На моей памяти, ночь в Хидстоуне ещё никогда не была настолько холодной. Что весьма странно, учитывая, что на дворе стоял май…
Добавить в моё избранное
7 мин, 48 сек 10118
Время шло, но ничего не ладилось. После похорон, родители повсюду ходили со мной. Будто решили, что теперь опасность угрожает мне и они должны уберечь меня.
В этом году я закончила старшую школу и собиралась поступить в Гарвардский университет на факультет психологии. Отметки были отличные, поэтому можно было претендовать на хорошую стипендиальную поддержку. Но я не учла, что у родителей были совсем другие планы. Они не хотели оставлять меня одну в Кембридже и поэтому я подала документы в Калифорнийский технологический университет и моя мечта о Лиге Плюща лопнула как мыльный пузырь. Да и все пошло не так, как я планировала.
Фиолетовый рюкзак я положила рядом с собой и осторожно, будто боясь испортить провела указательным пальцем по вышитой золотыми нитками букве. Джудит любила фиолетовый цвет. Почти все её вещи были именно этого цвета, либо одного из его оттенков. Фиолетовые резинки, фиолетовый платья, фиолетовые туфли, даже обои в её комнате были светло-фиолетового цвета. И дневник, который она постоянно носила с собой. Дневник, который никто не видел со дня её смерти. Мама обыскала весь дом, но так и не нашла его. Я держала его в руках только один раз, когда наткнулась на него во время уборки комнаты. Это, пожалуй, был тот редкий случай, когда сестра забыла его дома убегая на улицу.
«5 октября 2000 года. Сегодня был хороший, солнечный день. Мы с Джейн в салки на холме. Она очень быстрая, поэтому постоянна выигрывала. Но меня это нисколечко не расстраивает, мы же лучшие подруги. Никки даже говорит, что мы с ней похоже на сестер. Ну, нет. Моя старшая и любимая сестра — это Никки. Она очень умная и всегда рассказывает нам с Джейн интересные истории. Я горжусь ей. Когда вырасту я обязательно буду такой же как моя сестра»… — эти строчки я успела прочитать в тот день. Едва я положила дневник на место, как Джудит влетела в комнату и выхватив из комода куртку снова понесла вниз по лестнице на улицу.
Спустя пять минут, родители, закончив последние приготовления сели в машину. Немедля папа завел мотор, и мы выехали на дорогу, ведущую к выезду из города. Родители стали переговариваться о планах на будущее, о моем поступлении в университет и о том, какое верное решение о переезде они приняли. Мне же эти разговоры порядком надоели, поэтому все мое внимание было приковано к окну. И поэтому я не могла не заметить, маленькую девочку, стоявшую на вершине Хидстоунского холма, когда мы проезжали мимо него. Это несомненно была Джейн Франклин. Я опустила стекло и высунув руку помахала ей. Она не ответила, но продолжала смотреть нам вслед.
— Кто здесь? — я услышала голос за спиной и резко обернулась.
В пяти десяти метрах от меня стоял рослый седовласый мужчина с ружьем в руках. Видимо его не прельстило, что кто -то в столь поздний час посмел проникнуть в его обитель и вообще побеспокоить его. Я узнала его, хотя и не могу сказать, что без труда. Мистер Хиллз был сторожем Хилдстоунского кладбища ещё со времен моего рождения. Однако, когда я покидала этот город он был несколько моложе и седых волос была гораздо меньше. Не знаю, как сейчас, но пятнадцать лет назад он жил на самой окраине города со своей женой, тремя детьми и собакой по кличке Барон. Старший сын мистера Хиллза — Патрик учился со мной, и, если память мне не изменяет, мы даже ходили вместе на школьную дискотеку.
— Это Николь Вуд, мистер Хиллз. Я приехала сегодня.
— в спешке проговорила я, так как дуло ружья повернутое в мою сторону меня немного напрягало.
— Вы помните, моя семья жила на Пресскот стрит 16?!
Мужчина подошел по ближе. Убедившись, что я не занимаюсь вандализмом и не курю травку под шумок среди могил, сторож закинул оружие на плечо. Где-то неподалеку ухнула совала, как бы напоминая, что сейчас глубокая ночь и все нормальные люди давно спят.
— Малышка Никки, помню-помню. Патрик часто о тебе вспоминает. Какими судьбами тебя занесло в нашу глушь?
— Я приехала, когда узнала о смерти Джейн, — ответила я.
— Да, это событие нас всех потрясло. Хорошая была девушка, не похожая на своих двинутых родителей. Надеюсь, она не страдала.
— в голосе Джонатана Хиллза не было ни грамма сочувствия. Казалось он озвучивал давно заученную речь, которую наверняка слышал каждый, кому приходилось иметь с ним дело. Но больше всего меня насторожила последняя фраза.
— Такими темпами, это местечко придется расширять, а могилы выкапывать заранее.
— Думаю не нужно было приходить сюда в такое время. Так что я уже пойду.
— заторопилась я и сделала пару шагов к калитке.
— Не заглянешь к Джуди? — слова мистера Хиллза ударили меня по голове словно молоток, но я не подавала виду.
— Завтра. Я принесу ей цветы.
— Завтра, так завтра. И, Никки, будь осторожнее, на улицах Хидстоуна больше не безопасно.
— сказав это старик развернулся и пошел в сторону сторожки, располагавшейся у самой изгороди на окраине кладбища.
В этом году я закончила старшую школу и собиралась поступить в Гарвардский университет на факультет психологии. Отметки были отличные, поэтому можно было претендовать на хорошую стипендиальную поддержку. Но я не учла, что у родителей были совсем другие планы. Они не хотели оставлять меня одну в Кембридже и поэтому я подала документы в Калифорнийский технологический университет и моя мечта о Лиге Плюща лопнула как мыльный пузырь. Да и все пошло не так, как я планировала.
Фиолетовый рюкзак я положила рядом с собой и осторожно, будто боясь испортить провела указательным пальцем по вышитой золотыми нитками букве. Джудит любила фиолетовый цвет. Почти все её вещи были именно этого цвета, либо одного из его оттенков. Фиолетовые резинки, фиолетовый платья, фиолетовые туфли, даже обои в её комнате были светло-фиолетового цвета. И дневник, который она постоянно носила с собой. Дневник, который никто не видел со дня её смерти. Мама обыскала весь дом, но так и не нашла его. Я держала его в руках только один раз, когда наткнулась на него во время уборки комнаты. Это, пожалуй, был тот редкий случай, когда сестра забыла его дома убегая на улицу.
«5 октября 2000 года. Сегодня был хороший, солнечный день. Мы с Джейн в салки на холме. Она очень быстрая, поэтому постоянна выигрывала. Но меня это нисколечко не расстраивает, мы же лучшие подруги. Никки даже говорит, что мы с ней похоже на сестер. Ну, нет. Моя старшая и любимая сестра — это Никки. Она очень умная и всегда рассказывает нам с Джейн интересные истории. Я горжусь ей. Когда вырасту я обязательно буду такой же как моя сестра»… — эти строчки я успела прочитать в тот день. Едва я положила дневник на место, как Джудит влетела в комнату и выхватив из комода куртку снова понесла вниз по лестнице на улицу.
Спустя пять минут, родители, закончив последние приготовления сели в машину. Немедля папа завел мотор, и мы выехали на дорогу, ведущую к выезду из города. Родители стали переговариваться о планах на будущее, о моем поступлении в университет и о том, какое верное решение о переезде они приняли. Мне же эти разговоры порядком надоели, поэтому все мое внимание было приковано к окну. И поэтому я не могла не заметить, маленькую девочку, стоявшую на вершине Хидстоунского холма, когда мы проезжали мимо него. Это несомненно была Джейн Франклин. Я опустила стекло и высунув руку помахала ей. Она не ответила, но продолжала смотреть нам вслед.
— Кто здесь? — я услышала голос за спиной и резко обернулась.
В пяти десяти метрах от меня стоял рослый седовласый мужчина с ружьем в руках. Видимо его не прельстило, что кто -то в столь поздний час посмел проникнуть в его обитель и вообще побеспокоить его. Я узнала его, хотя и не могу сказать, что без труда. Мистер Хиллз был сторожем Хилдстоунского кладбища ещё со времен моего рождения. Однако, когда я покидала этот город он был несколько моложе и седых волос была гораздо меньше. Не знаю, как сейчас, но пятнадцать лет назад он жил на самой окраине города со своей женой, тремя детьми и собакой по кличке Барон. Старший сын мистера Хиллза — Патрик учился со мной, и, если память мне не изменяет, мы даже ходили вместе на школьную дискотеку.
— Это Николь Вуд, мистер Хиллз. Я приехала сегодня.
— в спешке проговорила я, так как дуло ружья повернутое в мою сторону меня немного напрягало.
— Вы помните, моя семья жила на Пресскот стрит 16?!
Мужчина подошел по ближе. Убедившись, что я не занимаюсь вандализмом и не курю травку под шумок среди могил, сторож закинул оружие на плечо. Где-то неподалеку ухнула совала, как бы напоминая, что сейчас глубокая ночь и все нормальные люди давно спят.
— Малышка Никки, помню-помню. Патрик часто о тебе вспоминает. Какими судьбами тебя занесло в нашу глушь?
— Я приехала, когда узнала о смерти Джейн, — ответила я.
— Да, это событие нас всех потрясло. Хорошая была девушка, не похожая на своих двинутых родителей. Надеюсь, она не страдала.
— в голосе Джонатана Хиллза не было ни грамма сочувствия. Казалось он озвучивал давно заученную речь, которую наверняка слышал каждый, кому приходилось иметь с ним дело. Но больше всего меня насторожила последняя фраза.
— Такими темпами, это местечко придется расширять, а могилы выкапывать заранее.
— Думаю не нужно было приходить сюда в такое время. Так что я уже пойду.
— заторопилась я и сделала пару шагов к калитке.
— Не заглянешь к Джуди? — слова мистера Хиллза ударили меня по голове словно молоток, но я не подавала виду.
— Завтра. Я принесу ей цветы.
— Завтра, так завтра. И, Никки, будь осторожнее, на улицах Хидстоуна больше не безопасно.
— сказав это старик развернулся и пошел в сторону сторожки, располагавшейся у самой изгороди на окраине кладбища.
Страница 2 из 3
