— Нет, только не говорите мне, что совершенно не верите в театральные суеверия. Вы, молодые шутники. Вам бы только хохмить и смеяться. Мне же, старому служителю сцены, не над чем потешаться, уж послушайте меня. Кому как не мне известны старые тайны этого здания. Ведь дело даже не в странных полуночных образах, являющихся из-за портьер и собранного занавеса, и не в зловещих вздохах и даже не в тех хихикающих карликах в масках сатиры и юмора. Нет. Всё дело совсем в ином, потому как этого всего еще можно избежать. Самый главный ужас для всех вас, несмышленыши, в существовании шахматного короля.
Добавить в моё избранное
12 мин, 33 сек 17855
Внезапно, откуда-то со стороны вспыхнул свет. Не белый как прежде, а желтоватый — болезненный, электрический свет. Пение разом стихло, а к сцене вышел человек. Король уставился на него, карлики смотрели не моргая.
— Отпусти парня, — сказал вышедший старик.
— Я использую свое право.
Король недовольно вздохнул и отстранил кинжал от шеи Артема. Тот уже лежал без движений, лишившийся чувств. Словно сквозь туман он мог слышать и видеть происходящее.
— Ты понимаешь, на что идешь, старик? Редко кто соглашается на это второй раз. Очень редко.
— Понимаю. Отпустите его.
— Хорошо, он свободен, — кивнул король и кивнул карликам. Те мигом сбросили парня со сцены.
— Поднимайся. Давно мы не виделись с тобой. Очень давно… Артем еще раз открыл глаза и после уже окончательно провалился в темноту забвения.
— Тема. Тема. Да, просыпайся ты.
Артем открыл глаза. На него смотрел Паша. Лицо его выражало крайнее беспокойство.
— Что случилось? — он осмотрелся. Оба они находились в том укромном уголке за декорациями, где спрятались накануне.
— Там какой-то переполох. Я сам только проснулся.
Они прислушались. Несколько напряженных голосов.
— Это был сон? — удивленно спросил Артем.
— Ты ведь не…?
Он запнулся. Весь ужас и страх остались позади. Он там, где был. Рядом друг. Все это дурацкий сон.
Голоса приближались. Теперь было очевидно — говорили трое. Раскрылась дверь в вестибюль и в зал пролился дневной свет.
— Василич так бодр был вчера, — говорил мужской голос.
— Что ж, возраст. Я позвоню его дочери, — отвечал женский.
Показались две женщины и один пожилой мужчина. Работники театра. Гардеробщицы и второй сторож.
— Надо сообщить директору. Я позвоню ему немедленно. Скорая уже едет, — сказала вторая женщина.
Обе они вышли обратно в вестибюль, а мужчина еще какое-то время стоял возле сцены. Он грустно вздыхал. Друзья сидели тихо, боясь пошевелиться. Но вот, и он ушел. Они быстро миновали зал, и покинули его через ту же дверь.
— Ты слышал, о чем они говорили? — спросил Артем.
— Я правильно понял?
— Сторож умер? — неуверенно предположил Паша.
— Ага, — кивнул Артем.
— Вот незадача.
Они быстро оделись и вышли в холод ноябрьского утра.
Где-то в глубине души Артема зародилось странное холодное чувство, которое при одной только мысли о сне этой ночи пробуждало жуткий страх. Да и был ли это сон?
Паша тоже шел молча. Он отчетливо помнил свой сон в театре. И вряд ли когда-нибудь расскажет его. В нем Артема схватили какие-то твари, а он сам обмочился от страха и забился в угол, подвывая от ужаса. Да и был ли это сон?
— Отпусти парня, — сказал вышедший старик.
— Я использую свое право.
Король недовольно вздохнул и отстранил кинжал от шеи Артема. Тот уже лежал без движений, лишившийся чувств. Словно сквозь туман он мог слышать и видеть происходящее.
— Ты понимаешь, на что идешь, старик? Редко кто соглашается на это второй раз. Очень редко.
— Понимаю. Отпустите его.
— Хорошо, он свободен, — кивнул король и кивнул карликам. Те мигом сбросили парня со сцены.
— Поднимайся. Давно мы не виделись с тобой. Очень давно… Артем еще раз открыл глаза и после уже окончательно провалился в темноту забвения.
— Тема. Тема. Да, просыпайся ты.
Артем открыл глаза. На него смотрел Паша. Лицо его выражало крайнее беспокойство.
— Что случилось? — он осмотрелся. Оба они находились в том укромном уголке за декорациями, где спрятались накануне.
— Там какой-то переполох. Я сам только проснулся.
Они прислушались. Несколько напряженных голосов.
— Это был сон? — удивленно спросил Артем.
— Ты ведь не…?
Он запнулся. Весь ужас и страх остались позади. Он там, где был. Рядом друг. Все это дурацкий сон.
Голоса приближались. Теперь было очевидно — говорили трое. Раскрылась дверь в вестибюль и в зал пролился дневной свет.
— Василич так бодр был вчера, — говорил мужской голос.
— Что ж, возраст. Я позвоню его дочери, — отвечал женский.
Показались две женщины и один пожилой мужчина. Работники театра. Гардеробщицы и второй сторож.
— Надо сообщить директору. Я позвоню ему немедленно. Скорая уже едет, — сказала вторая женщина.
Обе они вышли обратно в вестибюль, а мужчина еще какое-то время стоял возле сцены. Он грустно вздыхал. Друзья сидели тихо, боясь пошевелиться. Но вот, и он ушел. Они быстро миновали зал, и покинули его через ту же дверь.
— Ты слышал, о чем они говорили? — спросил Артем.
— Я правильно понял?
— Сторож умер? — неуверенно предположил Паша.
— Ага, — кивнул Артем.
— Вот незадача.
Они быстро оделись и вышли в холод ноябрьского утра.
Где-то в глубине души Артема зародилось странное холодное чувство, которое при одной только мысли о сне этой ночи пробуждало жуткий страх. Да и был ли это сон?
Паша тоже шел молча. Он отчетливо помнил свой сон в театре. И вряд ли когда-нибудь расскажет его. В нем Артема схватили какие-то твари, а он сам обмочился от страха и забился в угол, подвывая от ужаса. Да и был ли это сон?
Страница 4 из 4
