— Нет, только не говорите мне, что совершенно не верите в театральные суеверия. Вы, молодые шутники. Вам бы только хохмить и смеяться. Мне же, старому служителю сцены, не над чем потешаться, уж послушайте меня. Кому как не мне известны старые тайны этого здания. Ведь дело даже не в странных полуночных образах, являющихся из-за портьер и собранного занавеса, и не в зловещих вздохах и даже не в тех хихикающих карликах в масках сатиры и юмора. Нет. Всё дело совсем в ином, потому как этого всего еще можно избежать. Самый главный ужас для всех вас, несмышленыши, в существовании шахматного короля.
Добавить в моё избранное
12 мин, 33 сек 17854
— Да, — в скрипучем голосе послышались нотки благодушия.
— Я шахматный король.
Артем дернулся, пытаясь вырваться из крепких мелких ручонок.
— Что это все значит? Отпустите меня. Какой король? Какие шахматы? Помогите!
— Кричи-кричи, — визгливо запели карлики, — не молчи, не молчи!
Они звонко притопывали ножками в башмачках и радостно смеялись. Артем продолжал кричать, но его слова тонули в шуме, производимом карликами. Король стоял неподвижно и наблюдал.
— Молчать! — вдруг рявкнул он. Все разом стихло.
Слезящимися глазами Артем уставился на хищную маску. Карлики замерли, склонив головы. Король приблизился еще на один шаг.
— Так, ты Артем? — спросил он.
— Да, — закивал парень.
— Студент?
— Да. Я всего лишь студент. Отпустите меня. Я ничего не понимаю… — А должен понимать. Или тебя не предупреждали? Все вы, глупые недомерки, лезете туда, куда не следует. Вам, тщедушным и потерявшим веру, невозможно увидеть ту грань, ту черту, через которую нельзя переступать. А это власть! Власть, что невозможно не питать кровью безумных, глупых и непорочных. Это власть над жизнью. Ты знаешь — почему я шахматный король?
Артем отрицательно замотал головой.
Король склонился. Маска приблизилась к лицу Артема.
— Потому что я повелитель жизни, — зашипел он.
— Я знаю все ходы.
Он будто задумался, сделал паузу, отстранился и продолжил:
— Ты думаешь, твоя сущность состоит из полос, черных и белых? Нет! Это не так. Только клетки. Все начинается с них и ими же все заканчивается. Жизнь! Сама жизнь твоя есть клетка, и я ее хозяин. Я волен бросить тебя в яму. В моей власти подарить тебе жизнь или обречь на смерть, заставить страдать или ощутить истинное счастье. А ты? Что можешь ты?
Король уставился на Артема.
— Я ничего не могу, — потупив взор, сказал парень.
— Пожалуйста, отпустите меня.
— Отпустить мы не сможем, — закачал головой король.
— Это выше моих сил. Но вот — даровать жизнь или бросить в яму… — В яму! — снова заверещал один из карликов.
— Молчать! — заорал в ответ король и пнул ногой мелкого прислужника.
— Почему я все время должен повторять? Молчать, когда я говорю, олухи! Отпустите его.
Карлики повиновались и, разжав руки, разошлись в разные стороны, продолжая наблюдать за парнем. Их птичьи глаза пристально смотрели на него из отверстий масок.
— Так что бы выбрал ты? — спросил король.
Артем медленно поднялся на ноги. В его глазах был ужас и полное непонимание. Что-то удерживало его от жалкой попытки бежать, но какая-то маленькая надежда все же была. Он еще раз глянул туда, где прятался Паша и опустил глаза.
— Ты нам что-то хочешь сказать? — сделав к нему шаг, спросил король.
— Говори, не бойся. В твоих силах сделать выбор. Черное или белое.
— Я не понимаю.
— Он не понимает, — тихо, почти виновато, повторил карлик-сатира и развел руками.
— Тут нечего понимать. Все суть одного, — король заходил взад-вперед.
— Черное и белое — твоя жизнь, твои клетки, а я повелитель их.
Он резко повернулся к Артему и подошел вплотную, спрятав руки за спиной. Потом вытащил их и протянул к нему с сжатыми кулаками.
— Выбирай, — тихо сказал он.
Артем стоял как вкопанный. Его тело дрожало, будто в ознобе. Зуб не попадал на зуб, а руки не слушались.
— Выбирай, — так же тихо, хором повторили карлики и подошли ближе.
— Это все какой-то бред. Я не верю. Это розыгрыш, да?
Артем весь встрепенулся, тряхнул головой и с силой оттолкнул от себя короля. Он резко обернулся и, сделав два больших шага, прыгнул со сцены в зрительный зал.
«Каморка сторожа», — он снова метнулся к заветной двери.
В полумраке, не разбирая пути, он бежал, не оборачиваясь, пока не уткнулся в стену и не упал на обитый войлоком пол. Артем скатился на две ступеньки и истошно закричал. Четыре цепкие ручонки схватили его и тащили обратно к сцене. В воздухе тем временем что-то сгущалось. Какое-то странное далекое пение тысяч голосов наполняло его тяжестью, словно пылью. Становилось тяжело дышать.
— Паша! — закричал Артем, хватаясь за стулья.
— Помоги мне!
Но Паша не появлялся.
— Помоги мне! — кричал Артем под визги и крики карликов.
Пение усиливалось. Звук становился громче. От этого звука стены начинали дрожать, словно нечто жуткое приближалось издалека.
— Ты выбрал черное, — радостно произнес со сцены король и достал огромный сверкающий кинжал.
— Значит, первым хожу я.
Карлики втащили парня на сцену и бросили в ноги королю. Артем стал извиваться и ползать, словно уж на сковородке. Он плакал и кричал, умоляя отпустить. Но длинное лезвие было все ближе к его шее.
— Я шахматный король.
Артем дернулся, пытаясь вырваться из крепких мелких ручонок.
— Что это все значит? Отпустите меня. Какой король? Какие шахматы? Помогите!
— Кричи-кричи, — визгливо запели карлики, — не молчи, не молчи!
Они звонко притопывали ножками в башмачках и радостно смеялись. Артем продолжал кричать, но его слова тонули в шуме, производимом карликами. Король стоял неподвижно и наблюдал.
— Молчать! — вдруг рявкнул он. Все разом стихло.
Слезящимися глазами Артем уставился на хищную маску. Карлики замерли, склонив головы. Король приблизился еще на один шаг.
— Так, ты Артем? — спросил он.
— Да, — закивал парень.
— Студент?
— Да. Я всего лишь студент. Отпустите меня. Я ничего не понимаю… — А должен понимать. Или тебя не предупреждали? Все вы, глупые недомерки, лезете туда, куда не следует. Вам, тщедушным и потерявшим веру, невозможно увидеть ту грань, ту черту, через которую нельзя переступать. А это власть! Власть, что невозможно не питать кровью безумных, глупых и непорочных. Это власть над жизнью. Ты знаешь — почему я шахматный король?
Артем отрицательно замотал головой.
Король склонился. Маска приблизилась к лицу Артема.
— Потому что я повелитель жизни, — зашипел он.
— Я знаю все ходы.
Он будто задумался, сделал паузу, отстранился и продолжил:
— Ты думаешь, твоя сущность состоит из полос, черных и белых? Нет! Это не так. Только клетки. Все начинается с них и ими же все заканчивается. Жизнь! Сама жизнь твоя есть клетка, и я ее хозяин. Я волен бросить тебя в яму. В моей власти подарить тебе жизнь или обречь на смерть, заставить страдать или ощутить истинное счастье. А ты? Что можешь ты?
Король уставился на Артема.
— Я ничего не могу, — потупив взор, сказал парень.
— Пожалуйста, отпустите меня.
— Отпустить мы не сможем, — закачал головой король.
— Это выше моих сил. Но вот — даровать жизнь или бросить в яму… — В яму! — снова заверещал один из карликов.
— Молчать! — заорал в ответ король и пнул ногой мелкого прислужника.
— Почему я все время должен повторять? Молчать, когда я говорю, олухи! Отпустите его.
Карлики повиновались и, разжав руки, разошлись в разные стороны, продолжая наблюдать за парнем. Их птичьи глаза пристально смотрели на него из отверстий масок.
— Так что бы выбрал ты? — спросил король.
Артем медленно поднялся на ноги. В его глазах был ужас и полное непонимание. Что-то удерживало его от жалкой попытки бежать, но какая-то маленькая надежда все же была. Он еще раз глянул туда, где прятался Паша и опустил глаза.
— Ты нам что-то хочешь сказать? — сделав к нему шаг, спросил король.
— Говори, не бойся. В твоих силах сделать выбор. Черное или белое.
— Я не понимаю.
— Он не понимает, — тихо, почти виновато, повторил карлик-сатира и развел руками.
— Тут нечего понимать. Все суть одного, — король заходил взад-вперед.
— Черное и белое — твоя жизнь, твои клетки, а я повелитель их.
Он резко повернулся к Артему и подошел вплотную, спрятав руки за спиной. Потом вытащил их и протянул к нему с сжатыми кулаками.
— Выбирай, — тихо сказал он.
Артем стоял как вкопанный. Его тело дрожало, будто в ознобе. Зуб не попадал на зуб, а руки не слушались.
— Выбирай, — так же тихо, хором повторили карлики и подошли ближе.
— Это все какой-то бред. Я не верю. Это розыгрыш, да?
Артем весь встрепенулся, тряхнул головой и с силой оттолкнул от себя короля. Он резко обернулся и, сделав два больших шага, прыгнул со сцены в зрительный зал.
«Каморка сторожа», — он снова метнулся к заветной двери.
В полумраке, не разбирая пути, он бежал, не оборачиваясь, пока не уткнулся в стену и не упал на обитый войлоком пол. Артем скатился на две ступеньки и истошно закричал. Четыре цепкие ручонки схватили его и тащили обратно к сцене. В воздухе тем временем что-то сгущалось. Какое-то странное далекое пение тысяч голосов наполняло его тяжестью, словно пылью. Становилось тяжело дышать.
— Паша! — закричал Артем, хватаясь за стулья.
— Помоги мне!
Но Паша не появлялся.
— Помоги мне! — кричал Артем под визги и крики карликов.
Пение усиливалось. Звук становился громче. От этого звука стены начинали дрожать, словно нечто жуткое приближалось издалека.
— Ты выбрал черное, — радостно произнес со сцены король и достал огромный сверкающий кинжал.
— Значит, первым хожу я.
Карлики втащили парня на сцену и бросили в ноги королю. Артем стал извиваться и ползать, словно уж на сковородке. Он плакал и кричал, умоляя отпустить. Но длинное лезвие было все ближе к его шее.
Страница 3 из 4
