Один мой друг, имя которого я здесь называть не буду, и вскоре вы поймете почему, служил в органах правопорядка, а точнее — в «убойном» отделе милиции. Был он там не то что за главного, но и в рядовых сотрудниках не ходил. При этом человек он характера самого серьезного, к глупым шуткам не склонный, что позволяло мне всегда и во всем доверять ему, что бы он мне не рассказывал.
Добавить в моё избранное
8 мин, 52 сек 2913
Как известно, все познается в сравнении. Будем считать эту мысль исходной и от нее отталкиваться… Сегодня купил гараж. Он мне стоил недорого, и пусть жена возмущается, зачем он мне, если машины у нас нет и не предвидится. Есть вещи важнее машин, да разве ей понять. Покупка подходящая. Во-первых, недалеко от дома, можно будет помаленьку готовиться. Лучше ночами, чтобы никто не видел и не лез с дурацкими вопросами. Во-вторых, стены хорошие, плотные. Надо только ворота изнутри обить каким-нибудь звукоизолирующим материалом. Помещение, конечно, не очень большое и от старого хозяина осталось хлама изрядное количество. Пустые бутылки, гаечные ключи, сломанная ножовка… Не знаю. Может быть, что-то получится использовать?«(Здесь текст обрывался, продолжение обнаружилось на другой странице, и так было несколько раз — очевидно, какие-то кусочки писались в течение продолжительного периода времени с перерывами)» Играл с сыном в гараже. Маленький еще совсем мальчишка, места много не займет. Но когда я его щекотал в шутку по животику, верещал громко, на улице слышали. Надо будет набить старые наволочки каким-нибудь ненужным тряпьем и обделать как следует ворота. Это будет гасить звук.
Не мог сомкнуть глаз ночью. Жена рядом спала тихо-тихо, как убитая. А я плакал. И одновременно боялся и желал ее разбудить, чтобы убедиться, что она еще… Утром прогнал ночные страхи прочь. Чистота эксперимента важнее всего. В каком-то смысле даже хорошо, что я переживаю, но крайне важно в нужный момент переступить через себя. Удовольствие по идее усилится от эмоциональных переживаний испытуемого, то есть меня самого.
Себе, напоминание: поискать на свалке крюки для мяса«(… )» Готово! Этот вечер и ночь вслед за ним прошли в делах. Устал ужасно… Но зато теперь помещение полностью подготовлено. Радует, что на днях заглядывала супруга, спрашивала, какого черта я здесь торчу сутками? Если бы она знала ответ на свой вопрос… Но это здорово, что она интересуется. Легче будет заманить. Ведь если придется тащить тело, пусть даже и ночью, все равно может кто-нибудь встретиться.
С мальчишкой будет полегче«(Далее следует размашистая надпись на всю оставшуюся часть страницы)» РЕШЕНО! В следующий раз я сделаю это! Надо сделать!«(Оставшиеся листки исписаны неровным скачущим почерком, сохраняющим, однако, при всех отличиях, заметное сходство с предыдущим текстом. Нет никаких сомнений, что писались все куски одной рукой. Но, скорее всего, последняя часть записывалась в спешке, а если судить по тому, как сильно измяты эти страницы, то и на малопригодной для письма поверхности)» Это ужасно, это чудовищно, это бессмысленно! Работаем… Связал крепко, пока хлороформ еще действовал, заткнул рот кляпом. Вешал на крюк — было тяжело, все-таки изрядно потолстела за последние пару лет, настоящая пышка стала Когда пришла в себя, вырвал ей ноготь плоскогубцами. Все хорошо, стон приглушен даже внутри, снаружи вообще не слышно. На всякий случай еще раз заставил дышать химией, чтобы опять потеряла сознание. Лицо у нее мокрое от слез. Жалко… Пойду пацана приведу Сын дома, с другом из школы. Спрашивал, не вернулась ли мама с работы, пришлось соврать. Волнуюсь, хорошо. Подумал о варианте с «нарастающим» по поводу школьного приятеля. Соблазн велик, но его родственники будут беспокоиться, искать. Пришлось отказаться от идеи. Но это тоже правильно: чистота эксперимента, следовать плану Господи, что я делаю?! Назад дороги нет.
Впрочем, бога тоже нет«…» Все получилось, как и задумывал. Повесил его рядом с матерью. Та уже пришла в себя, воет что-то сквозь кляп. Самое тяжелое впереди. Надо будет удалить кляпы, но пока не могу решиться, готовлю инструменты, боюсь глядеть на них, чтобы не«…» На улице темно, хоть глаз выколи. С этого и начнем Кричит и плачет, ругается, умоляет не делать этого. Поздно, дорогая! Использовал шило на мальчишке. Ужасно! Глаз потек, сын… сын потерял сознание, кажется. Может, так и лучше… для него… нет! Надо подождать… Нельзя ждать, можно использовать нашатырь! Так, а дальше что? Делал надрезы бритвой. Не смог! Не выдержива… не выдержива… не выдержал! Уронил, бросил на пол… сам упал, ревел, забившись в угол… Ее крики сводят меня с ума, нет, другое, конечно, другое, мой маленький, сынуля, боже«…» Бороться с самим собой тяжелее всего, я знал. Наз дороги нет. Назад. Дороги. Нет. Назаддорогинетназаддорогинетназаддорогинет… Бесконечная прогрессия Терпеть тяжело, больно, страшно. Думаешь, еще есть шанс бросить начатое? Снова взялся за бритву. Опять бросил. Не могу. Не-мо-гу Не буду! Хули ты все время визжишь, сука?! Заткнись, твою мать, заткнись, твою мать, заткнись!… собрался… с силами… собрался… Возможно, если абстрагироваться«…» Сорвал с него кожу, лоскут, со спины заткнитесь же«…» Жена, кажется, уходит куда-то. Закрыла глаза, больше не плачет, не вопит. Только скулит так тоненьно-тоненько. Не знаю, что хуже. Буду… приводить ее в чувство Отрезал сосок. Ковыря… ковырял в ране отверткой. Крови очень много. Мерзко.
Не мог сомкнуть глаз ночью. Жена рядом спала тихо-тихо, как убитая. А я плакал. И одновременно боялся и желал ее разбудить, чтобы убедиться, что она еще… Утром прогнал ночные страхи прочь. Чистота эксперимента важнее всего. В каком-то смысле даже хорошо, что я переживаю, но крайне важно в нужный момент переступить через себя. Удовольствие по идее усилится от эмоциональных переживаний испытуемого, то есть меня самого.
Себе, напоминание: поискать на свалке крюки для мяса«(… )» Готово! Этот вечер и ночь вслед за ним прошли в делах. Устал ужасно… Но зато теперь помещение полностью подготовлено. Радует, что на днях заглядывала супруга, спрашивала, какого черта я здесь торчу сутками? Если бы она знала ответ на свой вопрос… Но это здорово, что она интересуется. Легче будет заманить. Ведь если придется тащить тело, пусть даже и ночью, все равно может кто-нибудь встретиться.
С мальчишкой будет полегче«(Далее следует размашистая надпись на всю оставшуюся часть страницы)» РЕШЕНО! В следующий раз я сделаю это! Надо сделать!«(Оставшиеся листки исписаны неровным скачущим почерком, сохраняющим, однако, при всех отличиях, заметное сходство с предыдущим текстом. Нет никаких сомнений, что писались все куски одной рукой. Но, скорее всего, последняя часть записывалась в спешке, а если судить по тому, как сильно измяты эти страницы, то и на малопригодной для письма поверхности)» Это ужасно, это чудовищно, это бессмысленно! Работаем… Связал крепко, пока хлороформ еще действовал, заткнул рот кляпом. Вешал на крюк — было тяжело, все-таки изрядно потолстела за последние пару лет, настоящая пышка стала Когда пришла в себя, вырвал ей ноготь плоскогубцами. Все хорошо, стон приглушен даже внутри, снаружи вообще не слышно. На всякий случай еще раз заставил дышать химией, чтобы опять потеряла сознание. Лицо у нее мокрое от слез. Жалко… Пойду пацана приведу Сын дома, с другом из школы. Спрашивал, не вернулась ли мама с работы, пришлось соврать. Волнуюсь, хорошо. Подумал о варианте с «нарастающим» по поводу школьного приятеля. Соблазн велик, но его родственники будут беспокоиться, искать. Пришлось отказаться от идеи. Но это тоже правильно: чистота эксперимента, следовать плану Господи, что я делаю?! Назад дороги нет.
Впрочем, бога тоже нет«…» Все получилось, как и задумывал. Повесил его рядом с матерью. Та уже пришла в себя, воет что-то сквозь кляп. Самое тяжелое впереди. Надо будет удалить кляпы, но пока не могу решиться, готовлю инструменты, боюсь глядеть на них, чтобы не«…» На улице темно, хоть глаз выколи. С этого и начнем Кричит и плачет, ругается, умоляет не делать этого. Поздно, дорогая! Использовал шило на мальчишке. Ужасно! Глаз потек, сын… сын потерял сознание, кажется. Может, так и лучше… для него… нет! Надо подождать… Нельзя ждать, можно использовать нашатырь! Так, а дальше что? Делал надрезы бритвой. Не смог! Не выдержива… не выдержива… не выдержал! Уронил, бросил на пол… сам упал, ревел, забившись в угол… Ее крики сводят меня с ума, нет, другое, конечно, другое, мой маленький, сынуля, боже«…» Бороться с самим собой тяжелее всего, я знал. Наз дороги нет. Назад. Дороги. Нет. Назаддорогинетназаддорогинетназаддорогинет… Бесконечная прогрессия Терпеть тяжело, больно, страшно. Думаешь, еще есть шанс бросить начатое? Снова взялся за бритву. Опять бросил. Не могу. Не-мо-гу Не буду! Хули ты все время визжишь, сука?! Заткнись, твою мать, заткнись, твою мать, заткнись!… собрался… с силами… собрался… Возможно, если абстрагироваться«…» Сорвал с него кожу, лоскут, со спины заткнитесь же«…» Жена, кажется, уходит куда-то. Закрыла глаза, больше не плачет, не вопит. Только скулит так тоненьно-тоненько. Не знаю, что хуже. Буду… приводить ее в чувство Отрезал сосок. Ковыря… ковырял в ране отверткой. Крови очень много. Мерзко.
Страница 2 из 3
