— Нет, только не говорите мне, что совершенно не верите в театральные суеверия. Вы, молодые шутники. Вам бы только хохмить и смеяться. Мне же, старому служителю сцены, не над чем потешаться, уж послушайте меня. Кому как не мне известны старые тайны этого здания. Ведь дело даже не в странных полуночных образах, являющихся из-за портьер и собранного занавеса, и не в зловещих вздохах и даже не в тех хихикающих карликах в масках сатиры и юмора. Нет. Всё дело совсем в ином, потому как этого всего еще можно избежать. Самый главный ужас для всех вас, несмышленыши, в существовании шахматного короля.
Добавить в моё избранное
12 мин, 33 сек 17853
Артему показалось, что он слышит музыку. Играла гармошка. Нет. Что-то вроде шарманки из старых черно-белых фильмов. Точно, унылая расстроеная шарманка. Глаза обоих наблюдателей уставились в сторону непонятного явления, туда, откуда лился свет. Ни один, ни другой, правда, не мог и помыслить о том, что могло явиться причиной того. Может, вернулся сторож?
Шаги. Артем невольно вцепился Паше в руку. Размеренный стук каблуков о доски сцены. Тень от стоящей за декорациями фигуры протянулась по залу. Послышались еще шаги, но быстрые, мелкие. Из-за портьеры выскочил карлик в колпаке с бубенцами и в большой белой маске сатиры.
— Ах, ваше величество! — закричал он.
— Сегодня в зале просто чудно. Вы видите эти прелестные остатки восхищения и оваций?
Послышались еще одни мелкие шажки, и к первому карлику присоединился второй. Оба они были так ужасны, что ребята, чтобы не вскрикнуть зажали рты руками. Один носил маску сатиры, другой юмора. Но маски те были выполнены с какой-то особой изощренностью и кроме отвращения ничего иного вызвать не могли.
— О, да! — завопил, простирая вверх руки второй карлик, — Просто чудесно!
Он сладострастно вдыхал воздух ноздрями, при этом подергивал плечами и размахивал руками в такт своим вдохам. Тяжелые шаги, что послышались сначала, приблизились.
— Я чувствую что-то еще в этом зале, — послышался тяжелый скрипучий голос.
Карлики стали принюхиваться.
— Пахнет плотью! — взвизгнул «сатира».
— Свежей! — добавил «юмор».
Тень таинственной фигуры стала больше и свет, разливающийся из-за декораций, почти затмился. На сцене показался высокий разодетый в черно-белый пышный костюм человек. Или не человек. На лице его была широкая венецианская маска с хищным орлиным клювом вместо носа. Она была усыпана разноцветными камешками, сверкающими в полумраке. Он осматривался по сторонам. Или прислушивался. Ребята застыли, боясь пошевелиться или хотя бы сделать вдох. Артем со всей силы сжал локоть Паши. Звук шарманки становился все громче.
— Они никуда не денутся, — сказал высокий в маске и глянул прямо на них, словно видел их, скрывшихся во мраке. От взгляда этого что-то внутри Артема оборвалось, и он протяжно взвыл, пятясь назад.
— Стой, — зашипел Паша, — стой, придурок!
Но было поздно. Артем вскочил с пола и побежал в сторону двери в сторожку.
— Ах, вот он! — вскрикнул один из карликов. Паша вжался в темноту. Его, кажется, не заметили.
Артем заметался. Дверь не открывалась, он ринулся через зал в сторону запасного выхода, и там заперто. Он побежал в конец зала, погрузившись в темноту. Карлики тем временем плясали на сцене, совершенно не обращая на него внимания, а высокий в маске просто следил за его движениями.
— Ну, хватит уже, — устало сказал он.
— Притащите его ко мне. Я очень расстроюсь, если он упадет и убьется.
— Да, ваше величество, — в унисон поклонились карлики и с визгом кинулись за Артемом.
Карлики втащили парня на сцену и поставили на колени. Их цепкие руки сильно держали его, не давая вырваться. Глаза Артема безумно метались из стороны в сторону, а рот беззвучно хватал воздух.
— Кто ты такой? — проскрипел голос высокого в маске. Он медленно прохаживался по сцене, не поворачивая лица к Артему.
— Как ты здесь очутился? Зачем?
Он будто выдавливал из себя слова и фразы. С его уст они слетали ритмичные и размеренные.
Паша видел все, но не мог заставить себя пошевелиться. Его сковал ужас. Поглотил, накрыл собой, пронизал до самых костей страшным холодом.
— Кто ты такой? — повторил вопрос человек в черно-белом костюме. Голос его зазвучал угрожающе. Он повернулся к Артему и стал приближаться. Фигура его медленно нависала над стоящим на коленях парнем.
— Артем, — ответил тот еле слышно.
— Что он там пищит, ваше величество?! — взвизгнул карлик-сатира.
— Бросим его в яму, позвольте? Уж не пристало вам выслушивать блеяния какого-то худого отрока.
— Бросим в яму? — с надеждой глянул на «величество» юмор.
Высокий в маске остановился. Он посмотрел сначала на одного карлика, потом на другого.
— Я буду сам решать, что делать, — властно с нажимом сказал он.
— Не вам его судить.
Он склонился к Артему.
— Так кто ты? Повтори, я не расслышал.
— Артем, — более громко сказал тот.
— Я студент.
— Артем, Артем! — заорал юмор и громко засмеялся.
Парень вздрогнул и встрепенулся.
— А вы кто? Кто такие? — он вдруг оглянулся туда, где прятался Паша и с немым укором посмотрел в темноту.
— Молчать, отрок! — крикнул сатира.
— Перед тобой его величество — шахматный король.
Оба карлика с силой прижали Артема к полу, заставив склониться еще ниже перед королем.
Шаги. Артем невольно вцепился Паше в руку. Размеренный стук каблуков о доски сцены. Тень от стоящей за декорациями фигуры протянулась по залу. Послышались еще шаги, но быстрые, мелкие. Из-за портьеры выскочил карлик в колпаке с бубенцами и в большой белой маске сатиры.
— Ах, ваше величество! — закричал он.
— Сегодня в зале просто чудно. Вы видите эти прелестные остатки восхищения и оваций?
Послышались еще одни мелкие шажки, и к первому карлику присоединился второй. Оба они были так ужасны, что ребята, чтобы не вскрикнуть зажали рты руками. Один носил маску сатиры, другой юмора. Но маски те были выполнены с какой-то особой изощренностью и кроме отвращения ничего иного вызвать не могли.
— О, да! — завопил, простирая вверх руки второй карлик, — Просто чудесно!
Он сладострастно вдыхал воздух ноздрями, при этом подергивал плечами и размахивал руками в такт своим вдохам. Тяжелые шаги, что послышались сначала, приблизились.
— Я чувствую что-то еще в этом зале, — послышался тяжелый скрипучий голос.
Карлики стали принюхиваться.
— Пахнет плотью! — взвизгнул «сатира».
— Свежей! — добавил «юмор».
Тень таинственной фигуры стала больше и свет, разливающийся из-за декораций, почти затмился. На сцене показался высокий разодетый в черно-белый пышный костюм человек. Или не человек. На лице его была широкая венецианская маска с хищным орлиным клювом вместо носа. Она была усыпана разноцветными камешками, сверкающими в полумраке. Он осматривался по сторонам. Или прислушивался. Ребята застыли, боясь пошевелиться или хотя бы сделать вдох. Артем со всей силы сжал локоть Паши. Звук шарманки становился все громче.
— Они никуда не денутся, — сказал высокий в маске и глянул прямо на них, словно видел их, скрывшихся во мраке. От взгляда этого что-то внутри Артема оборвалось, и он протяжно взвыл, пятясь назад.
— Стой, — зашипел Паша, — стой, придурок!
Но было поздно. Артем вскочил с пола и побежал в сторону двери в сторожку.
— Ах, вот он! — вскрикнул один из карликов. Паша вжался в темноту. Его, кажется, не заметили.
Артем заметался. Дверь не открывалась, он ринулся через зал в сторону запасного выхода, и там заперто. Он побежал в конец зала, погрузившись в темноту. Карлики тем временем плясали на сцене, совершенно не обращая на него внимания, а высокий в маске просто следил за его движениями.
— Ну, хватит уже, — устало сказал он.
— Притащите его ко мне. Я очень расстроюсь, если он упадет и убьется.
— Да, ваше величество, — в унисон поклонились карлики и с визгом кинулись за Артемом.
Карлики втащили парня на сцену и поставили на колени. Их цепкие руки сильно держали его, не давая вырваться. Глаза Артема безумно метались из стороны в сторону, а рот беззвучно хватал воздух.
— Кто ты такой? — проскрипел голос высокого в маске. Он медленно прохаживался по сцене, не поворачивая лица к Артему.
— Как ты здесь очутился? Зачем?
Он будто выдавливал из себя слова и фразы. С его уст они слетали ритмичные и размеренные.
Паша видел все, но не мог заставить себя пошевелиться. Его сковал ужас. Поглотил, накрыл собой, пронизал до самых костей страшным холодом.
— Кто ты такой? — повторил вопрос человек в черно-белом костюме. Голос его зазвучал угрожающе. Он повернулся к Артему и стал приближаться. Фигура его медленно нависала над стоящим на коленях парнем.
— Артем, — ответил тот еле слышно.
— Что он там пищит, ваше величество?! — взвизгнул карлик-сатира.
— Бросим его в яму, позвольте? Уж не пристало вам выслушивать блеяния какого-то худого отрока.
— Бросим в яму? — с надеждой глянул на «величество» юмор.
Высокий в маске остановился. Он посмотрел сначала на одного карлика, потом на другого.
— Я буду сам решать, что делать, — властно с нажимом сказал он.
— Не вам его судить.
Он склонился к Артему.
— Так кто ты? Повтори, я не расслышал.
— Артем, — более громко сказал тот.
— Я студент.
— Артем, Артем! — заорал юмор и громко засмеялся.
Парень вздрогнул и встрепенулся.
— А вы кто? Кто такие? — он вдруг оглянулся туда, где прятался Паша и с немым укором посмотрел в темноту.
— Молчать, отрок! — крикнул сатира.
— Перед тобой его величество — шахматный король.
Оба карлика с силой прижали Артема к полу, заставив склониться еще ниже перед королем.
Страница 2 из 4
