Трапеза

Идиотка извлекла из сумки какую-то корку и протянула её на ладони Игорю, раскорячившись невозможным образом. «Это что, меня удостоили реверансом?» — подумал он.

Бомжиха жеманно захихикала.

Игорь осмотрелся, размышляя, попадает ли лавка в зону видеокамер. Эх, жаль, что он всегда сторонился одноклубников-охотников. Сейчас придётся действовать на свой страх и риск.

— Ну так идём… любимая? — спросил он, поднимаясь.

Бомжиха зачмокала губами и потянулась к Игорю.

Он отпрянул и смущённо произнёс:

— Ты ступай к выходу на автостоянку, потом свернёшь в тупичок, где склады. Там и жди. Поняла?

Дурища не ответила, но двинулась в нужном направлении, склонившись так, будто шла под руку — локоть к локтю, голова на плече возлюбленного.

Игорь потёр руки и отправился к своей машине.

Через час они уже были на берегу. Игорь всё-таки проблевался, когда идиотка стянула одёжку и бельишко. С аммиачным амбре справился ветерок. А вот вид стоящих колом, изгвазданных коричневым трусов вывернул наизнанку. Однажды ему, новичку, подсунули отбивную. Мясо было получено во время «критических дней». Игорь еле оклемался от расстройства желудка. К счастью, ляжки и промежность искупавшейся бомжихи сияли молочной белизной, волосы соперничали в цвете с пухом одуванчика. Для бродяжки она была довольно прилично откормлена. А вдруг будут искать? Надо бы проверить. Пока бомжиха изображала зазывно-кокетливые позы на прибрежной траве, Игорь открыл её сумку. Мама дорогая! Если и были какие-то документы, то давно сгнили средь помойного содержимого. Игорь тряханул сумку, брезгуя тронуть что-либо рукой. Ого! Коньячная фляжка, похоже, серебряная. Реальный антик… Такую он видел только у пропавшего одноклубника. Третий раз за день его вспомнил. Вроде никаких примет на этот счёт не существует, однако тревожно… Игорь вытащил носовой платок, обернул руку и извлёк фляжку. Сердце ухнуло вниз, в ушах будто комары запищали. Монограмма была перебита, на коронах двуглавого орла часть утерянных бриллиантов заменена сапфирами. Это его фляжка.

От тёплого ветерка зазнобило.

Солнце придавило мир серыми лучами.

На потемневшей траве проступили чёрные мазки, будто застывшая кровь.

Так, спокойно. Бомжиха могла найти вещицу на рынке. Возле рынка. В любом другом месте. Судьба пропавшего теперь известна. С жизнью он расстался бы проще и легче, чем с антикварной фляжкой.

Игорь посмотрел на идиотку, которая перевернулась на живот, встала колени и отклячила порозовевшую, лоснившуюся задницу. И тут раздалась трель мобильника.

— Слушаю, — хрипло сказал Игорь, досадуя на себя за то, что не отключил связь.

— Доброй охоты, Игорёк, — отозвался голос Председателя клуба.

— Что ж ты не посоветовался, наставника не выбрал? Так ведь и ошибиться недолго. А цена нашим ошибкам сам знаешь какая.

— Я… и не собирался… Да, не собирался. Но… понимаете, неделю на одной воде… В голове помутилось… — забормотал Игорь.

— Всё понимаю, — суховато сказал Председатель, но продолжил мягким, увещевающим тоном:

— Езжай в дом своего деда. Ни водохранилище, ни пригород, ни твоя дача не подходят. Если я тебя вижу, то могут увидеть и другие, не так ли? И не верти головой — у тебя нет таких возможностей, как у меня. Как разделаешь тушу, отзвонись. Право первой охоты — старейшины щедро тебе заплатят за угощение.

Голос умолк, а Игорь ещё долго не мог отнять мобильник от уха.

Вот как. Три года назад он получил протекцию от важного человека. Хлестался на очень выгодной работе, выслуживался, заводил знакомства. На одном тайном мероприятии, участие в котором открывало перед ним невиданные перспективы, отведал мяса. И подсел на необычные блюда. Даже не мог представить, что возьмёт в рот другую пищу. Покупал продукты на хорошем рынке, убеждал себя, что ничего ужасного в этом нет. А если всё, что с ним произошло, является хитро созданным сценарием? Который, если что-то пойдёт не так, завершится его смертью? Ну уж нет. Он постоит за себя. А сценаристам придётся заплатить. Но отнюдь не купюрами.

— Собирайся, — коротко и зло сказал Игорь разобиженной и надувшейся бомжихе.

В дедовом доме на краю покинутой жителями деревни Игорь достал из подпола всё, что понадобится. В том числе и склянку с ядом против ос. Отыскал здоровенный шприц, при помощи которого дед накачивал мясо солевым раствором. Бомжиха всё не унималась, сновала вокруг него с воплями: «Милый! Любимый!» «Игорь показал ей из окна заросший полынью двор:«Иди, позагорай у бессейна». Но идиотка капризно наморщила нос. Игоря осенило — он снял с полки коробку с пуговицами и протянул «любимой»: «Мой подарок, цветные бриллианты. Чёрные — самые дорогие». Бомжиха прижала коробку к груди и зачмокала губами. Игорь выкатил из сарая деревянную плаху, на которой когда-то рубилось мясо. Почувствовал, что за спиной кто-то стоит, но обернуться не успел.