Сизый полумрак стушевывал детали казенной обстановки, сглаживая острые углы и вырезая подробности внушительного интерьера. Рваные тени, цепляясь за высокие спинки стульев, скользили по серой стене. По отполированному обувью редких посетителей паркету кралась темнота и, выбирая места понадежней, торопливо залезала под плюшевые кресла и путалась между тонкими ножками овального стола. Чугунный канделябр, хищно выгнув резной бок, с подозрением уставился на меня единственным желтым глазом с огненно-рыжим зрачком фитиля.
Добавить в моё избранное
6 мин, 33 сек 16212
— Закройте глаза, — застонал маг.
— Закройте!
Он выделывал замысловатые пассы, сводя и раздвигая руки над медным жбаном с водой. Восковая лепешка, слепо натыкаясь на стенки посудины, растерянно металась по поверхности. Я послушно зажмурился и, чтобы не засмеяться, закусил губу.
О магах я практически ничего не знал вплоть до прошлой недели. Именно тогда у меня сорвался чрезвычайно выгодный контракт на покупку белорусского асбеста, через день украли мой ford focus, а в пятницу ограбили квартиру. Если б не подлая шутка судьбы, не сидеть бы мне в этом кресле. И когда вчера я дрожащими пальцами отковыривал крышку тайника — металлическую коробку из-под буржуйского печенья, где еще недавно пылились двадцать тысяч долларов на новую квартиру, а сейчас естественно они испарились — в голове закопошились совершенно непрактичные мысли. Достать веревку с мылом? Нет, это чересчур! Утопиться в Яузе, броситься под поезд — значит, позорно смириться с тем, что злодейка-судьба в первом же раунде хуком справа отправила в нокаут. Можно, кстати, еще последовать древней библейской заповеди и, подставив вторую щеку, пропить оставшуюся квартиру и перебраться жить на Курский вокзал.
Примерно в таком душевном состоянии, просматривая желтую прессу, я наткнулся на рекламную заметку о Насырове Мефодии Варлаамовиче, потомственном ясновидящем, народном целителе, сильном маге, одним словом, о достаточно состоятельном человеке — издатель явно не поскупился черной краской на витиеватые изгибы жирной рамочки. Итак, я попал на прием.
— У Вас, Александр, порча, — наконец произнес маг. Голос у потомственного целителя тихий, усыпляющий.
Я с готовностью кивнул, героически подавляя зевоту.
— И надо ее срочно снять.
Мысленно пересчитав имеющуюся в распоряжении наличность, я поинтересовался:
— Сколько?
— Пятьсот, — улыбнулся маг и, заметив, как мои брови радостно подпрыгнули (не ожидал от целителей подобной бескорыстности), виновато развел руки, — долларов, конечно же.
Я старательно нахмурил лоб, имитируя мыслительный процесс. Хотя думать особо нечего: коробка из-под печенья, не считая сухих крошек, девственно чиста — сбережений нет, а белорусские поставщики лишили меня дохода минимум на пару месяцев.
— Кстати, у Вас выдающиеся экстрасенсорные способности, — прервал мои размышления маг.
— Вам бы почистить аджну.
— Да что Вы говорите? — изумился я. Как-то в голове не укладывалось, что я счастливый обладатель аджны. Интересно, сколько это в долларовом эквиваленте?
— Это будет стоить, — прочитал мои мысли собеседник, — тысячу.
— Долларов, — уточнил я и почесал макушку.
— Кстати, что за аджна такая?
— Шестая чакра, — маг ткнул корявым пальцем на лоб.
— Вот здесь находится. Отвечает за ясновидение.
— Кстати, как насчет того, чтобы с помощью ясновидения выяснить, где находится моя машина. Надеюсь, ее еще не разобрали на запчасти?
Маг сразу же сник:
— У Вас порча. Пока ничего сделать не могу. Но как только ее снимем… — глаза алчно вспыхнули.
То есть заплатим пятьсот долларов, — подумал я.
— Вашу машину мы сразу же отыщем.
— Не сомневаюсь в Ваших способностях, — сказал я, выбираясь из кресла.
Я сложил ладонь козырьком — грязное пятно смерча стремительно приближалось. Ветер успел уже основательно потрепать выцветший флаг с Веселым Роджером. Пьянящий норд-ост ударил в лицо. Я молодецки подтянулся. И тут смерч внезапно обернулся острой болью — проспал!
С трудом размежевав отяжелевшие веки, нащупал взглядом циферблат часов и пулей выскочил из постели. Ну и хрен с ним, — успокоил я чувствительную совесть.
В ванной комнате было душно. Горячий пар туманом клубился в углу. Из запотевшего зеркала выглянули усталые опухшие глаза. Отвинтив до упора холодный кран, я согнулся над раковиной.
— Молодой человек, стучаться надо, когда входите, — захихикали за спиной.
Не более секунды размышлял я о реальности голоса. А потом, припомнив минских бюрократов, исчезнувшие доллары, успокоился. Чего собственно переживать-то? У шизофреников, например, каждую весну обострения. А я меня, слава Богу, всего неделю. Но, на всякий случай, я обернулся и обмер на месте.
В золотистой пене сверкала пара зеленых глазищ. Льняные пряди по фарфоровым плечам струились мокрыми змейками. Создание поводило перед моим носом тяжелым чешуйчатым хвостом и потянулось навстречу. Ароматная пена колыхнулась, обнажив на мгновение пухлую грудь.
До синяка стиснув ухо и убедившись, что хвостатая особа — такой же плод воспаленного воображения, как и горящее ухо, я рванул за дверь.
Едва уловимый сладковатый аромат, смешавшись с запахами дождя и сырости, повис в коридоре. Принюхался. Да это ж Эдуард Третий!
— Закройте!
Он выделывал замысловатые пассы, сводя и раздвигая руки над медным жбаном с водой. Восковая лепешка, слепо натыкаясь на стенки посудины, растерянно металась по поверхности. Я послушно зажмурился и, чтобы не засмеяться, закусил губу.
О магах я практически ничего не знал вплоть до прошлой недели. Именно тогда у меня сорвался чрезвычайно выгодный контракт на покупку белорусского асбеста, через день украли мой ford focus, а в пятницу ограбили квартиру. Если б не подлая шутка судьбы, не сидеть бы мне в этом кресле. И когда вчера я дрожащими пальцами отковыривал крышку тайника — металлическую коробку из-под буржуйского печенья, где еще недавно пылились двадцать тысяч долларов на новую квартиру, а сейчас естественно они испарились — в голове закопошились совершенно непрактичные мысли. Достать веревку с мылом? Нет, это чересчур! Утопиться в Яузе, броситься под поезд — значит, позорно смириться с тем, что злодейка-судьба в первом же раунде хуком справа отправила в нокаут. Можно, кстати, еще последовать древней библейской заповеди и, подставив вторую щеку, пропить оставшуюся квартиру и перебраться жить на Курский вокзал.
Примерно в таком душевном состоянии, просматривая желтую прессу, я наткнулся на рекламную заметку о Насырове Мефодии Варлаамовиче, потомственном ясновидящем, народном целителе, сильном маге, одним словом, о достаточно состоятельном человеке — издатель явно не поскупился черной краской на витиеватые изгибы жирной рамочки. Итак, я попал на прием.
— У Вас, Александр, порча, — наконец произнес маг. Голос у потомственного целителя тихий, усыпляющий.
Я с готовностью кивнул, героически подавляя зевоту.
— И надо ее срочно снять.
Мысленно пересчитав имеющуюся в распоряжении наличность, я поинтересовался:
— Сколько?
— Пятьсот, — улыбнулся маг и, заметив, как мои брови радостно подпрыгнули (не ожидал от целителей подобной бескорыстности), виновато развел руки, — долларов, конечно же.
Я старательно нахмурил лоб, имитируя мыслительный процесс. Хотя думать особо нечего: коробка из-под печенья, не считая сухих крошек, девственно чиста — сбережений нет, а белорусские поставщики лишили меня дохода минимум на пару месяцев.
— Кстати, у Вас выдающиеся экстрасенсорные способности, — прервал мои размышления маг.
— Вам бы почистить аджну.
— Да что Вы говорите? — изумился я. Как-то в голове не укладывалось, что я счастливый обладатель аджны. Интересно, сколько это в долларовом эквиваленте?
— Это будет стоить, — прочитал мои мысли собеседник, — тысячу.
— Долларов, — уточнил я и почесал макушку.
— Кстати, что за аджна такая?
— Шестая чакра, — маг ткнул корявым пальцем на лоб.
— Вот здесь находится. Отвечает за ясновидение.
— Кстати, как насчет того, чтобы с помощью ясновидения выяснить, где находится моя машина. Надеюсь, ее еще не разобрали на запчасти?
Маг сразу же сник:
— У Вас порча. Пока ничего сделать не могу. Но как только ее снимем… — глаза алчно вспыхнули.
То есть заплатим пятьсот долларов, — подумал я.
— Вашу машину мы сразу же отыщем.
— Не сомневаюсь в Ваших способностях, — сказал я, выбираясь из кресла.
Я сложил ладонь козырьком — грязное пятно смерча стремительно приближалось. Ветер успел уже основательно потрепать выцветший флаг с Веселым Роджером. Пьянящий норд-ост ударил в лицо. Я молодецки подтянулся. И тут смерч внезапно обернулся острой болью — проспал!
С трудом размежевав отяжелевшие веки, нащупал взглядом циферблат часов и пулей выскочил из постели. Ну и хрен с ним, — успокоил я чувствительную совесть.
В ванной комнате было душно. Горячий пар туманом клубился в углу. Из запотевшего зеркала выглянули усталые опухшие глаза. Отвинтив до упора холодный кран, я согнулся над раковиной.
— Молодой человек, стучаться надо, когда входите, — захихикали за спиной.
Не более секунды размышлял я о реальности голоса. А потом, припомнив минских бюрократов, исчезнувшие доллары, успокоился. Чего собственно переживать-то? У шизофреников, например, каждую весну обострения. А я меня, слава Богу, всего неделю. Но, на всякий случай, я обернулся и обмер на месте.
В золотистой пене сверкала пара зеленых глазищ. Льняные пряди по фарфоровым плечам струились мокрыми змейками. Создание поводило перед моим носом тяжелым чешуйчатым хвостом и потянулось навстречу. Ароматная пена колыхнулась, обнажив на мгновение пухлую грудь.
До синяка стиснув ухо и убедившись, что хвостатая особа — такой же плод воспаленного воображения, как и горящее ухо, я рванул за дверь.
Едва уловимый сладковатый аромат, смешавшись с запахами дождя и сырости, повис в коридоре. Принюхался. Да это ж Эдуард Третий!
Страница 1 из 3
