Нуар

— О, не смущайтесь, — графиня Радзивилл непринужденно рассмеялась. — В наше время нравы были таковы, что подобные пустяки мало кого шокировали. К тому же между мною и Стефаном никогда не было ничего серьезного, скорее, просто милые детские шалости. Впрочем, я люблю моего брата, и мне интересно все, что имеет к нему отношение. Как я понимаю, Феликс, он к вам неравнодушен, — добавила она, лукаво улыбаясь. — Признаюсь, мне было нелегко примириться со склонностями Стефана. У нас было немало ссор по этому поводу, но сейчас все это в прошлом… Но вы меня, похоже, совсем не слушаете? — перебила она саму себя, заметив рассеянный взгляд своего собеседника.

-А. — Феликс заставил себя отвлечься от своих мыслей. — О, простите меня, я просто… Я, понимаете ли, сегодня слегка не в себе. Просто в шоке, я бы сказал. Здесь все так необычно и так… красиво, изумительно, волшебно. Мне хочется сбежать отсюда.

-Отчего же вам хочется сбежать, если вам здесь хорошо? — удивилась графиня.

-Потому что я не соответствую этому месту. Я чувствую себя каким-то… недоделанным.

Графиня понимающе улыбнулась.

-Вы просто смертны, Феликс. И в этом нет вашей вины, ведь вы не можете выбирать, кем вам быть.

-Я мог выбирать, — возразил Феликс. — Еще вчера мне был предложен выбор.

-Ах, вот как… Значит, Стефан предложил вам. И что же?

-Я отказался, — ответил Феликс почти с вызовом.

-Отказались? — графиня всплеснула белыми руками, отчего бриллианты, унизывающие ее пальцы, засверкали еще ярче, и блики брызнули во все стороны, словно солнечные зайчики.

-Да, и мне даже сейчас кажется, что я поступил правильно. Я не могу быть таким, как вы. Я не могу убивать людей, пить кровь и все такое… Да и, по большому счету, к вечной жизни я тоже не готов. Как подумаю о перспективе прожить триста лет, как Стефан, становится жутко. Хорошо это или плохо, но я не создан для такого.

-А как же Стефан?

-Что — Стефан?

-Вы ведь любите его?

-Да, — ответил Феликс, смутившись.

-В таком случае, как вы себе представляете вашу дальнейшую жизнь с ним?

Феликс задумался. Он и в самом деле не представлял себе, какое будущее ждет их со Стефаном. Раньше, когда он не знал правды, ему казалось, что они будут просто жить вместе, как любая другая пара. Но теперь такой союз казался диким и нереальным.

Из раздумий Феликса вывело прикосновение пальцев графини к его лбу.

-У вас здесь морщинка, — сообщила ему она. — И вот здесь, — она тронула его кожу в уголке глаза. — И здесь, — она легонько обвела по контуру его губы. — А у Стефана ни одной морщины. Вы понимаете меня? Вы стареете, Феликс, а он — нет. Что станется с вами через каких-то полсотни лет? Вы превратитесь в жалкого старика, если, конечно, к тому времени вообще не умрете. А Стефан станет еще прекраснее, еще сильнее, чем сейчас. И что будет с ним, когда вы потеряете свою молодость т красоту?

-Вы хотите сказать, что будет со мной? — поправил Феликс. — Думаю, он меня рано или поздно покинет.

Это было сказано безразличным тоном, но сердце болезненно сжалось при этой мысли. Если Стефан его бросит, да еще состарившегося, немощного, больного… Сумеет ли Феликс вынести подобную катастрофу?

-Вы ошибаетесь, Феликс, — графиня печально покачала головой. — Он влюблен в вас, а если мы любим по-настоящему — то это на сотни лет, если не навечно. Поэтому моего брата ждет страшнейшая пытка: год за годом наблюдать за медленным умиранием любимого человека. Но и когда вы умрете, боль его будет продолжаться, ибо он не сможет забыть вас. Впрочем, если ему повезет, горе убьет его даже раньше вас. Ведь для нас, как и для вас, душевные страдания тоже могут быть смертельны.

Феликса обожгло воспоминание: изможденное тело Стефана, содрогающееся в конвульсиях на полу его студии. Нет, ни за что на свете он больше не допустит, чтобы Стефан страдал из-за него! Феликс уже хотел закричать: «Я согласен, согласен!» — но мысль, внезапная и ясная, остановила его:«А что, если это ловушка?» В самом деле, что, если все происходящее — великолепный бал, унизительный контраст между смертными и бессмертными, обольстительная вампирша, назначенная ему в проводники, — направлено на то, чтобы соблазнить его, Феликса, ввести его в искушение?

-Простите, — быстро и нервно сказал он, — но я должен сейчас побыть один. Мне надо все это… — он сделал паузу, пытаясь подобрать нужное слово, — переварить.

-Как пожелаете, — графиня понимающе улыбнулась. — Если вам угодно побыть наедине с собой — замок в вашем распоряжении. Вы здесь в полной безопасности, никто вас не тронет.

Феликс благодарно кивнул, собираясь уйти, но она его остановила: — И еще кое-что, Феликс, — Маленький совет: не слишком ломайте голову. Задавайте вопросы вашему сердцу, а не рассудку. И если решение дается вам с трудом, не принимайте его.