Вилвир с недоумением и некоторым страхом смотрел на огромный безжизненный цветок. В сгустившейся вокруг молодого воина тьме он должен был выполнять свою самую главную магическую функцию — освещать путь. Но на данный момент он никак не хотел содействовать Вилвиру в решении внезапно образовавшейся проблемы.
Добавить в моё избранное
21 мин, 8 сек 1802
Только несколько секунд назад Вилвир неохотно начинал новый день вместе с надоевшим за 12 часов пути напарником. Золотистое солнце также недовольно просыпалось, заливая своим светом все еще спящий мир, в частности двух воинов, упрямых как в отношении друг к другу, так и во мнениях касательно порученного задания. Вилвир даже начал что-то говорить ему про тяжесть груза, которым Дарвик, тот самый напарник, и являлся, навалившись на нехрупкие плечи «товарища», но внезапно солнце словно подавилось своим же светом, резко утонув в наступившем мраке. День сменился ночью, темнота поглотила свет, и, словно готовящиеся к нападению змеи, на Вилвира со всех сторон начал наступать туман.
Вилвир, осмотревшись и не узрев ничего, кроме настойчиво давящего как на напряженное до предела тело, так и на покинувшую уже упомянутый сосуд душу, снова воззрился на цветок, который был не менее настойчив, чем туман, застыв в своем мрачном молчании.
Но цветок, невольный слушатель воина, словно вобрал в себя темноту, в которой имел несчастье оказаться вместе с незадачливым молодым человеком, и отказывался давать ответы на любые вопросы. Если бы он хотел подать хоть какой-то знак, то тогда края его лепестков заискрились бы нежно-фиолетовым светом.
От страха и внезапности сложившейся ситуации Вилвир не заметил даже, что в такой темноте он может хотя бы различать своего друга по несчастью в лице цветка и уже привычный глазу серовато-белый туман. Наконец-то здравый рассудок взял верх, и Вилвир озадачился поиском источника хоть какого-то света, который позволял ему рассмотреть такие скудные детали. Посмотрев еще раз на сгустившийся плотным кольцом туман, он медленно поднял голову вверх и с удивлением и искренней любовью посмотрел на пробивавшиеся сквозь тяжелые тучи звездочки. Они, словно маленькие посланники света, усеивали небо, некоторые слабым светом пробивались сквозь медленно рассеивающиеся тучи, некоторые настолько ярко, насколько могли, светили одинокому путнику. Само же небо нависло зловещим куполом, и казалось, что только невидимые своды сдерживают его от моментального падения.
Вилвир решил действовать, но по-прежнему боялся сделать шаг, потому просто протянул руку и поводил ей в разные стороны, надеясь, что хоть что-то попадется под руку. Но ничего не попалось. Однако туман, словно недовольный тем, что его потревожили начал медленно рассеиваться, открывая перед Вилвиром мощеную камнем дорогу. Цветок так и не начал подавать каких-либо признаков жизни, хотя путь — вот же он — предстал перед уже отчаявшимся воином во всей своей красе.
Сделав один неуверенный шаг, Вилвир удостоверился, что полет в неизвестность ему не грозит, потому уже через несколько секунд его шаги стали более уверенными. Спрятав цветок в походной сумке, он с радостью наблюдал, как туман рассеивается на его пути. Звезды все так же печально глядели своими заостренными сияющими глазками на движущуюся фигуру внизу. Внезапно фигура споткнулась, не отпечатавшись всем телом на давно забытой и пыльной дороге только потому, что успела выставить руки вперед. Отряхнувшись, Вилвир с удивлением и опаской посмотрел на огромные узкие ступеньки, повернулся назад и с удовольствием отметил, что такой ненавистный ему туман остался плотной стеной позади, тем не менее, все еще стелясь у его ног. Вилвир снова повернулся лицом к ступенькам и с изумлением уставился на огромные ворота, украшенные довольно резких форм орнаментом. Вглядевшись лучше в неизменный элемент данного мира — темноту — Вилвир смог разглядеть время от времени шевелящуюся сидящую фигуру. Было сложно рассмотреть, что этот человек там делал, и был ли это вообще человек, но другого пути не было, и пришлось попытаться обратить на себя внимание единственного живого существа за пределами не к месту оказавшейся преграды. Попытавшись подергать ворота и убедившись, что они заперты, Вилвир как можно вежливее обратился к еле шевелящемуся очертанию:
— Уважаемый! — в подтверждение своих намерений попасть на пока запретную территорию Вилвир подергал ворота более настойчиво.
— Можно к вам обратиться? Эй! Возможно ли, что вы уделите мне минуточку вашего драгоценного внимания?
Очертание даже не шелохнулось, что заставило Вилвира стукнуть по негостеприимным холодным железякам. Именно в этот момент силуэт резко повернулся в его сторону, осветившись грозно вспыхнувшими фонарями, установленными на самых вершинах ограды. И в тот же момент где-то в скрытой глубине неба прокатился глухой рокот, пронзая ядовитой стрелой враз потускневшие небесные огоньки и без того тяжелый воздух. Пробравший Вилвира холод и неуверенность в правильности последнего поступка заставили его буквально отпрыгнуть от ворот. Только сейчас он заметил, насколько высокой была ограда, уходя заостренными пиками в саму черноту неба. Недавно вспыхнувшие фонари сияли сейчас ровным светом, неуверенно уточняя до сих пор невидимые или размытые детали и очертания новой местности.
Вилвир, осмотревшись и не узрев ничего, кроме настойчиво давящего как на напряженное до предела тело, так и на покинувшую уже упомянутый сосуд душу, снова воззрился на цветок, который был не менее настойчив, чем туман, застыв в своем мрачном молчании.
Но цветок, невольный слушатель воина, словно вобрал в себя темноту, в которой имел несчастье оказаться вместе с незадачливым молодым человеком, и отказывался давать ответы на любые вопросы. Если бы он хотел подать хоть какой-то знак, то тогда края его лепестков заискрились бы нежно-фиолетовым светом.
От страха и внезапности сложившейся ситуации Вилвир не заметил даже, что в такой темноте он может хотя бы различать своего друга по несчастью в лице цветка и уже привычный глазу серовато-белый туман. Наконец-то здравый рассудок взял верх, и Вилвир озадачился поиском источника хоть какого-то света, который позволял ему рассмотреть такие скудные детали. Посмотрев еще раз на сгустившийся плотным кольцом туман, он медленно поднял голову вверх и с удивлением и искренней любовью посмотрел на пробивавшиеся сквозь тяжелые тучи звездочки. Они, словно маленькие посланники света, усеивали небо, некоторые слабым светом пробивались сквозь медленно рассеивающиеся тучи, некоторые настолько ярко, насколько могли, светили одинокому путнику. Само же небо нависло зловещим куполом, и казалось, что только невидимые своды сдерживают его от моментального падения.
Вилвир решил действовать, но по-прежнему боялся сделать шаг, потому просто протянул руку и поводил ей в разные стороны, надеясь, что хоть что-то попадется под руку. Но ничего не попалось. Однако туман, словно недовольный тем, что его потревожили начал медленно рассеиваться, открывая перед Вилвиром мощеную камнем дорогу. Цветок так и не начал подавать каких-либо признаков жизни, хотя путь — вот же он — предстал перед уже отчаявшимся воином во всей своей красе.
Сделав один неуверенный шаг, Вилвир удостоверился, что полет в неизвестность ему не грозит, потому уже через несколько секунд его шаги стали более уверенными. Спрятав цветок в походной сумке, он с радостью наблюдал, как туман рассеивается на его пути. Звезды все так же печально глядели своими заостренными сияющими глазками на движущуюся фигуру внизу. Внезапно фигура споткнулась, не отпечатавшись всем телом на давно забытой и пыльной дороге только потому, что успела выставить руки вперед. Отряхнувшись, Вилвир с удивлением и опаской посмотрел на огромные узкие ступеньки, повернулся назад и с удовольствием отметил, что такой ненавистный ему туман остался плотной стеной позади, тем не менее, все еще стелясь у его ног. Вилвир снова повернулся лицом к ступенькам и с изумлением уставился на огромные ворота, украшенные довольно резких форм орнаментом. Вглядевшись лучше в неизменный элемент данного мира — темноту — Вилвир смог разглядеть время от времени шевелящуюся сидящую фигуру. Было сложно рассмотреть, что этот человек там делал, и был ли это вообще человек, но другого пути не было, и пришлось попытаться обратить на себя внимание единственного живого существа за пределами не к месту оказавшейся преграды. Попытавшись подергать ворота и убедившись, что они заперты, Вилвир как можно вежливее обратился к еле шевелящемуся очертанию:
— Уважаемый! — в подтверждение своих намерений попасть на пока запретную территорию Вилвир подергал ворота более настойчиво.
— Можно к вам обратиться? Эй! Возможно ли, что вы уделите мне минуточку вашего драгоценного внимания?
Очертание даже не шелохнулось, что заставило Вилвира стукнуть по негостеприимным холодным железякам. Именно в этот момент силуэт резко повернулся в его сторону, осветившись грозно вспыхнувшими фонарями, установленными на самых вершинах ограды. И в тот же момент где-то в скрытой глубине неба прокатился глухой рокот, пронзая ядовитой стрелой враз потускневшие небесные огоньки и без того тяжелый воздух. Пробравший Вилвира холод и неуверенность в правильности последнего поступка заставили его буквально отпрыгнуть от ворот. Только сейчас он заметил, насколько высокой была ограда, уходя заостренными пиками в саму черноту неба. Недавно вспыхнувшие фонари сияли сейчас ровным светом, неуверенно уточняя до сих пор невидимые или размытые детали и очертания новой местности.
Страница 1 из 6
