Поздним декабрьским вечером я брел по пустынным улицам и испытывал странное чувство, будто нахожусь не на земле, а в другом, прежде неведомом мне мире, и невозможно было понять, ад это или рай. В городе царствовала метель, ветер швырял мне в лицо тысячи снежинок, слепил в глаза, завывал в ушах. Казалось, что прежний, знакомый земной мир исчез, и я бреду по бесконечному лабиринту царства метели, и в нем тоже была жизнь, но жизнь чужая, непонятная, враждебная…
Добавить в моё избранное
4 мин, 36 сек 3527
Меня охватил страх перед неизвестностью, страх перед пространством, заполненным мраком, по которому стремительно проносились мириады белых сверкающих искр. И в груди моей тоже бушевала метель, но это была метель восторга, пробужденного никогда прежде не виданной холодной красотой царства ночной метели, и гордость кружила мне голову, гордость за то, что именно я, а не кто-то другой, был допущен в мир, сотканный из ветра, мрака и белых искр.
Ты чужой, — выл ветер, — ты чужой, и здешняя жизнь для тебя обернется смертью.
Если хочешь остаться в царстве метели, то перестань быть человеком, — шептали снежинки, белым роем кружившиеся вокруг меня.
Не очень-то мне хочется быть человеком, — отвечал я.
— Но если я перестану им быть, то кем тогда стану?
Ветер продолжал выть, снежинки плясали фантастический танец, но не давали ответа. А я с трудом шел вперед, и сквозь белые вихри проступали темные громады домов. Это земной мир напоминал о себе, но я уже не принадлежал ему. С новой силой меня охватил страх, мне вдруг захотелось вернуться в постылый, беспросветный, но такой привычный мир, где и радости и беды знакомы… Поздно, — провыл ветер, — уже поздно.
Ты уже не тот, кем был прежде, — шептали снежники, — и ты уже не там, где был прежде.
Кто я? Где я? — вскричал я, раздираемый страхом и восторгом.
Но ни ветер, ни снежинки не ответили мне. Метель усилилась, яростный порыв ветра сбил меня с ног, и наступила тьма.
Я парил в бесконечном беззвездном пространстве, заполненном мраком. Далеко-далеко внизу была Земля, и можно было различить окутанные ночью горы, леса и моря на ее поверхности. А в пространстве над землей струилась широкая серебряная река. Исток ее оставался невидимым, а река становилась все шире, ее серебряные волны были все ярче и ярче… Все это напоминало прекрасный сон, но я знал, что это не сон, а явь. И еще я знал, что погруженная в сон Земля, которая лежала далеко внизу, была не той Землей, где я жил прежде. Да, на этой Земле были те же материки, океаны, острова. Но не было людей. А в беззвездном пространстве струилась широкая серебряная река — совершенство красоты. Далеко-далеко река казалась узеньким ручейком, и над ней словно мотыльки порхали маленькие, яркие огоньки. Они возникали ниоткуда и исчезали бесследно, и в их хаотическом порхании ощущалась странная болезненная гармония. И чем шире, чем величественней и полноводней становилась река, тем больше и больше огоньков окружало ее, и временами их гигантские скопления напоминали мерцающие города. Из этих городов то и дело вырывались ослепительные огненные струи, проносившиеся в черном пространстве подобно огням фейерверка, и там, где они падали на безлюдную землю, на поверхности ее оставались красноватые рубцы.
И тут я понял, что тоже являюсь одним из бесконечного множества огоньков, метавшихся над серебряной рекой по воле непонятных сил… Может быть, на Земле не было людей, потому что все они неожиданно превратились в блуждающие неприкаянные огоньки? У меня не было ответа на этот вопрос, но я и не пытался его найти. Охваченный странным холодным спокойствием я бесстрастно принимал все, что происходило со мной и вокруг меня… И вот, я увидел огромный корабль, состоящий из маленьких ярких огоньков, паруса его как будто были полны ветра, и он величественно скользил по серебряной реке, гордо покачиваясь на ее волнах — огромный и прекрасный корабль огней… И тут во мраке ярко вспыхнула луна чудовищных размеров, и к ней устремилась серебряная река и к ней понесся корабль, с каждым мгновением ускорявший свой бег по волнам. А я… я внезапно стал одним из миллионов огоньков, из которых состоял этот огромный корабль, и я видел, что громадная луна вращается с бешеной скоростью и раскачивается, что она становится все ближе и ближе, и чудовищное столкновение уже неизбежно… Но за секунду до неминуемой катастрофы луна внезапно раскололась надвое, из нее вырвался белый вихрь, похожий на вихрь снежинок, и этот вихрь превратился в Белую Даму, которая гордо шествовала в пространстве над темной Землей, ее белые одежды развевались от невидимого ветра, прекрасное, словно выточенное из мрамора лицо было холодным, а глаза были черными безднами.
Белая Дама махнула рукой, и в одно мгновение огромный корабль рассыпался на тысячи или миллионы огоньков и темный невидимый ветер разметал их по бесконечному черному пространству. Этот ветер нес и меня, нес над Землей, на которой не было людей… — Кто я? — этот вопрос наполнил все мое существо.
— Кто я, Господи? Что это за мир?
И я увидел как Белая Дама, которая, наверное, услышала мой вопрос, медленно оборачивается и смотрит на меня. Она была прекрасна, но ее улыбка, в которой был нечеловеческий холод, ее глаза, наполненные мраком, вызывали во мне леденящий ужас.
— Разве ты еще не понял? — донеслось до меня.
— Разве ты еще не понял?
— Что? Что я должен понять?
Ты чужой, — выл ветер, — ты чужой, и здешняя жизнь для тебя обернется смертью.
Если хочешь остаться в царстве метели, то перестань быть человеком, — шептали снежинки, белым роем кружившиеся вокруг меня.
Не очень-то мне хочется быть человеком, — отвечал я.
— Но если я перестану им быть, то кем тогда стану?
Ветер продолжал выть, снежинки плясали фантастический танец, но не давали ответа. А я с трудом шел вперед, и сквозь белые вихри проступали темные громады домов. Это земной мир напоминал о себе, но я уже не принадлежал ему. С новой силой меня охватил страх, мне вдруг захотелось вернуться в постылый, беспросветный, но такой привычный мир, где и радости и беды знакомы… Поздно, — провыл ветер, — уже поздно.
Ты уже не тот, кем был прежде, — шептали снежники, — и ты уже не там, где был прежде.
Кто я? Где я? — вскричал я, раздираемый страхом и восторгом.
Но ни ветер, ни снежинки не ответили мне. Метель усилилась, яростный порыв ветра сбил меня с ног, и наступила тьма.
Я парил в бесконечном беззвездном пространстве, заполненном мраком. Далеко-далеко внизу была Земля, и можно было различить окутанные ночью горы, леса и моря на ее поверхности. А в пространстве над землей струилась широкая серебряная река. Исток ее оставался невидимым, а река становилась все шире, ее серебряные волны были все ярче и ярче… Все это напоминало прекрасный сон, но я знал, что это не сон, а явь. И еще я знал, что погруженная в сон Земля, которая лежала далеко внизу, была не той Землей, где я жил прежде. Да, на этой Земле были те же материки, океаны, острова. Но не было людей. А в беззвездном пространстве струилась широкая серебряная река — совершенство красоты. Далеко-далеко река казалась узеньким ручейком, и над ней словно мотыльки порхали маленькие, яркие огоньки. Они возникали ниоткуда и исчезали бесследно, и в их хаотическом порхании ощущалась странная болезненная гармония. И чем шире, чем величественней и полноводней становилась река, тем больше и больше огоньков окружало ее, и временами их гигантские скопления напоминали мерцающие города. Из этих городов то и дело вырывались ослепительные огненные струи, проносившиеся в черном пространстве подобно огням фейерверка, и там, где они падали на безлюдную землю, на поверхности ее оставались красноватые рубцы.
И тут я понял, что тоже являюсь одним из бесконечного множества огоньков, метавшихся над серебряной рекой по воле непонятных сил… Может быть, на Земле не было людей, потому что все они неожиданно превратились в блуждающие неприкаянные огоньки? У меня не было ответа на этот вопрос, но я и не пытался его найти. Охваченный странным холодным спокойствием я бесстрастно принимал все, что происходило со мной и вокруг меня… И вот, я увидел огромный корабль, состоящий из маленьких ярких огоньков, паруса его как будто были полны ветра, и он величественно скользил по серебряной реке, гордо покачиваясь на ее волнах — огромный и прекрасный корабль огней… И тут во мраке ярко вспыхнула луна чудовищных размеров, и к ней устремилась серебряная река и к ней понесся корабль, с каждым мгновением ускорявший свой бег по волнам. А я… я внезапно стал одним из миллионов огоньков, из которых состоял этот огромный корабль, и я видел, что громадная луна вращается с бешеной скоростью и раскачивается, что она становится все ближе и ближе, и чудовищное столкновение уже неизбежно… Но за секунду до неминуемой катастрофы луна внезапно раскололась надвое, из нее вырвался белый вихрь, похожий на вихрь снежинок, и этот вихрь превратился в Белую Даму, которая гордо шествовала в пространстве над темной Землей, ее белые одежды развевались от невидимого ветра, прекрасное, словно выточенное из мрамора лицо было холодным, а глаза были черными безднами.
Белая Дама махнула рукой, и в одно мгновение огромный корабль рассыпался на тысячи или миллионы огоньков и темный невидимый ветер разметал их по бесконечному черному пространству. Этот ветер нес и меня, нес над Землей, на которой не было людей… — Кто я? — этот вопрос наполнил все мое существо.
— Кто я, Господи? Что это за мир?
И я увидел как Белая Дама, которая, наверное, услышала мой вопрос, медленно оборачивается и смотрит на меня. Она была прекрасна, но ее улыбка, в которой был нечеловеческий холод, ее глаза, наполненные мраком, вызывали во мне леденящий ужас.
— Разве ты еще не понял? — донеслось до меня.
— Разве ты еще не понял?
— Что? Что я должен понять?
Страница 1 из 2
