Да, Мария, признаюсь — я гиблый человек. Иногда я прячу свои грехи даже от себя самой. Прячу глубоко, и никому не залезть мне под шкуру, не пробить эту скорлупу, никому и никогда. Только если я сама не пожелаю. Но я очень хочу довериться тебе, Мария. Ещё никто не понимал меня так, как ты. Ещё никто не подходил ко мне так близко.
Добавить в моё избранное
9 мин, 10 сек 1235
Мне кажется, она до сих пор живёт где-то внутри, ведёт меня. Поселилась туда после той весенней трагедии и осталась на веки вечные.
Мы играли на старом длиннющем мосту, под нами белела река, покрытая непрочной коркой льда. Нам запрещали ходить на тот мост, но Ляля никогда никого не слушалась, будучи до ужаса упрямой и непоседливой. Забавы для нас придумывала она, и на этот раз решила, что будет весело прыгать через проломанные в мосту дыры. Одна такая пробоина была особенно коварной. Ляля прыгнула первой — у неё словно были не ноги, а пружины. Я, как всегда, следом. В голове будто раздался выстрел — бух! Осечка! И я лечу вниз. Но нет, мне всё-таки удалось зацепиться за доску. Уши заложило от крика Ляли. Она схватила меня за руки, помогая подтянуться.
И вот я стою на мосту, ошарашенная, оглушенная. Сорвав с себя шапку, Ляля обнимает меня, что-то кричит, захлёбывается от слёз, но я отталкиваю её. И вниз летит уже она.
Я не могла оторвать взгляда. Смотрела, как она проламывает лёд, как под водой скрывается рыжий хвост. Потом она вынырнула и посмотрела на меня так глубоко, так укоризненно, что я зажмурилась. Она словно пыталась допрыгнуть до меня одним лишь этим взглядом, чтобы зацепиться за этот мир и жить в нём через меня. Успела ли она? Глупости.
Мария, ты что, спишь? А ну проснись, ленивая бегемотиха. Только посмотри, как я тебя раскормила. Иди-ка сюда… Вот, побегай лучше, покрути своё колесо. Не хочешь значит? Не пищи, только пожалуйста, не пищи!
Знаешь что, Мария, мне кажется, я слишком привязалась к тебе. И зря. Не смотри на меня своими жалостными глазками. Нам с тобой пора прощаться. Никто не заметит, если в мире станет на одну морскую свинку меньше.
Пожелай мне удачи, Мария, может с Петром я всё-таки смогу стать лучше?
Мы играли на старом длиннющем мосту, под нами белела река, покрытая непрочной коркой льда. Нам запрещали ходить на тот мост, но Ляля никогда никого не слушалась, будучи до ужаса упрямой и непоседливой. Забавы для нас придумывала она, и на этот раз решила, что будет весело прыгать через проломанные в мосту дыры. Одна такая пробоина была особенно коварной. Ляля прыгнула первой — у неё словно были не ноги, а пружины. Я, как всегда, следом. В голове будто раздался выстрел — бух! Осечка! И я лечу вниз. Но нет, мне всё-таки удалось зацепиться за доску. Уши заложило от крика Ляли. Она схватила меня за руки, помогая подтянуться.
И вот я стою на мосту, ошарашенная, оглушенная. Сорвав с себя шапку, Ляля обнимает меня, что-то кричит, захлёбывается от слёз, но я отталкиваю её. И вниз летит уже она.
Я не могла оторвать взгляда. Смотрела, как она проламывает лёд, как под водой скрывается рыжий хвост. Потом она вынырнула и посмотрела на меня так глубоко, так укоризненно, что я зажмурилась. Она словно пыталась допрыгнуть до меня одним лишь этим взглядом, чтобы зацепиться за этот мир и жить в нём через меня. Успела ли она? Глупости.
Мария, ты что, спишь? А ну проснись, ленивая бегемотиха. Только посмотри, как я тебя раскормила. Иди-ка сюда… Вот, побегай лучше, покрути своё колесо. Не хочешь значит? Не пищи, только пожалуйста, не пищи!
Знаешь что, Мария, мне кажется, я слишком привязалась к тебе. И зря. Не смотри на меня своими жалостными глазками. Нам с тобой пора прощаться. Никто не заметит, если в мире станет на одну морскую свинку меньше.
Пожелай мне удачи, Мария, может с Петром я всё-таки смогу стать лучше?
Страница 3 из 3
