— Убиться веником об стену, — сказала Алла по-датски, то ли собаке Маньке, то ли своему отражению в зеркале, то ли в мировое пространство.
Добавить в моё избранное
9 мин, 7 сек 5864
По утрам он точно не работает, так что можно идти спокойно. За час поднимемся.
Уже минут через десять Алле показалось, что она упадет и сдохнет прямо здесь. Лестница представляла собой деревянные поперечины, набитые на идущие параллельно ржавым рельсам доски. Но каждый раз, когда она думала, что больше идти не может, Улаф оборачивался, и его взгляд странным образом придавал ей силы.
Наконец показался серый каменный домик с черепичной крышей — станция управления фуникулером. Дальше они шли по плато. Алла удивлялась разбросанным по нему домикам — кому взбрело в голову жить в таком диком месте. А заодно — обилию цветов, мхов и прочей безумной растительности. Но скоро равнина кончилась, началась горная тропа. Их обгоняли такие же ненормальные туристы. Несколько раз они останавливались отдохнуть и перекусить. Наконец, когда Алла совсем потеряла счет времени, внизу показалось озеро, над которым нависал Язык. Последний рывок — и они у цели.
Как ни странно, у Языка никого не было — видимо, обогнавшие их уже спустились вниз другой дорогой.
— Не бойся! — Улаф подошел к краю скального выступа и повернулся к Алле.
— Иди сюда.
Она с опаской шагнула на Язык — казалось, что под их весом он обвалится и рухнет вниз. Замутило, закружилась голова. Она зажмурилась и отшатнулась. Улаф подошел, взял ее за руку и подвел к краю.
— А теперь открой глаза и смотри.
От его руки разливалось странное, покалывающее тепло. Алла открыла глаза и посмотрела вниз. И вдруг ее охватил невероятный восторг. Горы, небо, озеро внизу — она словно летела над ним. Что-то происходило в ней, что-то стремительно менялось, она знала, что уже никогда не будет прежней. Даже если она вернется домой, снова будет преподавать. Все равно — это будет совсем другая Алла… Она вздрогнула. Рядом никого не было. Она была в горах — одна на много километров.
— Улаф! — крикнула она, но ответило только эхо.
Он не мог сорваться вниз, не мог уйти. Его… словно вообще никогда и не было? Но как она очутилась здесь? Потом Алла пыталась вспомнить, как спускалась вниз, к станции фуникулера, но не смогла. Часы показывали восемь вечера, солнце и не думало садиться — белые ночи.
— Вы фру Боброва? — спросил мужчина в оранжевом жилете.
— Это вам, — протянув ей ключи от машины и белый конверт, он кивнул на синюю вагонетку.
— Садитесь, я отвезу вас вниз.
Тронд, высунув язык, сидел в водительском кресле «сааба». Алла пересадила его на пассажирское место и села за руль. И как ей только в голову пришло взять с собой права? Она распечатала конверт.
«Теперь у тебя всегда все будет хорошо. Я попросил Тронда за тобой присмотреть. Не грусти, я всегда с тобой».
Закусив губу, Алла включила зажигание.
— Ну что ж, Тронд, поехали. Покажешь мне Норвегию…
Уже минут через десять Алле показалось, что она упадет и сдохнет прямо здесь. Лестница представляла собой деревянные поперечины, набитые на идущие параллельно ржавым рельсам доски. Но каждый раз, когда она думала, что больше идти не может, Улаф оборачивался, и его взгляд странным образом придавал ей силы.
Наконец показался серый каменный домик с черепичной крышей — станция управления фуникулером. Дальше они шли по плато. Алла удивлялась разбросанным по нему домикам — кому взбрело в голову жить в таком диком месте. А заодно — обилию цветов, мхов и прочей безумной растительности. Но скоро равнина кончилась, началась горная тропа. Их обгоняли такие же ненормальные туристы. Несколько раз они останавливались отдохнуть и перекусить. Наконец, когда Алла совсем потеряла счет времени, внизу показалось озеро, над которым нависал Язык. Последний рывок — и они у цели.
Как ни странно, у Языка никого не было — видимо, обогнавшие их уже спустились вниз другой дорогой.
— Не бойся! — Улаф подошел к краю скального выступа и повернулся к Алле.
— Иди сюда.
Она с опаской шагнула на Язык — казалось, что под их весом он обвалится и рухнет вниз. Замутило, закружилась голова. Она зажмурилась и отшатнулась. Улаф подошел, взял ее за руку и подвел к краю.
— А теперь открой глаза и смотри.
От его руки разливалось странное, покалывающее тепло. Алла открыла глаза и посмотрела вниз. И вдруг ее охватил невероятный восторг. Горы, небо, озеро внизу — она словно летела над ним. Что-то происходило в ней, что-то стремительно менялось, она знала, что уже никогда не будет прежней. Даже если она вернется домой, снова будет преподавать. Все равно — это будет совсем другая Алла… Она вздрогнула. Рядом никого не было. Она была в горах — одна на много километров.
— Улаф! — крикнула она, но ответило только эхо.
Он не мог сорваться вниз, не мог уйти. Его… словно вообще никогда и не было? Но как она очутилась здесь? Потом Алла пыталась вспомнить, как спускалась вниз, к станции фуникулера, но не смогла. Часы показывали восемь вечера, солнце и не думало садиться — белые ночи.
— Вы фру Боброва? — спросил мужчина в оранжевом жилете.
— Это вам, — протянув ей ключи от машины и белый конверт, он кивнул на синюю вагонетку.
— Садитесь, я отвезу вас вниз.
Тронд, высунув язык, сидел в водительском кресле «сааба». Алла пересадила его на пассажирское место и села за руль. И как ей только в голову пришло взять с собой права? Она распечатала конверт.
«Теперь у тебя всегда все будет хорошо. Я попросил Тронда за тобой присмотреть. Не грусти, я всегда с тобой».
Закусив губу, Алла включила зажигание.
— Ну что ж, Тронд, поехали. Покажешь мне Норвегию…
Страница 3 из 3
