать и без постельного белья, просто под одеялом. Копаться ночью в коробках не было никакого желания.

Мы выпили еще по бокалу вина. Я обнял Силию, положил ей руку на живот и стал медленно продвигать ее вниз.

— Я не хочу, — сказала Силия тихо.

— Не знаю почему, но совершенно ничего не хочется.

— Конечно, дорогая. Мы устали. Давай спать.

Я поцеловал ее в губы, в лоб и в правый висок. Силия отвернулась и, кажется, мгновенно уснула. Я лежал на правом боку и смотрел в окно. В окне я видел черное небо и еще более черные силуэты макушек деревьев. Макушки качались, и это успокаивало.

Проснулся я, словно от удара в лоб. В ушах стоял какой-то легкий звон, как будто где-то разбили стекло, а мой слух ухватил только падение последних мелких осколков. Я повернул голову, но Силии не было в постели. Я почему-то не захотел ходить голым, натянул штаны и набросил рубашку.

Вышел из спальни и заглянул в ванную. Нету. В пустую будущую гостевую или детскую спальню — нет ее и там. Спустился по кричащей, словно от боли, лестнице и прошлепал по всем комнатам первого этажа. Я не зажигал света, так как было довольно светло, — я не смотрел на часы, но, вероятно, дело шло к рассвету.

Подошел к лестнице, ведущей в подвал. Засомневался и щелкнул выключателем. Свет на лестнице не зажегся. Я вернулся на кухню и повернул выключатель там. Света не было.

— Черт, черт… — сказал я себе под нос. Опять подошел к лестнице и позвал:

— Силия!

Прислушался. Казалось, что внизу что-то шумело.

— Силия, детка, ты где? — Внутри у меня появилось странное ледяное чувство, которое выступило испариной на позвоночнике.

Я медленно пошел по лестнице вниз. Да, теперь я явно слышал звук. Я направился в сторону шума. В маленькой комнате, в темноте, в стиральной машине остервенело вертелся барабан. Ее белый корпус дрожал и издавал звук как турбина в самолете.

— Что за черт! — проговорил я почти про себя.

Я попятился назад и выскочил, озираясь, из комнаты.

В глубине подвала из открытой двери большой комнаты с картинами исходил уже знакомый мне розовый свет. Мне было не по себе. Я часто дышал, и сердце мое, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Я медленно продвигался к розовому свету. Подошел к двери и заглянул вовнутрь. Сердце мое остановилось, и волосы зашевелились у меня на голове. Картины не лежали больше в углу комнаты, а были развешаны по стенам. Комната была залита розовым светом, из источника, которого не было. Свет просто висел в комнате, как туман. На мгновение мне показалось, что это сон, и я потерял чувство реальности. Потом я вспомнил о Силии.

— Силия!.

— сказал я негромко, стараясь сохранять уверенность в голосе.