Сначала Ивана задержал в офисе босс — отчёт, видите ли, ему приспичило получить в середине месяца! Потом долго не было нужной маршрутки. Пришлось сесть в автобус…
Добавить в моё избранное
14 мин, 39 сек 17090
А ещё эти пробки… еле тащились через центр города, то и дело надолго замирая на месте, и молодой человек едва не задохнулся в жарком и пропитавшемся запахом потных тел салоне. И когда Иван Грушин, с трудом волоча ноги, шагал к своему родному переулку, солнце, словно испугавшись наступающего фронта грозовых туч, уже готовилось убежать за горизонт.
Завернув за угол своего дома, он сразу заметил необычное оживление.
— Что случилось? — спросил Грушин у соседа из двадцатой квартиры.
— Представляешь, Вань, трансформатор спёрли! — ответил тот.
— Прям среди бела дня! А?! Каково? И никто, главное, ничего не видел! А вечером наши с испанцами играют! Как теперь смотреть?!
— Это… что, сегодня света уже не будет? — насторожился Иван.
— Да какой, сегодня? — Отмахнулся сосед.
— Вон, электрики говорят, что эта канитель до понедельника… Невдалеке шумная группка соседей живо объясняла мужчинам в жёлтых одеждах Горсвета что-то про еду и холодильники, а еще одна — про компьютеры и недописанные курсовики. Все довольно громко выражали своё недовольство местными властями. Но Ваня их уже не слушал.
«До понедельника, — от этой мысли у него внутри всё содрогнулось, а спину прошиб холодный пот.»
— Надо батареек купить!«Он быстро развернулся на месте, собираясь, пока не поздно, сбегать в магазин, и налетел на мужчину в милицейской форме.»
— Аккуратнее, молодой человек, куда вы так торопитесь! — едва устояв на ногах, проворчал милиционер.
— Извините, я… — совсем растерялся Иван.
— Вы где-то здесь живёте? — прищурив глаз, спросил страж порядка и, дождавшись кивка, продолжил.
— С вами уже разговаривали? Нет? Пройдёмте-ка… Заходящее солнце спряталось за крышей дома. Милиционер продолжал внимательно и, как назло, очень медленно изучать паспорт Ивана:
— Значит, Грушин Иван Петрович… — Я весь день был на работе… Ничего не видел… И вчера ничего подозрительного не было… — все больше нервничая, отвечал на вопросы молодой человек.
Небо над их головами темнело с пугающей быстротой, из-за расползающихся над город туч, грозивших пролиться скорым ливнем. А милиционер все пристальнее приглядывался к странно обеспокоенному Ивану и никак не мог решить, отпустить ли ему этого подозрительного субъекта или всё-таки лучше продолжить беседу в отделении.
Наконец, ответив на все вопросы и подмахнув какую-то бумагу, Иван освободился от назойливого МВД-шника. И, стараясь сильно не торопиться, чтобы не вызывать у того ещё больше подозрений, зашагал прочь с места происшествия.
«Не успел! — понял Грушин, еще издали увидев, как над дверью хозяйственного магазина опускаются железные жалюзи, и завертел головой по сторонам.»
— Ларёк!«— Батарейки есть? Двадцать штук! И фонарик! Нет, два! Сдачи не надо! — прокричал он в крошечное окошечко, расплатился, сгрёб покупки и побежал домой.»
Последний луч солнца растворился в хмуром вечернем небе. Прохожие отшатывались в сторону, чтобы не столкнуться с бегущим по улице человеком, и провожали его удивлёнными взглядами. А ему было уже без разницы, что о нём подумают. Беспокоиться еще и об этом он был просто не в силах.
В переулке быстро сгущались тени. Возле дома, где жил Иван, не горел ни один фонарь, и лишь в некоторых окнах слабо блестели огоньки свечей. Грушин замер у подъезда, включил оба фонарика и только после этого потянул на себя дверь.
За считанные секунды он взбежал на свой этаж. Торопливо открыл входную дверь и прошёл в квартиру. Электрический свет разогнал тьму в прихожей, но тени остались. Они расползлись по углам и стали ждать.
Зажав фонарик в поднятой над головой руке и освещая пол под ногами, Иван прошёлся по квартире, зажигая свечи. Они стояли везде: на журнальном столе — дюжина самых разных и причудливых, на телевизоре — три низенькие, но пузатые, на подоконнике — две в специальных бокалах-чашах. Несколько свечек были расставлены на полу вдоль стен, несколько Грушин поставил неподалеку от двери. Потом он достал специальную настольную лампу для путешествий и заменил в ней разрядившиеся батарейки на новые. Щелкнул выключателем, поставил лампу на подоконник и направил ее на диван.
«Ну, вроде бы, нормально, — подумал Ваня, обведя взглядом десятки подрагивающих язычков пламени.»
— Теперь можно и перекусить«.»
Дважды сходив за продуктами на кухню, он расставил возле свечей на столике пару бутылок пива, нарезанный ломтиками батон, немного сыра на тарелке, колбасу и нож с открывалкой.
За день квартира хорошенько прожарилась летним солнцем, теперь в ней к тому же коптили воздух десятки свечек… Иван открыл форточку, чтобы впустить немного свежего воздуха, и, усевшись на диван, обвёл комнату взглядом.
Их были десятки. И каждый хотел поквитаться за прошлое, отомстить, убить. Они извивались от нетерпения, шатались и тянули к Ивану тощие негнущиеся руки.
Завернув за угол своего дома, он сразу заметил необычное оживление.
— Что случилось? — спросил Грушин у соседа из двадцатой квартиры.
— Представляешь, Вань, трансформатор спёрли! — ответил тот.
— Прям среди бела дня! А?! Каково? И никто, главное, ничего не видел! А вечером наши с испанцами играют! Как теперь смотреть?!
— Это… что, сегодня света уже не будет? — насторожился Иван.
— Да какой, сегодня? — Отмахнулся сосед.
— Вон, электрики говорят, что эта канитель до понедельника… Невдалеке шумная группка соседей живо объясняла мужчинам в жёлтых одеждах Горсвета что-то про еду и холодильники, а еще одна — про компьютеры и недописанные курсовики. Все довольно громко выражали своё недовольство местными властями. Но Ваня их уже не слушал.
«До понедельника, — от этой мысли у него внутри всё содрогнулось, а спину прошиб холодный пот.»
— Надо батареек купить!«Он быстро развернулся на месте, собираясь, пока не поздно, сбегать в магазин, и налетел на мужчину в милицейской форме.»
— Аккуратнее, молодой человек, куда вы так торопитесь! — едва устояв на ногах, проворчал милиционер.
— Извините, я… — совсем растерялся Иван.
— Вы где-то здесь живёте? — прищурив глаз, спросил страж порядка и, дождавшись кивка, продолжил.
— С вами уже разговаривали? Нет? Пройдёмте-ка… Заходящее солнце спряталось за крышей дома. Милиционер продолжал внимательно и, как назло, очень медленно изучать паспорт Ивана:
— Значит, Грушин Иван Петрович… — Я весь день был на работе… Ничего не видел… И вчера ничего подозрительного не было… — все больше нервничая, отвечал на вопросы молодой человек.
Небо над их головами темнело с пугающей быстротой, из-за расползающихся над город туч, грозивших пролиться скорым ливнем. А милиционер все пристальнее приглядывался к странно обеспокоенному Ивану и никак не мог решить, отпустить ли ему этого подозрительного субъекта или всё-таки лучше продолжить беседу в отделении.
Наконец, ответив на все вопросы и подмахнув какую-то бумагу, Иван освободился от назойливого МВД-шника. И, стараясь сильно не торопиться, чтобы не вызывать у того ещё больше подозрений, зашагал прочь с места происшествия.
«Не успел! — понял Грушин, еще издали увидев, как над дверью хозяйственного магазина опускаются железные жалюзи, и завертел головой по сторонам.»
— Ларёк!«— Батарейки есть? Двадцать штук! И фонарик! Нет, два! Сдачи не надо! — прокричал он в крошечное окошечко, расплатился, сгрёб покупки и побежал домой.»
Последний луч солнца растворился в хмуром вечернем небе. Прохожие отшатывались в сторону, чтобы не столкнуться с бегущим по улице человеком, и провожали его удивлёнными взглядами. А ему было уже без разницы, что о нём подумают. Беспокоиться еще и об этом он был просто не в силах.
В переулке быстро сгущались тени. Возле дома, где жил Иван, не горел ни один фонарь, и лишь в некоторых окнах слабо блестели огоньки свечей. Грушин замер у подъезда, включил оба фонарика и только после этого потянул на себя дверь.
За считанные секунды он взбежал на свой этаж. Торопливо открыл входную дверь и прошёл в квартиру. Электрический свет разогнал тьму в прихожей, но тени остались. Они расползлись по углам и стали ждать.
Зажав фонарик в поднятой над головой руке и освещая пол под ногами, Иван прошёлся по квартире, зажигая свечи. Они стояли везде: на журнальном столе — дюжина самых разных и причудливых, на телевизоре — три низенькие, но пузатые, на подоконнике — две в специальных бокалах-чашах. Несколько свечек были расставлены на полу вдоль стен, несколько Грушин поставил неподалеку от двери. Потом он достал специальную настольную лампу для путешествий и заменил в ней разрядившиеся батарейки на новые. Щелкнул выключателем, поставил лампу на подоконник и направил ее на диван.
«Ну, вроде бы, нормально, — подумал Ваня, обведя взглядом десятки подрагивающих язычков пламени.»
— Теперь можно и перекусить«.»
Дважды сходив за продуктами на кухню, он расставил возле свечей на столике пару бутылок пива, нарезанный ломтиками батон, немного сыра на тарелке, колбасу и нож с открывалкой.
За день квартира хорошенько прожарилась летним солнцем, теперь в ней к тому же коптили воздух десятки свечек… Иван открыл форточку, чтобы впустить немного свежего воздуха, и, усевшись на диван, обвёл комнату взглядом.
Их были десятки. И каждый хотел поквитаться за прошлое, отомстить, убить. Они извивались от нетерпения, шатались и тянули к Ивану тощие негнущиеся руки.
Страница 1 из 4
