Сёстры мчались по прогону — вниз, к озеру. Рябило солнце за высоким плетнём, росные, ещё не скошенные травы стегали голые коленки, но бег по влажным камням создавал ощущение полёта, и про всё остальное можно было забыть. Быстрее, ещё быстрее! Весной здесь бурлил ручей из талых вод, вымывал глину, оставляя бугристое жёсткое ложе. Оступаться не стоило, но страх пьянил так же, как свистящий в ушах ветер.
Добавить в моё избранное
152 мин, 5 сек 6257
С войны он вернулся без одной ноги, но ловко управлялся с деревянным протезом, а рыбака, удачливее его, в деревне, наверное, и не было.
— А я вот думаю, — сказала Вероника, щурясь на далёкий тот берег.
— Помнишь, как бабушка рассказывала, что в войну, когда немцы бомбили, озеро буквально кипело? Представляешь, сколько надо бомб, чтобы вся эта вода бурлила как в кастрюле, какой это адский грохот? Почему же Григорий тогда не проснулся?
— Какой же дурак вылезет, если кругом война? Глубже только спрячется.
Анна тоже посмотрела вслед летящему над тихой водой челноку. А ведь прятались, больными притворялись. Много на свете вампиров, хорошо, что не все, а то фашисты до сих пор топтали бы эту землю. Тогда, наверное, и молния не помешала бы Григорию спать в норе под обрывом, дожидаясь тихих времён.
Глава 9
Ночью разыгралась непогода. По крыше молотил дождь, спать от этого было уютнее, но брезжило на грани забытья и яви сожаление об ещё одном потерянном дне лета. К утру капли реже стучал в дранку, даже солнце выглянуло, хотя почти сразу опять скрылось, зато ветер усилился. Когда сёстры выглянули в окно, глазам предстал настоящий разгул стихии. Деревья клонились и мотались на ветру, блестя мокрыми листьями, а хорошо видное с балкона озеро всё шло злыми серыми волнами с белой опушкой гребней.
— Ух ты! Если бы не дождь… — вздохнула Анна.
— Похоже, он стихает.
Сёстры давно вынашивали один план, да всё не подворачивалась возможность его осуществить. Недавно приезжал из города дальний родственник погостить и рассказал, как они с приятелем в ветреную погоду катались на лодке под парусом. То есть ни мачты, ни полотна у них не было, просто один встал на носу, распахнув куртку, а другой рулил на корме. Летели, по словам троюродного брата, так, что за позади бурлила пена.
Идея показалась блестящей, но сёстры отчётливо понимали, что при их невеликом размере эффект произойдёт не столь значительный. То есть, предстояло или увеличить парусность, или дождаться действительно буйной погоды.
Продолжать розыски на острове и вообще какие-либо действия против вампира, когда тучи плотно закрывали небо, было неразумно, зато появился шанс от души развлечь себя долгожданной затеей.
Дождь, как по заказу, стих, потом совсем перестал, а ветер только усилился. Завтракая, Анна всё время поглядывала в окно, чтобы по тому, куда и насколько усердно клонятся тополя, определить силу и направление стихии. Дуло с севера или северо-востока. С юго-запада было бы предпочтительнее, тогда почти всё озеро удалось бы пролететь, радуясь и красуясь, хотя, конечно, лучше не маячить на глазах как взрослых, так и детей. Увидит кто, наябедничает родителям, и прощай свобода пользоваться лодкой.
Бабушке наврали, что поиграют в сарае, да и направились туда, крадучись и стараясь не на виду держать вёсла. Пришлось сделать изрядный крюк, пока добрались до прогона и побежали вниз. Теперь между ними и приключением уже никто не должен был стать.
На озере не было даже рыбаков, наверно, в такую непогодь не клевало. Двойняшки задержались на бровке окопа, чтобы полюбоваться взбешённой водой. Свистело в ушах, а подняв весло и развернув лопасть, трудно было удержать его в руках. Погода — загляденье.
Лодка раскачивалась у мостков. Пришлось вычерпать изрядно дождевой воды, прежде чем пуститься в плавание. Под берегом стихия не слишком усердствовала, потому отчалили без особого труда. Вероника как всегда сидела на корме, Анна на вёслах, она повела лодку на середину озера, где ветер был особенно лют, и развлечение могло доставить наибольшее удовольствие.
Грести на такой волне оказалось непросто: одно весло цепляло воду, другое попадало в ложбину между волнами, а иногда промахивались оба, поэтому лодку дёргало из стороны в сторону, раскачивало. Летели брызги, отчего кофточка быстро промокла. К счастью Веронике доставалось немного меньше, но и она временами морщилась, уклоняясь от нечаянных фонтанов.
— Извини, выберемся на простор, будет легче.
— Ничего страшного.
Борясь с непослушными вёслами, Анна и не заметила, как отдалился берег, теперь лодку окружали те самые высокие волны с белыми шипящими бурунами. Вырвались на простор! Пришло время пустить посудину по ветру, а не против него, как шли до сих пор.
Собственно говоря, стихия так и норовила поставить лодку вдоль грядок, усилий прикладывать не пришлось. Их закрутило, ударило в днище, накренило так, что подветренный борт черпанул воды, а ведь и наполовину ещё не повернули.
Только теперь Анна по-настоящему испугалась. Намертво вцепившись в ручки вёсел, она принялась из всех сил загребать левым и табанить правым, сначала ничего не выходило, лодку мотало, норовя опрокинуть. Вероника пыталась помочь, наваливаясь на возносящийся борт, но куда там с её цыплячьим весом!
— А я вот думаю, — сказала Вероника, щурясь на далёкий тот берег.
— Помнишь, как бабушка рассказывала, что в войну, когда немцы бомбили, озеро буквально кипело? Представляешь, сколько надо бомб, чтобы вся эта вода бурлила как в кастрюле, какой это адский грохот? Почему же Григорий тогда не проснулся?
— Какой же дурак вылезет, если кругом война? Глубже только спрячется.
Анна тоже посмотрела вслед летящему над тихой водой челноку. А ведь прятались, больными притворялись. Много на свете вампиров, хорошо, что не все, а то фашисты до сих пор топтали бы эту землю. Тогда, наверное, и молния не помешала бы Григорию спать в норе под обрывом, дожидаясь тихих времён.
Глава 9
Ночью разыгралась непогода. По крыше молотил дождь, спать от этого было уютнее, но брезжило на грани забытья и яви сожаление об ещё одном потерянном дне лета. К утру капли реже стучал в дранку, даже солнце выглянуло, хотя почти сразу опять скрылось, зато ветер усилился. Когда сёстры выглянули в окно, глазам предстал настоящий разгул стихии. Деревья клонились и мотались на ветру, блестя мокрыми листьями, а хорошо видное с балкона озеро всё шло злыми серыми волнами с белой опушкой гребней.
— Ух ты! Если бы не дождь… — вздохнула Анна.
— Похоже, он стихает.
Сёстры давно вынашивали один план, да всё не подворачивалась возможность его осуществить. Недавно приезжал из города дальний родственник погостить и рассказал, как они с приятелем в ветреную погоду катались на лодке под парусом. То есть ни мачты, ни полотна у них не было, просто один встал на носу, распахнув куртку, а другой рулил на корме. Летели, по словам троюродного брата, так, что за позади бурлила пена.
Идея показалась блестящей, но сёстры отчётливо понимали, что при их невеликом размере эффект произойдёт не столь значительный. То есть, предстояло или увеличить парусность, или дождаться действительно буйной погоды.
Продолжать розыски на острове и вообще какие-либо действия против вампира, когда тучи плотно закрывали небо, было неразумно, зато появился шанс от души развлечь себя долгожданной затеей.
Дождь, как по заказу, стих, потом совсем перестал, а ветер только усилился. Завтракая, Анна всё время поглядывала в окно, чтобы по тому, куда и насколько усердно клонятся тополя, определить силу и направление стихии. Дуло с севера или северо-востока. С юго-запада было бы предпочтительнее, тогда почти всё озеро удалось бы пролететь, радуясь и красуясь, хотя, конечно, лучше не маячить на глазах как взрослых, так и детей. Увидит кто, наябедничает родителям, и прощай свобода пользоваться лодкой.
Бабушке наврали, что поиграют в сарае, да и направились туда, крадучись и стараясь не на виду держать вёсла. Пришлось сделать изрядный крюк, пока добрались до прогона и побежали вниз. Теперь между ними и приключением уже никто не должен был стать.
На озере не было даже рыбаков, наверно, в такую непогодь не клевало. Двойняшки задержались на бровке окопа, чтобы полюбоваться взбешённой водой. Свистело в ушах, а подняв весло и развернув лопасть, трудно было удержать его в руках. Погода — загляденье.
Лодка раскачивалась у мостков. Пришлось вычерпать изрядно дождевой воды, прежде чем пуститься в плавание. Под берегом стихия не слишком усердствовала, потому отчалили без особого труда. Вероника как всегда сидела на корме, Анна на вёслах, она повела лодку на середину озера, где ветер был особенно лют, и развлечение могло доставить наибольшее удовольствие.
Грести на такой волне оказалось непросто: одно весло цепляло воду, другое попадало в ложбину между волнами, а иногда промахивались оба, поэтому лодку дёргало из стороны в сторону, раскачивало. Летели брызги, отчего кофточка быстро промокла. К счастью Веронике доставалось немного меньше, но и она временами морщилась, уклоняясь от нечаянных фонтанов.
— Извини, выберемся на простор, будет легче.
— Ничего страшного.
Борясь с непослушными вёслами, Анна и не заметила, как отдалился берег, теперь лодку окружали те самые высокие волны с белыми шипящими бурунами. Вырвались на простор! Пришло время пустить посудину по ветру, а не против него, как шли до сих пор.
Собственно говоря, стихия так и норовила поставить лодку вдоль грядок, усилий прикладывать не пришлось. Их закрутило, ударило в днище, накренило так, что подветренный борт черпанул воды, а ведь и наполовину ещё не повернули.
Только теперь Анна по-настоящему испугалась. Намертво вцепившись в ручки вёсел, она принялась из всех сил загребать левым и табанить правым, сначала ничего не выходило, лодку мотало, норовя опрокинуть. Вероника пыталась помочь, наваливаясь на возносящийся борт, но куда там с её цыплячьим весом!
Страница 23 из 42
