Сначала так, потом иначе

Будущий глава вампиров и оборотней видел тревожный сон. Спал и не догадывался, что очень скоро, через несколько столетий, он поведет за собой толпы ночных существ; научит их жить заново, научит их охотиться заново, научит их умирать заново. Число их сократится, но те немногие, что останутся, будут сочинять оды своему кумиру. Кумиру, нашедшему им укрытие от солнца, подарившему им возможность охотиться на поумневших людей. В глубоких недрах пещер, в сырых подземельях появятся новые города. Города ночных существ. Там всегда темно, там можно жить. Бесконечные лабиринты, петляя невообразимыми узорами, будут уходить в глубь земли, тянуться к самому ее ядру, пронизывать ее тихие потаенные уголки, прятать внутри себя древнее племя. Не повезет тому человеку, который случайно этот город обнаружит. Путь наружу нелегок. Под журчанье подземных рек и эхо шипящих голосов, на охоту станут выстраиваться очереди. Вожак решает, кому сегодня есть, кому голодать. По бесконечным лабиринтам каменных стен и узким проходам темных лестниц, будут пробираться голодные существа, некогда процветающие и довольные, теперь же озлобленные, с дрожащими от нетерпения губами. Их время пройдет. И, скорее всего, уже не вернется. А люди там наверху. Черными черными безлунными ночами, будут ходить к ним на свидания вампиры; под тусклым ночным светилом, будут появляться оборотни. Их мало, но они будут всегда, пока жив их лидер, их главарь, их идол, их друг, их наставник — единственный ребенок, когда-либо родившийся в союзе вампира и оборотня.

Так видели будущее Сашки его родители. И не очень-то ошибались. Но все это еще случится нескоро: через несколько столетий. А пока Сашка таскает на чердак табурет, становится на него и разглядывает свое отражение. Вздыхает. Постукивает когтем по зубам. Снова вздыхает. Бормочет под нос какую-то ерунду и думает всего-навсего о завтрашнем школьном дне.