Мэтэр. Спасибо за всё, и в частности — за идею. Йиос.
Добавить в моё избранное
16 мин, 54 сек 14994
Юная артистка кожей ощутила правильный ответ. Сначала она скинула с себя курточку, потом рубашку… дальше можно было не раздеваться. Белый лифчик плавал в пустоте там, где раньше находилась грудь Шейлы, но она знала, что если снимет его, то ничего под ним не обнаружит. И скоро то же самое произойдёт со всем телом. Или уже случилось?
— Во время нашей первой встречи я проверила тебя на пригодность, — сказала Дженни, — и решила, что ты нам не подходишь. Может быть, ошиблась. Однако теперь это неважно, потому что выбор сделан. И ничего невозможно изменить: слишком много крема попало на руки и чересчур много времени прошло, процесса уже не остановить. Так что теперь, хочешь не хочешь, ты — одна из нас, Шейла Хардинг.
Дрожь прокатилась по невидимому телу, в невидимом горле пересохло.
— Одна из кого?
Дженни улыбнулась — почти как раньше, почти как в первый раз.
— Ты так и не ответила на вопрос о том, что находится во всех этих флакончиках, баночках и колбочках.
— И прежде чем Шейла произнесла хоть слово, Дженни продолжила:
— Эссенции. Эссенции разных существ. Когда-то этих существ было намного больше, но они стали исчезать — по вине обычных людей и по своей собственной. Я не готова была с этим смириться. Я и сейчас не хочу мириться… — Она вновь обвела рукой помещение, а потом, подходя к каждой баночке и указывая на неё пальцем, стала перечислять:
— Лернейская гидра, Цербер, маленькие зелёные человечки, домовой, демон, леший, бес, живая тень, Сцилла и Харибда — я всегда держу их рядом, — а вот и твоя — невидимка, полтергейст (они с невидимкой похожи), призрак, зомби, вампиры и оборотни, тут даже есть немного дьявола, но он не всегда срабатывает… У Шейлы закружилась голова.
— Вы создаёте… монстров? И расселяете их по свету? Или вы ещё и вроде доктора для них? Продлеваете им жизнь, зашиваете старые раны, что-то меняете в их теле и ду… — она чуть не сказала «душе», — что-то меняете в них, если они попросят?
— Моя дорогая, — не отводя взгляда от Шейлы, сказала Дженни, и в её облике впервые промелькнуло нечто настоящее, её подлинная сущность, — моя дорогая, я занимаюсь лишь тем, чем занималась испокон веков. Тем, что велит мне материнский инстинкт.
Шейла слышала ещё что-то, но словно бы издалека: о своих новых родственниках… о том, что Мама познакомит её с ними… и о том, что не стоит волноваться, совсем не стоит… её всему научат — она девочка способная, быстро привыкнет к новой обстановке… и к новым правилам игры… Молодая леди сняла с левой руки перчатку и увидела пальцы, ладонь… то, что ещё несколько минут назад было невидимым. Нет, это не означало, что эффект невидимости прошёл — наоборот, заканчивалась последняя стадия превращения. Ещё вчера она принадлежала к классу людей, прямоходящих гомо сапиенс, — теперь её взору открылся новый мир, населённый совершенно другими существами. С которыми она породнилась навеки.
Навеки… Мысли ускользали за пределы сознания девушки, которую раньше звали Шейлой, но оставались с ней в реальном мире, потерянные, никому не нужные; а в мире потустороннем, в обители теней и мрака, новорожденное невидимое существо закатило незримые глаза и, потеряв сознание, упало на пол.
— Во время нашей первой встречи я проверила тебя на пригодность, — сказала Дженни, — и решила, что ты нам не подходишь. Может быть, ошиблась. Однако теперь это неважно, потому что выбор сделан. И ничего невозможно изменить: слишком много крема попало на руки и чересчур много времени прошло, процесса уже не остановить. Так что теперь, хочешь не хочешь, ты — одна из нас, Шейла Хардинг.
Дрожь прокатилась по невидимому телу, в невидимом горле пересохло.
— Одна из кого?
Дженни улыбнулась — почти как раньше, почти как в первый раз.
— Ты так и не ответила на вопрос о том, что находится во всех этих флакончиках, баночках и колбочках.
— И прежде чем Шейла произнесла хоть слово, Дженни продолжила:
— Эссенции. Эссенции разных существ. Когда-то этих существ было намного больше, но они стали исчезать — по вине обычных людей и по своей собственной. Я не готова была с этим смириться. Я и сейчас не хочу мириться… — Она вновь обвела рукой помещение, а потом, подходя к каждой баночке и указывая на неё пальцем, стала перечислять:
— Лернейская гидра, Цербер, маленькие зелёные человечки, домовой, демон, леший, бес, живая тень, Сцилла и Харибда — я всегда держу их рядом, — а вот и твоя — невидимка, полтергейст (они с невидимкой похожи), призрак, зомби, вампиры и оборотни, тут даже есть немного дьявола, но он не всегда срабатывает… У Шейлы закружилась голова.
— Вы создаёте… монстров? И расселяете их по свету? Или вы ещё и вроде доктора для них? Продлеваете им жизнь, зашиваете старые раны, что-то меняете в их теле и ду… — она чуть не сказала «душе», — что-то меняете в них, если они попросят?
— Моя дорогая, — не отводя взгляда от Шейлы, сказала Дженни, и в её облике впервые промелькнуло нечто настоящее, её подлинная сущность, — моя дорогая, я занимаюсь лишь тем, чем занималась испокон веков. Тем, что велит мне материнский инстинкт.
Шейла слышала ещё что-то, но словно бы издалека: о своих новых родственниках… о том, что Мама познакомит её с ними… и о том, что не стоит волноваться, совсем не стоит… её всему научат — она девочка способная, быстро привыкнет к новой обстановке… и к новым правилам игры… Молодая леди сняла с левой руки перчатку и увидела пальцы, ладонь… то, что ещё несколько минут назад было невидимым. Нет, это не означало, что эффект невидимости прошёл — наоборот, заканчивалась последняя стадия превращения. Ещё вчера она принадлежала к классу людей, прямоходящих гомо сапиенс, — теперь её взору открылся новый мир, населённый совершенно другими существами. С которыми она породнилась навеки.
Навеки… Мысли ускользали за пределы сознания девушки, которую раньше звали Шейлой, но оставались с ней в реальном мире, потерянные, никому не нужные; а в мире потустороннем, в обители теней и мрака, новорожденное невидимое существо закатило незримые глаза и, потеряв сознание, упало на пол.
Страница 5 из 5
