Меня зовут Олег Кармашев, и это мое признание. 25 августа 2013 года в ночном клубе «Огонь» я познакомился с очаровательной девушкой. Она представилась Евой. Я тогда подумал, что мне чертовски повезло, что ей нравятся полные парни. Сама она имела потрясающую фигуру: пропорциональное, словно выструганное мастером, тело с пышным бюстом и широкими бедрами — просто греческая богиня.
Добавить в моё избранное
9 мин, 26 сек 6032
Мы протанцевали с ней всю ночь. Конечно, многим это покажется глупым, но я по уши влюбился в эту девушку с первой минуты. Было в ней что-то цыганское, чертовски манящее. Естественно, после танцев мы пошли ко мне. Сказать по правде, это был самый лучший секс в моей жизни. Только во время оргазма кое-что мне показалось странным, но тогда я не обратил на это внимания. Её лицо. Оно вдруг стало сморщенным и старым, как гнилой чернослив. Я вскрикнул, но через мгновение передо мной снова предстала потрясающей красоты девушка. Я успокоился, списав всё на обманчивый лунный свет. Луна в тот день была белая и полная, как глаз мертвеца.
Наутро Ева исчезла, правда, оставив на прощание записку: «Эта ночь была потрясающей. Мы могли бы повторить как-нибудь. (номер телефона) Носи это с любовью».
Когда я положил записку на место, то вдруг заметил рядом с нею незамеченный мной ранее небольшой браслет. Кожаный, черный, с какими-то непонятными знаками и символами, вырезанными прямо на коже. «Так вот что я должен носить с любовью», — подумал я. И я носил его. Носил, не снимая.
Мне не пришлось самому звонить по этому номеру — на следующий день она сама нашла меня. Я шел после ВУЗа и увидел её. В черном платье и в черных чулках она выглядела потрясающе. Она улыбнулась мне и спросила:
— Ты носишь мой браслет?
— Конечно, Ева. Он весьма неплохо смотрится с моим костюмом, — ответил я и поцеловал её. Она позволила сделать это, но мне показалось, что весьма неохотно. Она была чем-то встревожена и нетерпеливо перебирала руками, как наркоманка, нуждающаяся в дозе.
— Я должна тебе кое-что рассказать, и ты должен мне помочь, — сказала она и достала из кармана смятый газетный лист.
Я удивился такому повороту, но взял его и начал читать. Это оказались криминальные сводки с позапрошлой недели.
«10 августа в районе Золотовки, по улице Крылова, 67, произошло зверское изнасилование с последующим убийством. Преступник не найден».
«13 августа по улице Оловянная, 13, семья из четырёх человек была застрелена из двустволки. Преступник не найден».
Я прочитал и посмотрел на Еву. Её глаза горели каким-то странным непонятным мне огнем, я кожей чувствовал исходящую от неё немую ярость и никак не мог понять его причины.
— Что с тобой? — только и спросил я.
— Я знаю убийц, — просто сказала она, продолжая сверкать глазами.
Этого я никак не ожидал. Она по-настоящему стала пугать меня.
— Откуда ты знаешь? — спросил я, но она тихонько прикоснулась до моей руки примерно в районе браслета и сладко пропела:
— Не волнуйся, милый. Всё будет хорошо, просто пошли со мной.
И тут произошло то, чего я никак не ожидал. Я просто пошел за ней, молча, не произнося никаких слов или возражений, хотя таковые имелись. Казалось, моя воля отключилась, и я просто делал то, что мне велят. Мало того, мое сознание также стало отключаться.
Очнулся я рядом с изуродованным трупом мужчины в какой-то незнакомой мне квартире. Я был весь в крови. Ева стояла в сторонке, скрестив руки на груди, и улыбалась. Она была счастлива. Я заставил её улыбаться и быть счастливой, а значит, не имело значения, что мне пришлось сделать для этого. Я вроде улыбнулся ей в ответ, и она сказала:
— Он — насильник и убийца. Ты сделал хорошее дело, Олег, — она впервые назвала меня по имению. Затем она подошла ко мне поцеловала так страстно, что я закрыл глаза от удовольствия.
Когда я их открыл, то оказался дома, на диване. Мама сидела со мной рядом и смотрела какую-то передачу по Первому каналу. Я был весь в поту из-за приснившегося кошмара. Посмотрел на время — было шесть часов вечера.
— Ты чего так поздно пришел сегодня? Обычно в час уже за компьютером, а тут аж в пять заявился. Девушка наконец появилась? — спросила мама.
Моё сердце ухнуло вниз. Я не помнил ничего, кроме тех ужасных сцен, которые мне приснились. Но не могло же это произойти в самом деле?
— Не знаю, — ответил я и, пощупав руку, ощутил привкус дикого страха во рту. На руке был тот самый браслет. Я встал и пошел в ванную. Мама все это время не сводила с меня обеспокоенных глаз.
«Если бы это все было правдой, то моя рубашка была бы пропитана кровью насквозь», — подумал я. Но моя рубашка была идеально чистой, даже не было типичных для парней круглых потных пятен. Это меня и насторожило.
Я решил снять рубашку. Когда дело было сделано, я кинул её в сторону и посмотрел в зеркало. От ужаса у меня зашевелились волосы на голове. Резкий рвотный импульс согнул меня пополам, и я в считанные секунды опустошил свой желудок прямо на пол. Весь мой торс был в засхошей крови, на нем не было ни единого участка белой кожи. Я открыл душ и залез в ванную, все ещё тяжело дыша и не веря в случившееся.
«Я убийца… убийца, — проносилось у меня в голове.»
— Моя жизнь кончена.
Наутро Ева исчезла, правда, оставив на прощание записку: «Эта ночь была потрясающей. Мы могли бы повторить как-нибудь. (номер телефона) Носи это с любовью».
Когда я положил записку на место, то вдруг заметил рядом с нею незамеченный мной ранее небольшой браслет. Кожаный, черный, с какими-то непонятными знаками и символами, вырезанными прямо на коже. «Так вот что я должен носить с любовью», — подумал я. И я носил его. Носил, не снимая.
Мне не пришлось самому звонить по этому номеру — на следующий день она сама нашла меня. Я шел после ВУЗа и увидел её. В черном платье и в черных чулках она выглядела потрясающе. Она улыбнулась мне и спросила:
— Ты носишь мой браслет?
— Конечно, Ева. Он весьма неплохо смотрится с моим костюмом, — ответил я и поцеловал её. Она позволила сделать это, но мне показалось, что весьма неохотно. Она была чем-то встревожена и нетерпеливо перебирала руками, как наркоманка, нуждающаяся в дозе.
— Я должна тебе кое-что рассказать, и ты должен мне помочь, — сказала она и достала из кармана смятый газетный лист.
Я удивился такому повороту, но взял его и начал читать. Это оказались криминальные сводки с позапрошлой недели.
«10 августа в районе Золотовки, по улице Крылова, 67, произошло зверское изнасилование с последующим убийством. Преступник не найден».
«13 августа по улице Оловянная, 13, семья из четырёх человек была застрелена из двустволки. Преступник не найден».
Я прочитал и посмотрел на Еву. Её глаза горели каким-то странным непонятным мне огнем, я кожей чувствовал исходящую от неё немую ярость и никак не мог понять его причины.
— Что с тобой? — только и спросил я.
— Я знаю убийц, — просто сказала она, продолжая сверкать глазами.
Этого я никак не ожидал. Она по-настоящему стала пугать меня.
— Откуда ты знаешь? — спросил я, но она тихонько прикоснулась до моей руки примерно в районе браслета и сладко пропела:
— Не волнуйся, милый. Всё будет хорошо, просто пошли со мной.
И тут произошло то, чего я никак не ожидал. Я просто пошел за ней, молча, не произнося никаких слов или возражений, хотя таковые имелись. Казалось, моя воля отключилась, и я просто делал то, что мне велят. Мало того, мое сознание также стало отключаться.
Очнулся я рядом с изуродованным трупом мужчины в какой-то незнакомой мне квартире. Я был весь в крови. Ева стояла в сторонке, скрестив руки на груди, и улыбалась. Она была счастлива. Я заставил её улыбаться и быть счастливой, а значит, не имело значения, что мне пришлось сделать для этого. Я вроде улыбнулся ей в ответ, и она сказала:
— Он — насильник и убийца. Ты сделал хорошее дело, Олег, — она впервые назвала меня по имению. Затем она подошла ко мне поцеловала так страстно, что я закрыл глаза от удовольствия.
Когда я их открыл, то оказался дома, на диване. Мама сидела со мной рядом и смотрела какую-то передачу по Первому каналу. Я был весь в поту из-за приснившегося кошмара. Посмотрел на время — было шесть часов вечера.
— Ты чего так поздно пришел сегодня? Обычно в час уже за компьютером, а тут аж в пять заявился. Девушка наконец появилась? — спросила мама.
Моё сердце ухнуло вниз. Я не помнил ничего, кроме тех ужасных сцен, которые мне приснились. Но не могло же это произойти в самом деле?
— Не знаю, — ответил я и, пощупав руку, ощутил привкус дикого страха во рту. На руке был тот самый браслет. Я встал и пошел в ванную. Мама все это время не сводила с меня обеспокоенных глаз.
«Если бы это все было правдой, то моя рубашка была бы пропитана кровью насквозь», — подумал я. Но моя рубашка была идеально чистой, даже не было типичных для парней круглых потных пятен. Это меня и насторожило.
Я решил снять рубашку. Когда дело было сделано, я кинул её в сторону и посмотрел в зеркало. От ужаса у меня зашевелились волосы на голове. Резкий рвотный импульс согнул меня пополам, и я в считанные секунды опустошил свой желудок прямо на пол. Весь мой торс был в засхошей крови, на нем не было ни единого участка белой кожи. Я открыл душ и залез в ванную, все ещё тяжело дыша и не веря в случившееся.
«Я убийца… убийца, — проносилось у меня в голове.»
— Моя жизнь кончена.
Страница 1 из 3
