Витторио-вампир. Новые вампирские хроники

— Но Флориан, — задыхаясь, возразила Урсула, — умоляю вас.

— Позволь мне, милостивый Властелин, спросить тебя, — произнес я, — раз справедливость и история так много значат для тебя. Если я стою перед судом, и суд этот праведный, почему бы мне не прибегнуть к людской защите? Почему бы не призвать в свидетели людей? Почему не обратиться за помощью к любому человеку, способному ее оказать?

Казалось, мой вопрос его несколько озадачил. Помолчав, он заговорил снова:

— Мы и есть Суд Праведный, сын мой, — торжественно произнес он. — Ты — ничтожество, и сам знаешь это. Мы могли бы позволить жить твоему отцу, как мы позволяем жить самцу-оленю, чтобы вместе со своей самкой он мог плодить потомство. Но не более того.

— Здесь среди вас есть люди?

— Нет никого, кто мог бы помочь тебе, — ответил он, и впервые рассмеялся с некоторой гордостью.— А ты считаешь, что они нужны нам? Ты думаешь, наша маленькая голубятня не успокаивается к утру? Ты считаешь, что нам здесь нужна человеческая стража?

— Я в этом совершенно уверен. А вы просто слабоумный, если воображаете, что я хоть когда-нибудь присоединюсь к вашему Двору! О какой людской охране может идти речь, если внизу, прямо под вами, целая деревня знает, что вы такое и кто вы такие, если вы появляетесь среди них только по ночам и не можете выходить к людям при свете дня?

Снисходительно улыбнувшись, спокойным тоном он произнес:

— Это не более чем скопище бездельников. Ты понапрасну тратишь мое время на тех, кто не заслуживает даже презрения.

— Хм-м-м, вы ошибаетесь, вынося столь поспешное суждение. Полагаю они заслуживают определенного уважения, мой Властелин!

Старейший рассмеялся.

— Хотя бы за их кровь,— пробормотал он сквозь приступы смеха

Откуда-то еще из зала послышалось сдавленное хихиканье, но сразу же стихло, как будто прозвенели осколки разбитого стекла.

Властелин заговорил снова:

— Урсула, я рассмотрю твою просьбу, но я не…

— Нет, ибо я сам этого не желаю! — возразил я.— Даже будь я проклят, я никогда не присоединюсь к вам.

— Придержи язык,— спокойно предостерег меня Властелин.

— Вы явно слабоумные, если вам не приходит в голову, что горожане там, внизу, могут восстать, при свете дня штурмом взять эту крепость и найти все ваши тайные убежища!

По всему огромному залу пронеслось какое-то шуршание, послышался глухой ропот, но ни одного слова я различить не смог. Складывалось, однако, впечатление, что эти бледнолицые монстры все же как-то общались между собой — мысленно или обмениваясь взглядами,— и потому так шелестели и колыхались их роскошные тяжеловесные одеяния.

— Вы просто оцепенели в свой тупости! — заявил я. — Вы сами позаботились, чтобы вас узнавали по всему белу свету, и считаете, что этот ваш Двор Рубинового Грааля сможет продержаться вечно?

— Ты оскорбляешь меня,— возмутился Властелин. На его щеках, как это ни удивительно и непостижимо, проявилось некое подобие нежнейшего, божественного румянца,— Будь любезен, успокойся, пожалуйста

— Это я оскорбил вас? Мой господин, позволь дать тебе совет. Днем ты беспомощен — мне это известно. Вы нападаете по ночам, и только по ночам. Все факты и все слухи свидетельствуют об этом Я помню, как твои стаи налетели на дом моего отца Я помню и предостережение: «Взгляни на небо!» Мой Властелин, вы слишком долго прожили в своем диком лесу. Вам нужно было последовать примеру моего отца и послать нескольких учеников к философам и священникам во Флоренцию.

— Не стоит издеваться надо мной, — умоляющим тоном, но, сохраняя сдержанность, присущую отличному воспитанию, сказал он. — Ты будишь во мне гнев, Витторио, а я не вижу причин для него.

— Твое время истекает, старый дьявол, — отвечал я. — Так что веселись в своем древнем замке, пока можешь.

Урсула вскрикнула, но остановить меня было уже невозможно.

— Должно быть, вы откупились от старшего поколения идиотов, управляющих городом и по сию пору,— сказал я.— Но если вы не предвидите, что все общины граждан Флоренции, Венеции и Милана могут объединиться и выступить против вас такими силами и с такой яростью, с какими вам еще не доводилось сталкиваться, значит, вы мечтатель. Угрозу для вас представляют вовсе не такие люди, как мой отец. Гораздо опаснее, мой Властелин, люди ученые — университетские астрологи и алхимики, прочитавшие великое множество книг. Это они двинутся на вас — современное поколение, о котором вы не имеете ни малейшего понятия, и они выследят вас, как древнего зверя из легенды, и вытащат из темного логова на теплый солнечный свет, и всем вам отрубят головы.

— Убей его! — раздался женский крик.

— Уничтожь его, и немедленно, — твердо поддержал требование какой-то мужчина.

— Он недостоин оставаться в нашем убежище, недостоин даже стать жертвой!