Никаких кошмаров

Решив не забивать шквалом мыслей себе голову раньше времени, Вальтер спустился в метро и отправился в бассейн, купив себе перед этим двухлитровую бутылку воды без газа и жадно в нее впился. Сколько он уже не утолял жажду до конца? Два, три года? Цели, для которых была предназначена сыворотка ΆΒΥ-16 предполагали, что организм будет обезвожен, чтобы все усилия не пропали втуне. Теперь же, понимая, что ближайшие три недели ему не придется есть эту дрянь, он мог позволить себе хоть выпить весь бассейн, и в тайне от себя, Вальтер боялся такой перспективы — что оказавшись по горло в воде он просто начнет лакать противную хлорированную воду, как умирающий от жажды пес, распугивая дрейфующих старушек и изумляя персонал фитнесс-центра.

К счастью, конечно, Вольфсгрифф пить из бассейна не стал, лишь рассекал странно теплую, будто мочу, воду белокурой торпедой. Он даже проверил бассейн, укусив себя до крови за костяшку кисти, но, похоже, воду просто следовало сменить.

После бассейна Вальтер зашел в супермаркет на цокольном этаже торгового центра под своим пентхаусом. Придирчиво отбирая продукты, Вальтер надолго застрял у полки с винами, в итоге, выбрав среднее по цене, но знакомое шардоне. Также он взял белого винограда, сыра с голубой плесенью и несколько тончайших ломтиков хамона.

Марго, как всегда немного опоздала. Палента, поджаренная на гриль-сковородке с древесными грибами потихоньку остывала, а Вальтер стоял у окна, зажав наручные часы в руке и нервно скреб ногтем их кожаный браслет. Солнце давно уже село и перед Вальтером открывался прекрасный вид на вечерний Пасинг — влюбленные парочки на скамейках, запозднившиеся родители с ребятишками на детской площадке, горящие окна в старых, украшенных лепниной домах. Но всего этого координатор не замечал — лишь медленно движущиеся стрелки занимали его внимание.

Вот раздался тихий гул лифта, а немного погодя — звонок в дверь. Посмотрев в глазок, он увидел Марго и отпер замок. Дверь он предоставил ей открывать самой — чтобы девушка прикоснулась к крупинкам соли на латунной ручке двери. Марго, как всегда, была одета шикарно — под розовым пальто блестело антрацитом короткое шелковое платье. Ярко-алые губы сочетались с огненно-рыжими прямыми волосами, а густо подведенные глаза — с черным платьем. Вальтер никогда не понимал этого бессмысленного украшательства — ведь все равно самая важная часть общения проходила без одежды.

На столе уже стояли два стакана воды со льдом, тарелки с палентой и горстка таблеток на салфетке со стороны Марго. Вольфсгрифф по-своему любил эту девушку. Совершенно нелюбопытная, Марго никогда не задавала вопросов ни относительно странных ритуалов, сопровождавших жизнь Вальтера, ни о его работе. Но главное — девушка понимала его. Понимала без слов, как дикого зверя, и позволяла ему все, пока тот смиренно вновь и вновь ждал нечастых, но страстных свиданий.

Пара сидела за столом при свечах и на фоне вечернего зарева ужинала. В чем Вальтер поднаторел — так это в приготовлении подобных блюд — паленты, кускуса и ризотто. Главным было сделать все рассыпчатым, мягким, легким, словно сладкая вата.

Когда ужин был окончен, Марго томно взглянула на Вальтера, проглотила несколько таблеток, запив их водой и отправилась в ванную. Немного погодя — убрав тарелки и бокалы в посудомоечную машину, Вольфсгрифф отправился к ней.

Девушка уже была без одежды и нижнего белья, в одних колготках. Она стояла на коленях, опираясь руками о бортик ванной и призывно виляла тазом.

— Давай же милый, я уже почти… Марго скрутило судорогой, будто она съела, что-то испорченное, и Вальтер поспешил расстегнуть ширинку, понимая, что раздеться целиком у него уже не хватит времени.

Он вошел в нее жестко, без прелюдий и из Марго вырвался хриплый стон. Вальтер поторопил:

— Сейчас.

Девушку изогнула очередная судорога, но та уже не стала сдерживаться, и Марго начало тошнить в большую, начищенную до блеска ванную. С каждым желудочным спазмом, брюшные мышцы девушки сокращались, сжатие было таким сильным, что Вальтеру приходилось прижиматься к ней всем телом, чтобы его не вытолкнуло, а несчастную продолжало тошнить кукурузной мукой — мягкой и жидкой, почти такой же, какую он приготовил. Вальтер старался отгородиться от этого зрелища, крепко сжимая в руках ее ягодицы и впитывая ее пульсации, пока девушка исторгала содержимое желудка, сопровождая их соитие натужным кашлем. Ее спина покрывалась блестящим потом, а лопатки ходили ходуном, пока Вольфсгрифф закатывал глаза в райском блаженстве.

Позже, Вальтер и Марго нагие возлежали на подиуме, на шелковых простынях, смакуя шардоне из высоких тонких бокалов.

— Палента получилась великолепной, милый. Было даже немного жалко.

— Ну, вкус-то ты ощутила, — задумчиво заметил Вольфсгифф, разглядывая исколотые вены. Да, похоже, с иглы и правда надо слезть. Хотя бы на время.