Бег в никуда

Я был зачарован этим лицом. До этого ни разу я не видел вампира так близко, и вот теперь мне представилась эта возможность. Ужасный и прекрасный сплав внешности человека, грации кошки, и холодной ярости змеи… Мой разум словно разделился на две части: одна часть испуганно вопила — прочь, другая стремилась к этому смертельно опасному, но прекрасному существу. В одну секунду хотелось бежать без оглядки, в следующий миг — упасть перед вампиршей на колени, и молить её подарить укус, превращающий в такое же существо: сильное, быстрое, прекрасное… — А братика со мной нет, он умер.

— Девочка улыбнулась, и лунный свет заиграл на огромных, белых клыках.

— На следующую ночь после вас пришли другие, и они сделали нам очень больно. Потом я проснулась, а вот мой братишка нет.

Вампирша подошла к нам почти вплотную, не обращая внимания на направленные на неё стволы.

— Я вот о чём думаю, дяденька: если бы вы нас тогда с собой взяли, то был ли бы сейчас жив мой братик?

Не дожидаясь ответа на этот явно риторический вопрос, она бросилась на нас. Грянули выстрелы, но ни одна пуля не смогла поразить двигающуюся как молнию девочку. Не успел я и глазом моргнуть, как она оказалась среди нас, и началось избиение. Вампирша не охотилась, она просто убивала всех вокруг. Руки девчушки мелькали, как молнии, унося с каждым ударом жизнь человека. Резкое, практически невидимое глазу движение — и падает на землю Сержант со свёрнутой шеей… Удар — и чей-то череп разлетается, как спелый арбуз… Резкое движение изящными пальчиками, скрюченными на манер когтей — и в них бьётся ещё живое, вырванное из груди сердце… Через несколько мгновений в живых остался я один.

— Ну, что, дяденька, пора нам рассчитаться. Помнится, мы с братом накормили вас, теперь ваша очередь. Думаю, это будет справедливо. Да и проголодалась я что-то, пока за вами по этой чаще гонялась… Несмотря на худобу, она была жутко сильна. Легко повалив меня на землю, кровопийца медленно, словно играя, склонилась надо мной, закрывая своим телом свет луны. Сначала было чувство беспомощности; потом страшный, всё поглощающий ужас; резкая боль в горле; холод и оцепенение, постепенно охватывающие всё тело, жуткое чувство безысходности, страх перед надвигающейся кончиной, темнота… Я бежал, с тоской глядя на зарождающуюся утреннюю зарю. Мне «повезло»: я оказался в числе немногих, превратившихся в вампира. Очнувшись ночью, я попробовал встать, но тут же упал, воя от боли — эта тварь переломала мне все кости на ногах и руках. Переломы до сих пор полностью не заросли, несмотря на то, что у вампиров повышенные способности к регенерации. Да ещё эта тварь унесла меня в сторону от самой дремучей чащи, и здесь, в тени редких деревьев, было невозможно найти укрытие от солнца, ставшего для меня смертельным. Я еле держался на ногах, любое движение приносило невыносимую волну боли. И в дополнении ко всем бедам меня жутко терзала жажда… Возможно, выпей я чьей-нибудь крови, заживление пошло бы быстрее, но вокруг не было ни одной живой души. Ночь заканчивалась, наступало утро… И теперь я спешил, с трудом передвигая повреждённые ноги; бежал, в тщетной надежде найти укрытие от жаркого, убивающего меня второй раз солнца. Каждый шаг приносил массу мучений, но я бежал, бежал, чувствуя на спине первые жгучие лучи, превращающие мою плоть в пепел. Я бежал, крича от боли, сгорая заживо под проклятым солнцем, стремился убежать в благословенную тень ночи от надвигающегося дня. Бежал, понимая, что проигрываю эту гонку. Последнюю гонку в моей жизни…