Маньяк

— Если этот, — я указал рукой на лежащего на земле человека, — что-то вам должен, он отплатил долг сполна.

— Это не твое дело, чувак, — Возразил Тип В Шортах, — Вали отсюда.

— Давай, двигай, — прошипел Блондин, подойдя вплотную, — двигай, я сказал!.

— Как хотите, но я не могу этого так оставить, — произнес я.

— Тогда присоединишься к этому козлу! — Рявкнул Коренастый и бросился на меня. Его правый кулак взлетел к моей голове. Я сделал короткий дуговой шажок навстречу, левой ладонью найдя изгиб атакующей руки. Продолжая круговое движение, я перенес центр тяжести на левую сторону. Левая же рука плавно, корректируя движение руки нападавшего, направило ее вниз. Тело по инерции понеслось туда же — Коренастый, потеряв устойчивость, рухнул на землю. Я не хотел никого травмировать и калечить, о чем и сообщил двум остановившимся в нерешительности дружкам упавшего.

— Вам лучше отправиться по домам, — спокойно сказал я.

— В следующий раз будет хуже… Они не поверили и одновременно рванули в мою сторону, пытаясь сбить с ног. Это было ошибкой. Когда Блондин приблизился и попытался обхватить меня, я ушел в сторону, одновременно схватив его за голову. Тело по инерции неслось дальше, голова же, направляемая моими ладонями, в совершенно другом направлении — к Типу в Шортах.

В результате ноги атакующего мелькнули в воздухе, и он лишился опоры. Удар о землю был очень сильным, так что сразу очухаться и встать, как это уже сделал Коренастый, он не мог. Тип В Шортах налетел на упавшего товарища и с громким матом растянулся рядом.

— Ну, козляра, держись! — воскликнул Коренастый, который внезапно очутился рядом. Удар, который он нанес мне в челюсть, мог свалить кого угодно. В последний миг я присел и аккуртно впечатал кулак ему в пах. Коренастый с бульканьем сложился пополам и рухнул на землю. Я вскочил и обернулся. Попытавшийся было встать Тип В Шортах получил сокрушительный удар носком туфли в лицо — очухавшийся парень в светлом приступил к процессу мщения. Не повезло и Блондину, которому парень со всех сил задвинул между ног. Тот издал тихий всхлип и затих. Стычка заняла не более пятнадцати секунд. Пришедший в себя парень в светлой одежде стоял, упершись ладонями в колени, и тяжело дышал.

— Ты как? — Подошел я. Он поднял голову, в лунном свете я увидел его блеклый взгляд.

— Спасибо, — прокряхтел он, — сволочи… — За что они тебя? — А хрен их знает.

— Вздохнул он, бросив косой взгляд на шевелящиеся тела, — Подошли, что-то спросили и в следующий же миг затащили сюда.

— Сам выйдешь из парка? — спросил я, когда мы покинули поляну. Он кивнул.

— Ну, давай, — я хлопнул его по плечу, заметив, что парень скривился. Ничего, выдержит. Я бросился бежать в сторону, в которую ушла моя незнакомка. Это происшествие испортило все планы, девушка могла испугаться поднятого шума и броситься наутек. Но я надеялся, что все же догоню ее и завершу задуманное. Ведь прошло не так уж и много времени… Дорожка закончилась, уткнувшись в кустарник. Одинокая пустая скамейка со стоящей рядом урной нарушали однообразный серый пейзаж, освещенный яркой луной. И никаких признаков девушки. От отчаяния я чуть не взвыл — неужели я потерял ее! Но, внимательно оглядевшись по сторонам, я заметил, что кустарник не сплошной, и дорожка здесь не оканчивается — правее скамейки имелся узенький разрыв в живой стене, и в темноту парка уходит хорошо утоптанная земляная тропинка. Я бросился к ней. Меня объяла тьма. В этой части парка царствовали каштаны, их кроны заполонили пространство над головой, преградив путь сиянию луны. Глаза обшаривали пространство за стволами деревьев, пытаясь обнаружить любое движение; я надеялся, что белая тенниска незнакомки мелькнет в просветах. Я не мог упустить столь легкую добычу, и мысль об этом подстегивала все сильнее и сильнее. Я ускорил бег, в отчаянии вращая головой по сторонам. Куда же она подевалась?! Впереди мелькнуло белое пятно. Тенниска? Из темноты я увидел, что тропинка в том месте выходит на открытое пространство… Это была она! Я старался бежать как можно тише, рибоковские кроссовки при соприкосновении с утоптанной землей издавали лишь негромкий шорох, и поэтому очень скоро я приблизился к незнакомке, а она этого даже не заметила. Девушка шла все тем же небыстрым шагом, видимо, шум драки все же не спугнул ее. Подивившись ее хладнокровию, я сбавил темп, стараясь выйти из под кроны деревьев на свет как можно медленнее. Тропинка огибала невысокий заборчик вокруг старой летней эстрады, перед которой гурьбой стояли поломанные скамейки. Эта часть парка в последнее время мало кем посещалась, что было мне только на руку. Если настигнуть девушку рядом с потрескавшимися и окруженными каменными плитами ступеньками, можно затащить ее на обшарпанную бетонную сцену и там надругаться, а свидетелями этому зверскому действу будут лишь звезды и Луна. Уже четыре месяца, как я стал на грязный и отвратительный путь маньяка-убийцы.