Всё начинается с чувств, с капли крови, упавшей на твое лицо. Когда оно в крови — это значит: ты изменился, просто надел маску и стал другим. Говорят, что чувство любви одно из самых сильных, но оно многократно усиливается, если ты любишь убивать.
13 мин, 15 сек 5994
Пробегая, я боковым зрением видел ботинки. В этот момент случилось то, чего больше всего я боялся в тот момент. На полной скорости влепился в одного из потрошителей. От сильного столкновения упал в окровавленную лужу и кровь стала впитываться в мою одежду. Я поднял голову и увидел того самого верзилу. Вблизи он был как гора, разрисованный проталинами. Почему из всех присутствующих врагов, я столкнулся именно с самым страшным? Огромная, вся в крови рука, стала тянуться ко мне. Он поднял меня за шиворот, словно щенка. Я оказался на уровне его лица и через черные стеклышки в глазнице, смотрел на свое жалостное отражение.
— Тартар! Отпусти малыша.
— Сказал темноликий, ведя под ручку плачущих друзей.
— Ты испугал его.
Человек с длинной шляпой был главным в их компании. Верзила, по приказу опустил меня на алый пол. Друзья подбежали ко мне и мы оказались в центре всего этого преступного синдиката.
— Что же с вами делать, маленькие батончики? — Спросил темноликий, приседая на корточки.
— Убить? Продать? Подать на завтрак свиньям? Отпустить мы вас не можем.
В тот момент черная маска, не отрываясь, смотрела на нас. Он думал, размышлял что делать с нами.
— Дайте нож.
— Прозвучал голос из-под маски. После подачи ножа он подозвал одного из нас, но от ужаса мы и шагу не могли ступить в его сторону.
— Хм. Бегун, подойди ко мне.
— Мое тело замерло, а сердце стало быстрее метаться от этих слов.
— Подойди. Я тебя должен упрашивать? Тартар, если он сейчас ко мне не подойдет, сделай с ним то же самое что и с этими пленными.
В один миг у меня встала картина всего ужаса и я тут же помчался к темноликому. Подбегая, я запнулся и упал в океан крови лицом, прямо перед ним. В тот момент меня охватила истерика и мое сознание хотело исчезнуть. Я бы закричал во все горло, если бы не сильно давление кошмара, который мог бы со мной приключиться. Если бы я издал громкий писк, то они бы втоптали меня тут же в эту теплую влажность. Когда я поднял голову, то увидел перед собой раскрытую ладонь, на которой лежал нож.
— Батончик. Ты знаешь кто такой творец? — Тогда я еще не знал кто это и поэтому помотал головой.
— Творец — это тот, кто способен создавать что-то новое. Тот, чья фантазия идет в нужное русло. Хочешь быть творцом?
Я не знал что ответить и мужчина, поняв это, засмеялся. Он взял меня на руки, не брезгая испачкать свой белоснежный костюм. Поднес к новой подвешенной девушке и вручил нож. Лично для меня они опустили жертву ниже. Поставили на колени, так как я еле доставал до живота. Предварительно привязали ноги, чтоб не брыкалась.
— Режь.
— Сказал он и вдруг, от этого слова жертва очнулась и стала волнительно смотреть по сторонам и выкрикивать извинения. У нее, почему-то не был прикрыт рот. Посмотрев на меня, стала скандировать, чтоб я бросил нож. В голову поплыли воспоминания ссор родителей и их крики друг на друга. От злости, я лишь сжал нож двумя руками.
— Режь, малыш. Творец способен создавать и забирать. Ты творец, а значит создай мир на её теле. Красками будет служить кровь. Создай мир, в котором нет того, чего ты не хочешь. Мир, в котором много игрушек и сладостей. Нарисуй его на её теле. Включи фантазию карапуз. Холстом мира послужит её бархатное тело. Изобрази на холсте свою фантазию.
Я медленно стал надвигать нож к телу. Крики жертвы стали с привкусом мата. Когда нож сделал маленький порез и капля крови упала к своим теплым родственникам, девушка стала материть меня и пытаться ударить хоть какой-нибудь частью тела.
— Не бойся. Не стоит бояться своей фантазии.
— Сказал темноликий и положил свою руку мне на плечо. В тот момент страх отступил и я почувствовал поддержку. Такое чувство у меня раньше возникало, когда отец мне помогал в чем-то. Но когда окружение стала вновь проникать в меня, то страх вернулся.
— Ты сможешь. Я верю в тебя.
Я бы не смог убить тогда, если бы не плевок девушки мне в лицо и смешки людей в масках. От сильной обиды и ярости, я воткнул нож в живот. Гнев не остывал во мне и я, закрыв глаза, стал махать ножом по телу. Тогда была лишь темнота. Я будто ослеп, но в моей голове прозвучали слова мужчины в маске. Нарисовать свой мир? Представить что это холст, а я художник. Чем больше я думал об это, тем легче мне становилось. Хоть мои глаза были закрыты, но я все равно видел мир. Прекрасный, сладкий мир без ссор и других проблем. Фантазируя, я смог.
Когда я открыл глаза, то всё было в крови. Мои ноги стояли посреди стекавших органов жертвы. Кровь! Кровь! Везде кровь и внутренности. Передо мною была картина ужаса, творцом, которой был я. В тот момент я последний раз чувствовал страх.
— Браво! — Крикнул надзиратель в шляпе и начал хлопать в ладоши. Все остальные начали повторять за ним, кроме сурового громилы: он лишь скрестив руки, смотрел на меня.
— Тартар! Отпусти малыша.
— Сказал темноликий, ведя под ручку плачущих друзей.
— Ты испугал его.
Человек с длинной шляпой был главным в их компании. Верзила, по приказу опустил меня на алый пол. Друзья подбежали ко мне и мы оказались в центре всего этого преступного синдиката.
— Что же с вами делать, маленькие батончики? — Спросил темноликий, приседая на корточки.
— Убить? Продать? Подать на завтрак свиньям? Отпустить мы вас не можем.
В тот момент черная маска, не отрываясь, смотрела на нас. Он думал, размышлял что делать с нами.
— Дайте нож.
— Прозвучал голос из-под маски. После подачи ножа он подозвал одного из нас, но от ужаса мы и шагу не могли ступить в его сторону.
— Хм. Бегун, подойди ко мне.
— Мое тело замерло, а сердце стало быстрее метаться от этих слов.
— Подойди. Я тебя должен упрашивать? Тартар, если он сейчас ко мне не подойдет, сделай с ним то же самое что и с этими пленными.
В один миг у меня встала картина всего ужаса и я тут же помчался к темноликому. Подбегая, я запнулся и упал в океан крови лицом, прямо перед ним. В тот момент меня охватила истерика и мое сознание хотело исчезнуть. Я бы закричал во все горло, если бы не сильно давление кошмара, который мог бы со мной приключиться. Если бы я издал громкий писк, то они бы втоптали меня тут же в эту теплую влажность. Когда я поднял голову, то увидел перед собой раскрытую ладонь, на которой лежал нож.
— Батончик. Ты знаешь кто такой творец? — Тогда я еще не знал кто это и поэтому помотал головой.
— Творец — это тот, кто способен создавать что-то новое. Тот, чья фантазия идет в нужное русло. Хочешь быть творцом?
Я не знал что ответить и мужчина, поняв это, засмеялся. Он взял меня на руки, не брезгая испачкать свой белоснежный костюм. Поднес к новой подвешенной девушке и вручил нож. Лично для меня они опустили жертву ниже. Поставили на колени, так как я еле доставал до живота. Предварительно привязали ноги, чтоб не брыкалась.
— Режь.
— Сказал он и вдруг, от этого слова жертва очнулась и стала волнительно смотреть по сторонам и выкрикивать извинения. У нее, почему-то не был прикрыт рот. Посмотрев на меня, стала скандировать, чтоб я бросил нож. В голову поплыли воспоминания ссор родителей и их крики друг на друга. От злости, я лишь сжал нож двумя руками.
— Режь, малыш. Творец способен создавать и забирать. Ты творец, а значит создай мир на её теле. Красками будет служить кровь. Создай мир, в котором нет того, чего ты не хочешь. Мир, в котором много игрушек и сладостей. Нарисуй его на её теле. Включи фантазию карапуз. Холстом мира послужит её бархатное тело. Изобрази на холсте свою фантазию.
Я медленно стал надвигать нож к телу. Крики жертвы стали с привкусом мата. Когда нож сделал маленький порез и капля крови упала к своим теплым родственникам, девушка стала материть меня и пытаться ударить хоть какой-нибудь частью тела.
— Не бойся. Не стоит бояться своей фантазии.
— Сказал темноликий и положил свою руку мне на плечо. В тот момент страх отступил и я почувствовал поддержку. Такое чувство у меня раньше возникало, когда отец мне помогал в чем-то. Но когда окружение стала вновь проникать в меня, то страх вернулся.
— Ты сможешь. Я верю в тебя.
Я бы не смог убить тогда, если бы не плевок девушки мне в лицо и смешки людей в масках. От сильной обиды и ярости, я воткнул нож в живот. Гнев не остывал во мне и я, закрыв глаза, стал махать ножом по телу. Тогда была лишь темнота. Я будто ослеп, но в моей голове прозвучали слова мужчины в маске. Нарисовать свой мир? Представить что это холст, а я художник. Чем больше я думал об это, тем легче мне становилось. Хоть мои глаза были закрыты, но я все равно видел мир. Прекрасный, сладкий мир без ссор и других проблем. Фантазируя, я смог.
Когда я открыл глаза, то всё было в крови. Мои ноги стояли посреди стекавших органов жертвы. Кровь! Кровь! Везде кровь и внутренности. Передо мною была картина ужаса, творцом, которой был я. В тот момент я последний раз чувствовал страх.
— Браво! — Крикнул надзиратель в шляпе и начал хлопать в ладоши. Все остальные начали повторять за ним, кроме сурового громилы: он лишь скрестив руки, смотрел на меня.
Страница 2 из 4