Мигель-миротворец

Булла Папы произвела впечатление на магистрат. Главный Алькальд города разрешил наше пребывание в городе на неограниченное время. Один из донов спросил, можем ли мы выполнить заказ на оружие. Получив наш утвердительный ответ, назначил нам встречу на завтра. Мы уже собирались уходить, когда в зал вошли трое доминиканцев. Впереди идущий был тем главным, который возглавлял отряд доминиканцев и иезуитов пытавшихся нас унизить.

Увидев нас, он вскинулся, обращаясь к Алькальду города.

— Что здесь делает это нечестивое египетское семя.

Исидо шепнул мне на ухо.

— Держи себя в руках Мигель, чую недоброе.

Я кивнул головой.

Алькальд с магистратом возмущённые бесцеремонностью доминиканца дали ему отпор.

— Приор, кто вам дал права здесь командовать, вы позволяете себе неучтивость по отношению к знатным горожанам города принявших этих людей. Тем более, что у них булла Папы.

Доминиканец, смотря с вызовом, громко произнёс.

— Какого Папы, того, что ушёл в мир иной. Новый Папа Сикст четвёртый буллы Гитанам не выдаёт и политика преосвященства полностью совпадает с политикой Торквемады доверенного лица Короля Испании на ужесточении к ереси в Католической стране.

Алькальд возмущенно, но уже более осторожно произнёс.

— Но эти люди христиане.

— Алькальд, вы оспариваете мнение уважаемого Торквемады, что гитаны, иудеи и арабы мориски должны покинуть пределы Испании.

Исидо Родригес побелел, понимая всю сложность нашего положения. Глава магистрата оказался не из робких.

— Приор, вы привезли с собой соответствующее распоряжение. Покажите его нам. Мы не получали на сей счёт никаких указаний. Подтвердите свои слова.

Разъяренный доминиканец, взбешено крикнул.

— Вы их получите, и будете сожалеть о своём неверии. Святейшая Инквизиция слов на ветер не бросает.

Развернувшись, чеканя шаг, направились к выходу.

— А тебя цыганское отродье, я лично сожгу на костре.

Смотрел на меня так, что протёр бы во мне дырки.

Я произнёс тихо, так, чтобы он один услышал, не считая моих товарищей.

— Остерегись доминиканец оказаться на моем пути. Именем Господа нашего Иисуса Христа, остерегись.

Его лицо перекосило, положил руку на рукоять меча, но сдержался. Уже проходя мимо, буркнул.

— Твои дни сочтены — нечестивый.

Наша аудиенция закончилась и мы, поблагодарив, вышли из магистрата.

Исидо Родригес шёл подавленным полученным известием о смерти Папы и той новой политикой, о которой поведал спесивый доминиканец. Понимая, какие трудные времена настанут для его табора.

Самое страшное, доминиканец не врал и я это уже знал. Гонения на цыган и иудеев и арабов морисков начнутся и по всему католическому миру. И цыгане попали под горячую руку только по той причине, чтобы завуалировать гонение на иудеев и арабов морисков. В борьбе за Испанию против арабского халифата, духовенство и светская власть в лице королей набрали астрономические суммы у ростовщиков-иудеев для борьбы с Халифатом. Скудная казна опустела в непрекращающихся войнах с Халифатом.

Начав борьбу с иудеями, обвиняя их в ереси, они одним ударом освобождались от обязанности выплачивать долги с немалыми процентами, но и, выгоняя их из страны, отбирали всё их имущество.

Даже те евреи, которые отрекутся от иудаизма, перейдя в христианство, как в благодарность получат жизнь, но имущество отойдёт Церкви и Королю.

Цыгане попались под руку, и очень удачно прикрывая грабительскую политику Церкви и Светской Власти, обвиненные, как и иудеи в ереси.

У нового Папы были, свои интересы и в первую очередь укрепить свою власть в такой стране, как Испания. Испания после многовекового владычества арабского халифата объединилась под патриотическим знаменем Короля Фердинанда и королевы Исабель и становилась крупным игроком на политической карте Европы.

Усиливая власть Испании, Папа хотел её поставить в противовес набирающей силы Франции, которая претендовала всё больше и больше на Европейскую гегемонию.

Ведя двурушническую политику прикрываясь признанием Ватикана, но исподволь ведя борьбу за его ослабление. Папа убивал несколько зайцев, начав борьбу против иудеев и цыган. Народам уставших в беспрерывных войнах, обнищавших, надо было показать, кто виновник их бед.

Это жадные ростовщики, менялы и торговцы иудеи и цыгане, увешанные золотом. Озлобленному простому народу европейских стран было наплевать, что цыгане всё своё богатство носили на себе, превращая его в золото, ведя тот кочевой образ жизни, какой они вели.

Но главная цель всей этой компании было усиление влияния Церкви на всём Европейском пространстве. Европой должен править Ватикан.

Мы шли по каменной брусчатке Валенсии, а я черпал знания из мира зеркал. Уйдя в себя, забыл про своих спутников.