Двадцать граммов бессмертия

Я ожидал последнего слова, пожелания или напутствия, но его не последовало. Иногда люди просто уходят. Ничего не оставляя за собой.

— Ну что, страдальцы! Так и будем сидеть? — лысый потянулся, встал, распрямил спину, — У меня нет желания здесь торчать всю ночь.

Я вопросительно посмотрел на него. Что касается трубадура, то он давно уже пребывал в полной прострации. И вернуть его из этого состояния пожалуй будет трудно. Я подошел к нему, и сел рядом на корточки.

— Ты как? — сказал я, взяв его за плечи и заглядывая в глаза.

— Господин Аскер, что здесь происходит? — потерянно произнес парень.

Лысый скинул с себя плащ, но я уже знал, что я под ним увижу. Я снова заглянул в глаза парню.

— Лилланд посмотри на меня! — тряхнул я его, — все не так как кажется! Понимаешь! Мне понадобится твоя помощь. Поэтому не удивляйся сейчас ничему. Понимаешь, ничему! Что бы ты не увидел, представь себе, что это просто сон.

Взгляд парня в ужасе устремился мне за плечо. Началось!

— Что, что это?! — промямлил трубадур.

— Новый сюжет для твоих песен! — прогрохотал дьявол.

Я обернулся.

— А менее эффектно мы появляться не можем?!

— Мне так хотелось произвести впечатление!

Я, скривив свою физиономию, словно съел лимон, развернулся к охреневшему парню.

— Поздравляю, тебе это удалось!

Я пощелкал пальцами перед застывшими глазами Лилланда. Ноль эмоций, фунт презрения! У парня явно был ступор.

— А ну дай я попробую, — заявил краснорожий приближаясь к нам.

— Нет! — выкрикнул я, но было поздно.

Дьявол оторвал от земли, костлявого бродячего певца. И хорошенько тряхнул. Осознание происходящего к парню стремительно возвращалось. Он, столкнувшись глазами с клыкастой рожей дьявола, дико заорал, и начал яростно брыкаться. Вырвавшись из лап врага рода человеческого, он упал на колени и, пятясь как рак назад, начал неистово крестится.

— Господи, Отец наш небесный… — Слушай, — сказал обращаясь ко мне дьявол, — может утихомиришь своего друга. Иначе дела не будет. Ты понимаешь, о чем я?

Я понимал. Я попробовал приблизится к Лилланду, но он видимо полагая меня тоже каким-то демоном, попятился и от меня.

— Не подходи! — прокричал он, — Я буду сопротивляться! А я еще думаю, что ты так на прокаженных спокойно отреагировал! Вы с ними заодно?!

— Лилланд, успокойся, все не так. Тут все взаимосвязано.

— А ну, — подбоченился краснорожий, — объясни-ка ему, чего сам не до конца понимаешь!

Я зло глянул на дьявола.

— Помолчал бы лучше! Довел парня до истерики, и доволен! Вот нельзя было еще немного стариком побыть?

— А вот нельзя было!

Лилланд безумно вертел глазами то на меня, то на рогато-хвостатое существо.

— Посмотри на меня, Лилланд, — собравшись с духом начал я, — Это все сон! И я сон, и дьявол сон и прокаженные на дороге сон! Просто с вечера ты выпил вина больше обычного, вот тебя и накрыло.

— Слепой, ведет слепого! — ехидно ввернул дьявол.

— Заткнись! Вот Лилланд, видишь как я разговариваю с самим дьяволом, разве в реальном мире это было бы возможно? Кто бы смог так говорить с самим сатаной?

— Бог?! — робко произнес Лилланд.

— Тьфу, ты! — в сердцах плюнул я.

А дьявол громко заржал. Я укоризненно глянул на него, тот сразу же заткнулся.

— Лилланд, пусть так! Но богу нужна твоя помощь!

— Моя?

— Да, и ты ее окажешь.

Пока я подбирал слова для успокоения парня, для меня все уже стало понятно. Я, не веря своим чувствам, закрыл глаза. Открыл. Все мироздание вокруг меня пришло в движение. За один мой вдох выросли и погибли своей смертью города, стоявшие тысячелетия. За один вдох мой океаны накрыли землю, и отступили к новым берегам, забирая и отдавая жизни. За один мой вдох прошлое стало настоящим, а настоящее прошлым. Я задрал голову к небесам и наполнил тягучим воздухом свои легкие, почувствовав, как оживает моя внутренняя мембрана. С шумом выдохнув, я поднял глаза на парня и перевел их на дьявола, у которого за спиной вновь вырастали белоснежные крылья.

— Поздравляю! — сказал он.

Я не ответил. Зачем отвечать самому себе. Я проснулся. И я получил контроль над этим миром. Да и над всеми другими тоже. Я теперь точно знал, кто я и что надлежит делать.

— Приступай, — произнес ангел, — я рад, что это сделаешь ты! Честно сказать, если бы это делал я, не было бы никакой гарантии успеха.

Он протянул мне кинжал. Я взял из рук ангела жертвенный нож. «Да воссоединится же душа в царствие небесном», — прочитал я маленькими буквами на его лезвии. Я поднял глаза на трубадура, и тот тоже все понял.

— Нет! — в ужасе вырвалось у него, и он, сидя на заднице попятился, пока не уткнулся спиной в остов моста.