Монстр громко тарахтел и мчался в рассвет, когда восьмиклассник Михеевской школы Катаны проснулся внутри его брюха.
Добавить в моё избранное
11 мин, 45 сек 743
Иногда черные круглые лапы монстра подпрыгивали на ухабах, тогда его квадратное брюхо резко дергало вверх, монотонный рев менялся, и железный зверь глухо ухал. Тряска швыряла восьмиклассника от одной твердой стенки темной утробы к другой, катала костлявое тело в черной одежде по металлическому полу. После трех прыжков монстра восьмиклассник остался сидеть на коленях. Он ждал и не боялся.
Истинный Путь ученика школы Катаны — это смерть.
Только когда ученик школы Катаны достойно умрет, он докажет чистоту умыслов и искренность намерений. Бывает, ученики сами обрывают свои жизни. Достойно умереть легко. Ученики вонзают катаны себе в животы, резко дергают в сторону рукояти мечей, и в то же мгновение для них прекращается жизнь, этот драный спектакль кукол. Умереть просто, нужен лишь меч.
Худая спина восьмиклассника вжалась в угол между двумя гладкими стенками огромного брюха. Мозолистые ладони уперлись в вибрировавший пол. Тонкий луч дневного света проникал в щель между закрытыми дверями в дальней стенке брюха, маленький светло-серый кружок выхватывал из темноты растрепанный черный хвостик на макушке ученика. Синие глаза восьмиклассника опустились на измятое черное кимоно и красное шелковое оби. Когда ученика усыпили уколом и заперли в брюхе монстра, его ножны с катаной забрали.
Восьмиклассник не мог достойно умереть.
Снаружи ветви голых деревьев хлестали по бокам монстра. Грохот металла отдавался в ушах восьмиклассника, голову разрезала боль острее лезвия катаны после заточки. Тра-та-та-та. Ветви стучали яростно и часто как вчерашние очереди свинцовых плевков.
Тра-та-та-та. Длинные дудки черных плевалок сверкают быстрыми всполохами огня в окна Михеевской школы. Горячие свинцовые плевки летят быстро и неостановимо, стекло в окнах звонко лопается и разлетается прозрачными брызгами. Тра-та-та-та. Тела одноклассников восьмиклассника смешно дергаются, извиваются змейками, кто-то кричит, кто-то плачет, затем все оседают на пол, валятся друг на друга и больше никогда не двигаются. Лишь красные узоры разукрашивают черные кимоно и хакама.
Ученики школы Катаны выбирают смерть, когда в их чести сомневаются. Так они доказывают миру свою безупречность. Но если честь твоя не опорочена, выбор смерти преждевременен. Даже если сильно хочется сбежать.
Монстр резко подпрыгнул на очередном ухабе. Восьмиклассника подбросило вверх и вправо, лохматая голова дернулась и впечаталась виском в стену. В глазах потемнело, и в этой черноте закачались цветные качели.
Пять лет назад цветные качели раскачиваются в центре круглого дворика. Ярко-оранжевые сидушки стремительно несутся вверх, в голубое небо с облаками в форме кудрявых детских головок, пока цепи из маленьких звеньев не натягиваются, затем сидушки несутся обратно к рамам качелей, затем — мимо рам, снова в небо с облаками.
Летний воздух наполняется нежными цветочными запахами, исходящими из розовых, голубых, желтых, сиреневых клумб в стороне. Пять лет назад маленький восьмиклассник еще не носит кимоно. Пухленький и маленький, намного меньше, чем сейчас, восьмиклассник крепко держится за цепи качели и поддает ногами каждый раз, когда качели возвращаются к земле. Вот качели поднялись достаточно высоко, и маленький восьмиклассник прыгает вперед к золотисто-желтой скамейке. Шлеп. Маленький восьмиклассник не долетает до скамейки и расползается на траве в полный рост. Кругом собираются дети и вместе поднимают маленького восьмиклассника, пухленькие ручки стряхивают с него сор, маленькие лица смеются. И маленький восьмиклассник тоже смеется. Ни у кого из детей нет катаны.
Восьмиклассник снова забился спиной в угол брюха и потер ушибленный висок. Острый подбородок прижался к груди, тощие руки охватили голову, прикрывая от новых ударов об твердые стенки.
Ученик школы Катаны всегда видит цель и идет к ней, несмотря ни на что, пока смерть не заберет его. Даже если его цель — просто еще раз увидеть оранжевые качели.
Монстр резко остановился и заглох. Заскрежетало снаружи. Обе двери в противоположной стенке монстрового брюха одновременно распахнули наружу. Серый свет пасмурного октябрьского дня ворвался внутрь железной утробы, загнал темноту в углы и уколол глаза восьмиклассника. Ученик заморгал.
На улице стройный человек в сиреневом кимоно учителя и теплой накидке приветливо помахал рукой.
Восьмиклассник встал и выпрыгнул из брюха монстра на расколотый асфальт. Боль в виске прошла, словно вытекла через уколы света в глазах.
Учитель молча смотрел на него. Восьмиклассник поклонился в пояс.
— Сейчас день, сенсей, — сказал он, — Андрей Сингенин внимает вам.
Учитель кивнул, вежливая улыбка осветила молодое щетинистое лицо с живыми голубыми глазами.
— Мы ждали тебя, Сингенин-кун, — весело сказал учитель, — сегодня удивительный день! До тебя в Кодзилькинскую школу Катаны никогда не переводили учеников из других школ Катаны.
Истинный Путь ученика школы Катаны — это смерть.
Только когда ученик школы Катаны достойно умрет, он докажет чистоту умыслов и искренность намерений. Бывает, ученики сами обрывают свои жизни. Достойно умереть легко. Ученики вонзают катаны себе в животы, резко дергают в сторону рукояти мечей, и в то же мгновение для них прекращается жизнь, этот драный спектакль кукол. Умереть просто, нужен лишь меч.
Худая спина восьмиклассника вжалась в угол между двумя гладкими стенками огромного брюха. Мозолистые ладони уперлись в вибрировавший пол. Тонкий луч дневного света проникал в щель между закрытыми дверями в дальней стенке брюха, маленький светло-серый кружок выхватывал из темноты растрепанный черный хвостик на макушке ученика. Синие глаза восьмиклассника опустились на измятое черное кимоно и красное шелковое оби. Когда ученика усыпили уколом и заперли в брюхе монстра, его ножны с катаной забрали.
Восьмиклассник не мог достойно умереть.
Снаружи ветви голых деревьев хлестали по бокам монстра. Грохот металла отдавался в ушах восьмиклассника, голову разрезала боль острее лезвия катаны после заточки. Тра-та-та-та. Ветви стучали яростно и часто как вчерашние очереди свинцовых плевков.
Тра-та-та-та. Длинные дудки черных плевалок сверкают быстрыми всполохами огня в окна Михеевской школы. Горячие свинцовые плевки летят быстро и неостановимо, стекло в окнах звонко лопается и разлетается прозрачными брызгами. Тра-та-та-та. Тела одноклассников восьмиклассника смешно дергаются, извиваются змейками, кто-то кричит, кто-то плачет, затем все оседают на пол, валятся друг на друга и больше никогда не двигаются. Лишь красные узоры разукрашивают черные кимоно и хакама.
Ученики школы Катаны выбирают смерть, когда в их чести сомневаются. Так они доказывают миру свою безупречность. Но если честь твоя не опорочена, выбор смерти преждевременен. Даже если сильно хочется сбежать.
Монстр резко подпрыгнул на очередном ухабе. Восьмиклассника подбросило вверх и вправо, лохматая голова дернулась и впечаталась виском в стену. В глазах потемнело, и в этой черноте закачались цветные качели.
Пять лет назад цветные качели раскачиваются в центре круглого дворика. Ярко-оранжевые сидушки стремительно несутся вверх, в голубое небо с облаками в форме кудрявых детских головок, пока цепи из маленьких звеньев не натягиваются, затем сидушки несутся обратно к рамам качелей, затем — мимо рам, снова в небо с облаками.
Летний воздух наполняется нежными цветочными запахами, исходящими из розовых, голубых, желтых, сиреневых клумб в стороне. Пять лет назад маленький восьмиклассник еще не носит кимоно. Пухленький и маленький, намного меньше, чем сейчас, восьмиклассник крепко держится за цепи качели и поддает ногами каждый раз, когда качели возвращаются к земле. Вот качели поднялись достаточно высоко, и маленький восьмиклассник прыгает вперед к золотисто-желтой скамейке. Шлеп. Маленький восьмиклассник не долетает до скамейки и расползается на траве в полный рост. Кругом собираются дети и вместе поднимают маленького восьмиклассника, пухленькие ручки стряхивают с него сор, маленькие лица смеются. И маленький восьмиклассник тоже смеется. Ни у кого из детей нет катаны.
Восьмиклассник снова забился спиной в угол брюха и потер ушибленный висок. Острый подбородок прижался к груди, тощие руки охватили голову, прикрывая от новых ударов об твердые стенки.
Ученик школы Катаны всегда видит цель и идет к ней, несмотря ни на что, пока смерть не заберет его. Даже если его цель — просто еще раз увидеть оранжевые качели.
Монстр резко остановился и заглох. Заскрежетало снаружи. Обе двери в противоположной стенке монстрового брюха одновременно распахнули наружу. Серый свет пасмурного октябрьского дня ворвался внутрь железной утробы, загнал темноту в углы и уколол глаза восьмиклассника. Ученик заморгал.
На улице стройный человек в сиреневом кимоно учителя и теплой накидке приветливо помахал рукой.
Восьмиклассник встал и выпрыгнул из брюха монстра на расколотый асфальт. Боль в виске прошла, словно вытекла через уколы света в глазах.
Учитель молча смотрел на него. Восьмиклассник поклонился в пояс.
— Сейчас день, сенсей, — сказал он, — Андрей Сингенин внимает вам.
Учитель кивнул, вежливая улыбка осветила молодое щетинистое лицо с живыми голубыми глазами.
— Мы ждали тебя, Сингенин-кун, — весело сказал учитель, — сегодня удивительный день! До тебя в Кодзилькинскую школу Катаны никогда не переводили учеников из других школ Катаны.
Страница 1 из 4
