Без аннотаций.
Добавить в моё избранное
198 мин, 3 сек 805
И все кто тут присутствовал, повернули к нему свои головы. Все с черными глазами и белой кожей. Белой, как мел, и такой же, как у его Рэндола приросших боком к Рэндола толстому телу девочек и его собеседника, которого он прозвал Джонни.
Собеседник его молчал, только смотрел ему в глаза и молчал. У этой заблудшей души человека не было уже места ни том, ни в этом мире. И ему было даже жалко этого в прошлом преступника. Который был королем на своем районе там, в мире живых, а здесь он был просто пищей этих вот черноглазых с белой кожей и он был обречен быть съеденным.
Он видел, как это бывает. Как человеческая обреченная на уничтожение душа, просто исчезает в желудках вот этих с белой кожей, точно трупных червей инфернальных тварей.
Он думал, что этот Рэндол понял свою участь, но изменить было уже ничего нельзя. Он был мертв. Его тело еще лежало, вероятно, в самом полицейском морге в Америке, а душа была вот здесь и была обречена на ликвидацию. Как не нужная была теперь ни Дьяволу, ни Богу.
— Эти уроды телохранители просто отстой! — продолжал, не унимаясь трепаться, обнимая двух черноволосых кареглазых миленьких на мордашку сосущих его как пиявок девчонок его собеседник — Я Рэндел Митчел. Держал половину Лос-Анжелеса в своих руках. И плавал в бассейне с зеленой капустой. И так лохонуться! Как какой-то сопляк!
Из глаз Рэндола потекли горькие слезы.
— Взять и попасть так да еще в собственном стриптизбаре. И ствола кроме этого чертового узи с собой как раз не оказалось.
— Ирония судьбы — произнес негромко его собеседник скривя в горькой сочувственной ухмылке свой рот.
— Чего? — переспросил Рэндел Митчел. Потом вдруг понял что сказал его сосед по барной стойке и посмотрев на слушающего его разговор бармена продолжил — А, понял, ну да. Так вот живешь, живешь, деньги девки, свои люди с оружием свой город и свой район. А тут хлоп и этот гребанный с осечкой узи и кирдык тебе — он засмеялся дико как конченный идиот. Таковым он и был на самом деле.
И его собеседник это знал и он нужен был ему, как бы тот на него не говорил или даже в драку ни кидался. Он еще надеялся на помощь друга Джонни.
Он был нужен ему. Нужен, потому, что тот мир, куда Рэндал попал, был мир второго уровня. Или плана. Мир за пределами реального мира. Мира живых людей. И он был его хозяин. Падший Ангел. Падший с самого Неба. И способный беспрепятственно проникать в этот свой сотворенный своим сознанием загробный мир. Проникать своим ангельским менталом во время своего земного сна. Сливаясь в одно целое и блуждая по нему. Соприкасаться умом и соединив в себе два мира. Мир живых и мир мертвых. В своем спящем сознании. И этот мир теперь жил в нем самом. Как те, кто сидел здесь за столами в этом баре.
Он был, Ангел. Его друг Джонни. Только Рэндел этого совершенно не знал. Да, и не мог просто знать. Он был просто покойник. Просто душа застреленного в Лос-Анжелесе мафиози и наркоторговца. Душа преступника. По-своему духу, и содержанию. Понявшая наконец-то, куда попала. Как впрочем, и многие до него или до этого. И лишь немногим везет здесь. Лишь немногие способны пройти этот уровень. Немногие способны уйти в более тонкие высокие миры. Лишь те, что смог их пройти по чистоте своего духа и куда, более нужные самому Верховному Богу. Большинство застревало именно тут, и им не было отсюда вверх ходу. Слишком они были замараны земной грязью и тот, кто это, попав сюда, понял, стремились как можно быстрее вырваться отсюда, но уходили только те, за кем приходили ангелы. Ангелы способные проникнуть в сознание этого Ангела. Ангела лишенного всех своих полномочий и сил, но способного жить в своем мире, созданном его больным сознанием.
Это было наказание. Наказание, Свыше. И наказание всем душам, попавшим в этот потусторонний Ад. В который был, заключен, и он сам. Почти каждую ночь засыпая, он погружался в этот свой сотканный из ментальных энергетических нитей, вибрирующих на всевозможных интонациях и частотах мир. Мир духов и заблудших душ. Вибрирующий, как на легком ветру паучья ловчая паутина. Что хватала пролетающих насекомых на прокорм сидящего в укромной и невидимой засаде, вечно голодного и прожорливого паука.
Не всем удается прорваться сквозь нее, но, если удавалось, то если, удавалось успеть замолить свои грехи раскаянием. Но это была очень большая редкость. И под такую редкость этот мистер Рэндол совершенно не подпадал. Как и его ранее сюда отправленные товарищи по криминальному бизнесу.
— Слышь, Джонни? — Рэндол обратился к собеседнику — Ты обещал мне, здесь все показать.
— Обещал — произнес его собеседник, но сейчас уже поздно, совершенно что-либо поздно, да и ты надрался как пузырь и пора тебе отправляться на покой.
— Слышь? Ты, не обижайся на меня за то, что прозвал тебя, Джонни — произнес Рэндол Митчелл — Но, у меня был тоже друг Джонни. Там на земле. Его зарыли мои недруги.
Собеседник его молчал, только смотрел ему в глаза и молчал. У этой заблудшей души человека не было уже места ни том, ни в этом мире. И ему было даже жалко этого в прошлом преступника. Который был королем на своем районе там, в мире живых, а здесь он был просто пищей этих вот черноглазых с белой кожей и он был обречен быть съеденным.
Он видел, как это бывает. Как человеческая обреченная на уничтожение душа, просто исчезает в желудках вот этих с белой кожей, точно трупных червей инфернальных тварей.
Он думал, что этот Рэндол понял свою участь, но изменить было уже ничего нельзя. Он был мертв. Его тело еще лежало, вероятно, в самом полицейском морге в Америке, а душа была вот здесь и была обречена на ликвидацию. Как не нужная была теперь ни Дьяволу, ни Богу.
— Эти уроды телохранители просто отстой! — продолжал, не унимаясь трепаться, обнимая двух черноволосых кареглазых миленьких на мордашку сосущих его как пиявок девчонок его собеседник — Я Рэндел Митчел. Держал половину Лос-Анжелеса в своих руках. И плавал в бассейне с зеленой капустой. И так лохонуться! Как какой-то сопляк!
Из глаз Рэндола потекли горькие слезы.
— Взять и попасть так да еще в собственном стриптизбаре. И ствола кроме этого чертового узи с собой как раз не оказалось.
— Ирония судьбы — произнес негромко его собеседник скривя в горькой сочувственной ухмылке свой рот.
— Чего? — переспросил Рэндел Митчел. Потом вдруг понял что сказал его сосед по барной стойке и посмотрев на слушающего его разговор бармена продолжил — А, понял, ну да. Так вот живешь, живешь, деньги девки, свои люди с оружием свой город и свой район. А тут хлоп и этот гребанный с осечкой узи и кирдык тебе — он засмеялся дико как конченный идиот. Таковым он и был на самом деле.
И его собеседник это знал и он нужен был ему, как бы тот на него не говорил или даже в драку ни кидался. Он еще надеялся на помощь друга Джонни.
Он был нужен ему. Нужен, потому, что тот мир, куда Рэндал попал, был мир второго уровня. Или плана. Мир за пределами реального мира. Мира живых людей. И он был его хозяин. Падший Ангел. Падший с самого Неба. И способный беспрепятственно проникать в этот свой сотворенный своим сознанием загробный мир. Проникать своим ангельским менталом во время своего земного сна. Сливаясь в одно целое и блуждая по нему. Соприкасаться умом и соединив в себе два мира. Мир живых и мир мертвых. В своем спящем сознании. И этот мир теперь жил в нем самом. Как те, кто сидел здесь за столами в этом баре.
Он был, Ангел. Его друг Джонни. Только Рэндел этого совершенно не знал. Да, и не мог просто знать. Он был просто покойник. Просто душа застреленного в Лос-Анжелесе мафиози и наркоторговца. Душа преступника. По-своему духу, и содержанию. Понявшая наконец-то, куда попала. Как впрочем, и многие до него или до этого. И лишь немногим везет здесь. Лишь немногие способны пройти этот уровень. Немногие способны уйти в более тонкие высокие миры. Лишь те, что смог их пройти по чистоте своего духа и куда, более нужные самому Верховному Богу. Большинство застревало именно тут, и им не было отсюда вверх ходу. Слишком они были замараны земной грязью и тот, кто это, попав сюда, понял, стремились как можно быстрее вырваться отсюда, но уходили только те, за кем приходили ангелы. Ангелы способные проникнуть в сознание этого Ангела. Ангела лишенного всех своих полномочий и сил, но способного жить в своем мире, созданном его больным сознанием.
Это было наказание. Наказание, Свыше. И наказание всем душам, попавшим в этот потусторонний Ад. В который был, заключен, и он сам. Почти каждую ночь засыпая, он погружался в этот свой сотканный из ментальных энергетических нитей, вибрирующих на всевозможных интонациях и частотах мир. Мир духов и заблудших душ. Вибрирующий, как на легком ветру паучья ловчая паутина. Что хватала пролетающих насекомых на прокорм сидящего в укромной и невидимой засаде, вечно голодного и прожорливого паука.
Не всем удается прорваться сквозь нее, но, если удавалось, то если, удавалось успеть замолить свои грехи раскаянием. Но это была очень большая редкость. И под такую редкость этот мистер Рэндол совершенно не подпадал. Как и его ранее сюда отправленные товарищи по криминальному бизнесу.
— Слышь, Джонни? — Рэндол обратился к собеседнику — Ты обещал мне, здесь все показать.
— Обещал — произнес его собеседник, но сейчас уже поздно, совершенно что-либо поздно, да и ты надрался как пузырь и пора тебе отправляться на покой.
— Слышь? Ты, не обижайся на меня за то, что прозвал тебя, Джонни — произнес Рэндол Митчелл — Но, у меня был тоже друг Джонни. Там на земле. Его зарыли мои недруги.
Страница 7 из 53
