Свидание с мертвецом

— Я буду.

От звука голоса Чавеса, вожделение, с которым я была неспособна бороться, исчезло. Я сумела отпихнуть цветочного мальчика.

Чавес бросил пузырек бордовой жидкости в лицо юноши. Я вздрогнула, отчасти ожидая, что он завопит, когда его кожа начнет разъедаться. Я должна была знать лучше.

— Освященное вино? — он затрясся в смехе словно пес, вышедший из воды. — Вы, должно быть, пошутили.

— Ave Maria, — затянул Чавес нараспев. — Gratia plena…

— Латинский, — парнишка тряхнул головой, — этот язык столь же мертв, как и я.

— Отче наш, иже еси на небеси…

— А это и вовсе пришло после меня, чувак. Ничто тебе не поможет. Я собираюсь отыметь её. Ты можешь наблюдать, если хочешь.

Чавес ударил паренька в зубы. Хлынула кровь.

— Не прикасайся к ней, не смотри на неё, не приближайся к ней больше!

— Она моя, — его разбухающая губа приглушала голос, — В этом городе не осталось ни одной, подобной ей.

Чавес повернулся в мою сторону, и демон воспользовался этим моментом для бегства. Фуф.

— Почему он не исчез сразу, как только увидел Вас? Он хотел, чтобы ему разбили губы?

— Телепортация — сложная штука. Иногда им необходима подзарядка, прежде чем они смогут сделать это снова.

Это имело смысл, в этом сверхъестественном, новом демоническом мире, в котором я жила.

— Для чего понадобились цветы? — я указала пальцем на горшок.

— Ты позволила ему войти?

— Нет. Он уже был здесь, когда я вышла из спальни. Я понимаю, что это странно, но он сказал, что его впустил швейцар.

— Вероятно, не хотел, чтобы ты закричала и призвала меня раньше, чем он завладел бы твоим сознанием.

— Где Вы были? — мой испуг заставил меня кричать. — Сколько нужно времени, чтобы получить христианские принадлежности в наши дни?

— Не очень много. Я ждал, когда он появится.

— Вы использовали меня как приманку!?

Чавес бросил на меня быстрый, осторожный взгляд.

— Я не позволил бы ему причинить тебе вреда, Кит. Я был прямо снаружи.

Он не отрицал, что использовал меня. Я знала также, что это все же нанесло мне вред.

— Он был здесь, только в облике Малколма. Вы, возможно, не видели его.

— Я видел.

Чавес проследовал к моим книжным шкафам и выудил между двух книг крошечную видеокамеру. Неудивительно, черт возьми, что он был ими настолько заинтересован.

— Он пришел до наступления темноты, — сказал Чавес, — что означает, что он силен даже более, чем я предполагал.

Между нами повисла тишина, но мою голову переполняли вопросы, мысли, разочарования. Когда Чавес заговорил снова, я была рада от них отвлечься.

— Он сказал, что в этом городе нет больше никого, подобной тебе. Что он имел в виду?

Не хотела я ему этого говорить, но пришлось.

— Я — девственница.

Его глаза расширились.

— Ты не думаешь, что это кое-что, о чем ты должна была сказать мне?

— Это не то, о чем я вообще когда-либо кому-нибудь рассказывала.

— Madre de dios, он никогда не прекратит преследовать тебя.

— Почему?

— Потому что в наши дни, цыпочка, осталось не так-то много девственниц.

— Впечатляет, — сказала я. — Пытайтесь сохранить себя до брака и закончите приманкой для демона. История моей жизни.

Хорошо, но не точно. Моя жизнь никогда не была настолько захватывающей.

Или сверхъестественной.

Или ужасающей.

Везет мне.

— Ты берегла себя до брака?

Я заметила, что Чавес смотрит на меня с удивлением. Полагаю, что в этом столетии я была не только странной, но и последней.

Я пожала плечами.

— Ну, или, по крайней мере, до настоящей любви.

— Тебе стоило родиться в другое время, — пробормотал он, повторяя мои мрачные мысли.

— Сегодня мне жаль, что это не так.

— Возьми свое пальто, — распорядился он.

Я открыла рот от внезапной смены темы.

— Застегни свои брюки.

Я покраснела, осознав, что цветочный паренек начал раздевать меня, а я только сейчас это заметила. Мало того, что я была напугана демоном, так я начинала пугать саму себя.

Я застегнула брюки раздраженным рывком.

— Куда мы идем? — спросила я, поскольку мы снова вышли на улицу.

— К тому, кто может нам помочь.

— Они не могли помочь нам раньше?

— Я прибегаю к этому средству, только когда не остается другого выбора.

— Как давно у Вас закончился выбор?

— Этот демон сильнее любого, с кем я когда-либо сталкивался. Я не знаю, что делать.

Чавес, жизнь которого была посвящена избавлению земли от демонов, своим признанием в отсутствии у него идей, как убить того, кто хочет убить меня, напугал меня больше, чем что-либо из случившегося до сих пор.