Благородный лорд Сот, рыцарь ордена Алой Розы Без Изъяна, оказывается во власти сильных страстей, которые толкают его на новые и новые преступления, в результате чего он становится изгоем, а затем — живым мертвецом, которым движет лишь жажда мести, на путях утоления которой он встречается с вампиром Страдом фон Заровичем Посвящаю эту книгу Дебби с благодарностью за ее поддержку и терпение, которые не покидали ее даже в моменты, когда Рыцарь Смерти безраздельно властвовал в нашей квартире. Много раз лорд Сот грозил увлечь меня с собой в Темный Мир, и я чувствую себя обязанным поблагодарить множество людей, которые не позволили этому случиться. Я приношу свою благодарность моим родителям и родителям жены, которые поняли меня, когда все лете я провел за компьютером; Джону Рэтлифу, который оказал мне неоценимую помощь своими обширными познаниями в области литературы «фэнтези» и своими критическими замечаниями; моему издателю Пат Мак-Гайлиган, чей энтузиазм и тяжелый труд заставили сюжет развиваться, а персонажей — жить и дышать, по крайней мере тех, которым это было положено по замыслу. Особую благодарность я выражаю Мари Кирчофф. Ваша уверенность в моих способностях помогла мне писать о Соте, а ваши юмор и дружеская поддержка помогли мне прожить целых три месяца в окружении вампиров и призраков.
Добавить в моё избранное— Я покидаю замок Равенлофт.
Вернув в ножны меч, Сот поискал глазами подходящую тень, которой он мог бы воспользоваться вместе с Магдой, чтобы выбраться из замка.
Со стороны лестницы, по которой Сот и вистани спускались в зал, донеслись пронзительные скрежещущие крики и вой. Девушка вздрогнула и смерила взглядом расстояние между лестницей и входной дверью.
— Позвольте мне уйтн одной, лорд, взмолилась она. — Я ни за что не скажу графу, что вы тут наделали.
Сот невольно улыбнулся под забралом своего шлема и повернулся к ней.
— Я хочу, чтобы Страд знал, что это сделал я. Кроме того, ты должна рассказать мне о намерениях графа, касающихся меня…
Шум на верхних этажах нарастал. Из полумрака на вершине мраморной лестницы появилось какое-то горбатое существо. Это была химера, похожая на ту, с которой Магда сражалась в коридорах замка, однако у нее было четыре верхних конечности и два завитых рога на синевато-серой голове.
— Эгей, вот они! — взвыла крылатая бестия, и на ступеньках появилось еще с полдюжины омерзительных существ.
Лорд Сот сделал шаг в угол, где сгущались тени, и протянул руку: — Ну так как, цыганка?
Магда ринулась к нему. Закрыв глаза, она вытянула вперед руки, хотя помнила, что ледяное прикосновение Сота будет болезненным.
— Мудрое решение, — усмехнулся Сот, осторожно беря ее дрожащие пальцы в свою защищенную кольчужной перчаткой руку.
Оба растворились в полумраке.
Сотрясая воздух страшными проклятиями и яростными воплями, химеры рассекали острыми когтями то место, где секунду назад стояли рыцарь и цыганка.
— Хозяин будет очень сердит! — в отчаянии провыло четверорукое создание. — Он нас всех уничтожит!
Небольшая гарпия цвета мокрой ржавчины пала к ногам предводительницы стаи.
— Может быть, нам можно убежать? — робко предположила она.
Четверорукая тварь покачала тяжелой головой и уселась на полу.
— Нам негде укрыться в Баровии. Страд — хозяин этой земли. Он отыщет нас еще до следующего восхода солнца.
Печально кивая в знак согласия, химеры взлетели наверх и расселись по периметру купола, замерев неподвижно, как статуи, ожидая пока сядет солнце и их страшный хозяин восстанет из своего гроба. Их ждет страшное, но мгновенное наказание.
Страд фон Зарович будет не менее жесток к рыцарю и цыганке, когда он поймает их.
Глава 9
Потрескавшийся, облезлый деревянный щит над таверной гласил, что она носит гордое название «Кровь Лозы» Ветер, проносящийся по площади, раскачивал вывеску, и она жалобно скрипела.Здание, в котором помещалась таверна, знавало лучшие времена. Выцветшие под солнцем деревянные ставни окаймляли закопченные окна, а на стенах кое-где еще сохранилась побелка. Закрытые двери таверны, казалось, предупреждали, что вход открыт только для завсегдатаев.
Между тем нельзя было сказать, чтобы в таверну валом валил народ. Несмотря на то что был почти полдень, деревенская площадь оставалась пустынной. Лишь несколько торговцев разложили на прилавках торговых рядов свое имущество, и тощий старик, похожий на ворону, переходил от лавки к лавке. Это, однако, был не покупатель, а сборщик налогов, который собирал деньги в казну местного бургомистра.
— Похоже, скоро разразится настоящая буря. Если очень повезет, то этого старого мерзавца убьет молнией, — заметил один из посетителей таверны, мрачно наблюдая за сборщиком налогов через единственное чистое пятнышко, которое он обнаружил на грязном оконном стекле.
В пустынной комнате с низким потолком слова прозвучали словно удар грома, ибо единственным звуком, раздававшимся в питейном заведении до сих пор, было уютное потрескивание огня в камине.
Глотнув водянистого вина из кружки, человек покосился в поисках поддержки на своих товарищей: — Я говорю, что если повезет, старика убьет грозой.
Другие два человека, бывшие кроме него в комнате, никак не отреагировали. Арик, хозяин таверны, пробурчал себе под нос нечто невразумительное и продолжил протирать стаканы, которыми, быть может, никто не воспользуется на протяжении нескольких дней. Из-за своей чрезмерной худобы он был как две капли воды похож на тощего мытаря, однако жители поселка любили его так же сильно, как ненавидели и презирали чиновника бургомистра. Почти всем жителям поселка, и старым и молодым, был весьма по душе хозяин «Крови Лозы» Арик, который бессменно стоял за стойкой на протяжении их жизней. Дело было в том, что отца его тоже звали Арик, и деда, и, может быть, даже прадеда. Семья, которая владела таверной на протяжении нескольких столетий, уже давно решила, что имя человека, который встречает посетителей за стойкой и обслуживает их, должно оставаться одним и тем же.
