Ночь

И вновь далёкий монотонный стук, прорвав границы тишины, дыхнул на леденящий сосуд подсознания теплым ветерком. Не успел Н*** соскочить с кровати как огромные сталактиты стали катастрофически таять, под ними образовались бесформенные лужи истекающие в половые щели, но до того они были огромны, что вскоре вся эта мерзкая жидкость выступила наружу и затопила всю комнату. Коснувшись её ногой он от ужаса вскрикнул и с ногами забрался на кровать, прижавшись спиной к стене, не зная, что делать.

Окно со звоном распахнулось и, о Боже! Н*** готов был лишиться сознания, что и произошло бы, находись он в полном рассудке. Даже глаз он не мог затворить, до того не владел своими членами. Волна утреннего тумана ворвалась в распахнутое окно и осела на поверхности образовавщегося озера. Вместе с серой мгой, окутанная клубами тумана глянула в комнату лошадиная голова. Она вырастала всё больше и больше. Вот заняв весь оконный проём, голова повернулась, и он увидел, что та была слепа. Два огромных, выпученных белых бельма, словно вываренные рыбьи глаза обратились в его сторону. Черные, великие ноздри увлажнённые дыханием подрагивали, втягивая в себя воздух. Голова поводила ушами, как бы прислушиваясь.

Н*** съёжился затаив дыхание и прижал с силой руки к груди пытаясь унять сердцебиение, при этом не сводя глаз с лошадиных зубов которые своими размерами ужасали. Ноздри учуяли запах страха и губы растянутые в безобразной улыбке обнажая желтые зубные жернова, потянулись к нему. Они вот-вот ухватят его плоть, но коснувшись простыни они фыркнули, и лошадь сунула свою безобразную морду в разлитую везде воду и стала пить. Она пила с такой жадностью что казалось, осушит всё это разлитое болото за доли секунд. Но вода не убывала, а всасывала в себя голову и та, вывалившись из окна, заплескалась, образовав огромный пузырь в котором неожиданно родилась морская раковина. Раковина, раскрыв свои створки, выпустила из себя розовый лепесток, принявший очертания женщины. Полуженщина, полубогиня будто сошедшая с картины Боттичелли обнажив свои прелести, плыла точно в лодке к оцепеневшему мужчине. Лившийся из окна лёгкий туман, словно шелка окутывал полупрозрачное тело, придавая ему холодную голубизну разлившихся вод. Плавно приблизившись к Н***, она ступила со своего челна на ложе, и раскрыла ему свои объятия. Он почувствовал движение её груди, которая с каждым вздохом то касалась его, то отдалялась. Белое лицо женщины с круглыми, стеклянными глазами нависло над ним, кроваво-алые вожделенные губы растянулись в адской улыбке, обнажая пожелтевшие лошадиные зубы, пасть раскрылась, и пахнуло смрадом средневековых темниц.

Н*** затрясся от страха. И продолжал дрожать даже тогда, когда широко раскрыв глаза, обнаружил что уже утро, а рядом стоит жена и трясёт его за плечо.

— Ну, ты и дрыхнуть! Стучу, стучу в дверь — тишина. Думаю, не случилось ли что! Заставил меня в окно лезть. Вчера не успела на последний автобус. Вот и пришлось сегодня на самом раннем выезжать, пока народу немного, дел ведь еще столько много в саду… Теплицу вчера хоть закончил? Надо рассаду высаживать, переросла уже!

Ну как, умаялся тут без меня? Целую неделю в одиночестве. Или отдохнул без надзора? Ну, ничего, я тоже отпуск взяла, будем вдвоём «отдыхать»!

Да вот привезла мышеловки, надо поставить, а то везде эти мыши лазают. Я страсть как их боюсь!… Вчера, что свету не было, свечи жег?

Да что с тобой!? Проснись же!

Розовый рассвет под лучами золотистого солнца растворился вместе с утренним туманом. Тени укорачиваясь, собирали росу с трав, и ночная прохлада таяла на пороге наступающего дня. Суккуба — женщина-демон похоти и разврата, посещающая ночью мужчин в сладострастных кошмарных снах.