Обучаясь в Сыктывкарском университете, я стал посещать студенческий педагогический клуб «София». Помимо еженедельных занятий мы раз в квартал, иногда чаще, выезжали на тренинговые семинары с сельской молодёжью, а летом становились дружным педотрядом своего собственного летнего лагеря.
Добавить в моё избранное
6 мин, 28 сек 12751
Ночью делать ничего не будем, а утром продолжим поиски. Завтра возвращаемся всей группой, как по плану. Все должны отдохнуть. Андрей ночью тоже по лесу бродить не будет, найдёт место, где переночевать.
— Я говорил это уверенным голосом, а у самого холодный пот по спине тёк.
Аня побоялась отпускать от избы кого-то из детей, но сами мы и наш проводник пошли выкрикивать Андрея по лесу. Белые ночи давно миновали, с заходом солнца на бор быстро опускалась настоящая августовская тьма. Продолжать поиски по темноте было бессмысленно и опасно — мы могли и сами заблудиться в переплетении местных лесных дорог. Той ночью мы долго не могли заснуть, но усталость от дневного перехода взяла своё.
— Андрей вернулся! — чей-то возбуждённый весёлый голос быстро вынул меня из сна. Я продрал глаза и увидел, что в избушке уже многие встали. Посмотрел на часы — пол-седьмого утра.
— Андрей вернулся! — крик повторился почти с той же интонацией. Я вышел из избы и почти сразу его увидел. Он был ещё бледнее обычного и его заметно колотило. Но в остальном парень был цел и невредим.
— Как ты? С тобой всё в порядке? — он едва кивнул. Аня уже была рядом. По лицу было видно, что её переполняют эмоции, но вслух она лишь предложила Андрею выпить горячего чаю, чтобы согреться.
Видно было, что у парня сильнейший стресс. Он двигался вяло, будто в замедленной съёмке. Я решил поговорить с ним о том, что произошло. И вот что поведал мне двенадцатилетний охотник.
Как только мы пришли, Андрей решил, как и я, отправиться за грибами. Правда, никого об этом не предупредил — а зачем, недалеко же! В отличие от меня он не стал искать добычу по бору. За избушкой пробегал небольшой ручеёк, окаймлённый с обеих сторон зелеными полосами густого подлеска. Его-то и решил проверить на наличие грибов наш юный добытчик. Он перешёл ручей по мосту и пошёл вдоль его левого берега. А что, ручей — надёжный ориентир! Только вот уже через двадцать метров обнаружил, что не слышит звуков от лагерной стоянки, а когда повернул обратно, то и ручья не смог найти. Как получилось, сам не знает, но выбрал он в тот момент абсолютно противоположное направление и стал уходить от стоянки всё дальше. В итоге оказался в болоте, пересёк его и вышел, наконец, на картофельные грядки ближайшего села.
— Но это же в двадцати километрах отсюда по прямой! Как ты там оказался? — удивился я.
Андрей и сам не знал, как он там очутился. Но принял решение вернуться к нам на стоянку, хотя понимал, что ночь застанет его в лесу.
— И как ты в лесу ночевал? — спросил я, поражённый его решением.
— Ну ето, на дереве сидел. Я тогда дорогу-то ужо нашёл, но решил, что утром пойду. Выбрал сосну с толстыми широкими ветками. Забрался туда. Только вот не спал совсем… — парень несколько замялся, — с лесным всю ночь разговаривал… — С кем?! — оторопел я.
— Ну с етим, с лешим… — ещё тише проговорил Андрюха дрожащими губами.
— Он совсем рядом со мной, ну как вы сейчас, сидел… — И как он выглядел? — тупо спросил я.
— Ну, ветки там всякие, тени… Очень высокий, как дерево… Мы с ним долго разговаривали… «Что же он тебе такого сказал?»…, — глядя на бледного перепуганного насмерть парня подумал я, но вслух ничего не произнёс. Долго я мурыжить его не стал, он итак на лавке еле сидел. Отправили на боковую.
Говорят, нельзя в лесу хвастаться, что лес знаешь, и удачей своей охотничьей да добычей похваляться тоже нельзя. Кто спросит, отшутись, скажи, что совсем мало добыл. Или промолчи.
— Я говорил это уверенным голосом, а у самого холодный пот по спине тёк.
Аня побоялась отпускать от избы кого-то из детей, но сами мы и наш проводник пошли выкрикивать Андрея по лесу. Белые ночи давно миновали, с заходом солнца на бор быстро опускалась настоящая августовская тьма. Продолжать поиски по темноте было бессмысленно и опасно — мы могли и сами заблудиться в переплетении местных лесных дорог. Той ночью мы долго не могли заснуть, но усталость от дневного перехода взяла своё.
— Андрей вернулся! — чей-то возбуждённый весёлый голос быстро вынул меня из сна. Я продрал глаза и увидел, что в избушке уже многие встали. Посмотрел на часы — пол-седьмого утра.
— Андрей вернулся! — крик повторился почти с той же интонацией. Я вышел из избы и почти сразу его увидел. Он был ещё бледнее обычного и его заметно колотило. Но в остальном парень был цел и невредим.
— Как ты? С тобой всё в порядке? — он едва кивнул. Аня уже была рядом. По лицу было видно, что её переполняют эмоции, но вслух она лишь предложила Андрею выпить горячего чаю, чтобы согреться.
Видно было, что у парня сильнейший стресс. Он двигался вяло, будто в замедленной съёмке. Я решил поговорить с ним о том, что произошло. И вот что поведал мне двенадцатилетний охотник.
Как только мы пришли, Андрей решил, как и я, отправиться за грибами. Правда, никого об этом не предупредил — а зачем, недалеко же! В отличие от меня он не стал искать добычу по бору. За избушкой пробегал небольшой ручеёк, окаймлённый с обеих сторон зелеными полосами густого подлеска. Его-то и решил проверить на наличие грибов наш юный добытчик. Он перешёл ручей по мосту и пошёл вдоль его левого берега. А что, ручей — надёжный ориентир! Только вот уже через двадцать метров обнаружил, что не слышит звуков от лагерной стоянки, а когда повернул обратно, то и ручья не смог найти. Как получилось, сам не знает, но выбрал он в тот момент абсолютно противоположное направление и стал уходить от стоянки всё дальше. В итоге оказался в болоте, пересёк его и вышел, наконец, на картофельные грядки ближайшего села.
— Но это же в двадцати километрах отсюда по прямой! Как ты там оказался? — удивился я.
Андрей и сам не знал, как он там очутился. Но принял решение вернуться к нам на стоянку, хотя понимал, что ночь застанет его в лесу.
— И как ты в лесу ночевал? — спросил я, поражённый его решением.
— Ну ето, на дереве сидел. Я тогда дорогу-то ужо нашёл, но решил, что утром пойду. Выбрал сосну с толстыми широкими ветками. Забрался туда. Только вот не спал совсем… — парень несколько замялся, — с лесным всю ночь разговаривал… — С кем?! — оторопел я.
— Ну с етим, с лешим… — ещё тише проговорил Андрюха дрожащими губами.
— Он совсем рядом со мной, ну как вы сейчас, сидел… — И как он выглядел? — тупо спросил я.
— Ну, ветки там всякие, тени… Очень высокий, как дерево… Мы с ним долго разговаривали… «Что же он тебе такого сказал?»…, — глядя на бледного перепуганного насмерть парня подумал я, но вслух ничего не произнёс. Долго я мурыжить его не стал, он итак на лавке еле сидел. Отправили на боковую.
Говорят, нельзя в лесу хвастаться, что лес знаешь, и удачей своей охотничьей да добычей похваляться тоже нельзя. Кто спросит, отшутись, скажи, что совсем мало добыл. Или промолчи.
Страница 2 из 2
