Суббота

Очередной трудовой конец недели: короткий перерыв моих мучений и страданий, именуемых работой. Я лечу домой, запиваю снотворным наспех приготовленный ужин, дабы побыстрее забыться. Забыться, чтобы поскорее проснуться завтра, в субботу. Чтобы поскорее пойти в свой выходной на работу. Весь день вспоминать приятные моменты детства и школьной скамьи, вспоминать, как украдкой списывал у одноклассников, а после школы вприпрыжку бежал домой, где меня ждала мама и её коронный рыбный пирог. Мама всегда старалась поддерживать меня в разные моменты жизни и поощряла мою любовь к биологии. И когда я после вуза пошёл работать в НИИ, уверен, мама улыбнулась бы и сказала: «Сынок, ты сделал правильный выбор». Отец же мой был человеком более циничным и всё чаще любил повторять свою любимую фразу, которую запомнил из какого-то дурацкого фильма: «Всё что делаешь — дерьмо. Но ты должен это делать, потому, что кроме тебя никто это делать больше не будет». Его хладнокровие и безразличие достигли апогея, когда на похоронах мамы он не уронил ни слезы и не промолвил ни слова. Он просто стоял и курил. Бабки из нашего подъезда смотрели на него осуждающе и перешёптывались между собой: «Мол, вон, Сашка-то видать Каринку не особо и любил!» Но я знал, что мой отец души не чаял в маме и вместе с её смертью в нём рухнуло всё, что держало его на этой земле. Всё, кроме меня. Привычным движением открыв заднюю дверь НИИ своим ключом я двинул в свою лабораторию.

— Игорь Саныч, вы всё никак не угомонитесь? — улыбчиво кинул мне охранник и протянул стакан холодного кофе и бутерброд с сыром. Как я люблю.

— Держите, знаю же, что не позавтракали. Вам привет от Насти. И… ещё раз спасибо.

— Ерунда, ты же знаешь, что мне было не трудно.

Лабораторию я закрыл изнутри, кофе и бутерброд оставил на столике, на манер «похоронной стопки» а свитер небрежно пал на спинку стула. Ручка сейфа вправо на два, четыре влево, один по часовой, один против. Дверца лениво отъехала в сторону, освобождая пустоту внутри. Абсолютную, если не считать маленького пакетика с пометками на нём, необходимые для верной калибровки репликатора. Маленького пакета, пахнущего детством и рыбным пирогом. Мне было плевать, чем занимается Компания, даже если они производили реплики для неудавшихся маньяков, или для испытания биологического оружия; меня всё устраивало, пока у меня был доступ к репликатору и неограниченное финансирование. Я бы мог удовлетворить все свои гедонистические желания, от лоли с хентаем до разных гуро-извращений. Да, я был тот ещё ублюдок, но мне всё это было совершенно ненужно. Мне нужен был лишь один выходной — суббота, которую я бы мог провести со своей матерью. Ведь она была единственным мне по-настоящему дорогим человеком, и что, что она умерла 10 лет назад? Достаточно было лишь одной волосинки и фотографии, чтобы репликатор, воссоздал внешность человека и его характер максимально близко к оригиналу (из-за чего я теперь с опаской смотрю на объявления о покупке волос). Правда лишь всего на 24 часа. По истечению этого времени карета превратится в тыкву, кучеры в мышей, а моя мама — в груду биомассы, издающей неприятный запах метала — аромат«мёртвой» реплики был именно таким, что было обусловлено составом их крови. И каждую субботу, раз в неделю я наблюдал за тем, как моя мать умирала. Опять. Уже почти половину года, каждое воскресенье после прогулки с мамой под ручку, после рассказов о том, как я сейчас живу, я залетал в местный бар и напивался там до чёртиков, чтобы потом в понедельник, слегка подмятым снова ползти на работу, как ползут сотни таких же неудачников как я, по забитым улицам Города. Но однажды утром всё поменялось. Проснувшись утром, первое, что я заметил — приятный аромат кофе в моей квартире. Чёрт, а я не пил кофе с тех пор как…, а какая разница? Несмело прошлёпав на кухню я замер в дверном проёме. Сердце бешено стучало в висках, будто умоляло отпустить его на волю — подальше от моего тела, от этой засратой кухни, этой Богом забытой квартиры. За моим обеденным столом сидела моя мама и сердечно улыбалась мне, а перед ней стоял свежий пирог, явно приготовленный недавно, а рядом стояла чашка кофе, излучающая струйки аромата, который и разбудил меня.

— Мам, какого хрена ты тут делаешь?

— Игорь, как ты разговариваешь с мамой? Ты меня очень расстроил, — мама осуждающе покачала головой.

— Я приготовила тебе завтрак, чтобы у тебя хорошо прошёл день в школе, сынок.

Я аккуратно присел за стол, а мама, всё так же улыбаясь потрепала меня по голове.

— Сынок, ещё что-нибудь?

— Нннеет… Нет, спасибо.

Отрезав кусочек пирога я легонько наколол его вилкой и попробовал. Тот самый. Сомнения быть не может.

— Ладно, мам, я наелся. Я, пожалуй, пойду.

— Хорошо сынок, у меня сегодня выходной, поэтому я целый день буду дома.

Схватив сумку, я выбежал в подъезд и ринулся вниз. Преодолев два пролёта я остановился и сел на ступеньки.