Сумерки спускались на охваченную первыми осенними заморозками землю. Они укрывали остывшие каменные дорожки, укутывали статуи, источенные временем, искаженные мягким бархатом темноты. Тени, отбрасываемые ветвями деревьев, скользили по потертому камню, холодный ветер кружил опавшие листья, наполняя темноту пряным прелым ароматом.
Добавить в моё избранное
63 мин, 44 сек 17660
Они пронзали ботинки, проникали в ее плоть — шаг за шагом. Время от времени Мария оборачивалась и каждый раз видела все ту же картину — кровавый след, будто алый шлейф, тянущийся за ней.
Она закрыла глаза, и, казалось, уснула. Ей мерещились картины далеко прошлого — крики людей, ямы, в которые сбрасывались тела, плачь, отчаяние… — Погоди, сейчас открою.
— Голос Адреаса вернул ее к действительности.
«Слава Богу, дошли!» — выдохнул он, доставая из кармана мантии толстый металлический ключ.
Поначалу паника и растерянность завладели Адреасом, но ему удалось перебороть себя и верно все рассчитать. До его дома было слишком далеко, им никак нельзя было добраться туда незамеченными. Бросить Марию он не мог, это было странно, но подобная мысль ни разу не промелькнула у него в голове. Самым близким местом, где они с Марией могли сейчас найти приют, оказался Отель-Дьё.
Адреас обогнул каменное здание, практически неся на себе ослабевшую Марию, и теперь, мысленно благодаря баронессу, отпирал неприметную деревянную дверь черного хода.
— Что это за место? — прохрипела Мария.
— Тихо.
— Прошептал Адреас, вглядываясь в темный узкий коридор.
Он не был здесь раньше, и, хоть баронесса подробно все описала, боялся заблудиться.
Коридор не освещала ни одна захудалая свеча. Это было ему на руку. Поддерживая Марию, которая после внезапного пробуждения вновь обессилила в его руках, он стал медленно красться вперед.
«Направо, направо, влево и по лестнице вниз. Направо, направо»… — твердил он про себя.
Поначалу предложение баронессы показалось ему забавным, не более. Кто бы мог подумать, что убежище понадобится ему так скоро? Адреас нахмурился.
«Направо. Колдунья она и есть. Налево»… В темноте проступили очертания деревянной лестницы, такой узкой, что Адреасу пришлось взять Марию на руки: сама она идти не могла, а вдвоем было не уместиться. Ступеньки были крутыми и сбитыми настолько неровно, что даже Адреас споткнулся и чуть было не полетел в темноту. Не удержавшись, он выругался, и бранное слово, слившись со скрипом ступеней, нарушило утреннюю тишину богадельни.
Лестница почти прямиком упиралась в каморку — так, как и обещала баронесса. Дверь ее не запиралась, и Адреас легко проник внутрь. В комнате лежали какие-то мешки, ветошь, стояли старые, поломанные стулья. Адреас бережно посадил Марию на один из холщовых мешков, набитых тряпьем.
— Я сейчас вернусь.
Он действовал быстро — Агнесса дала подробные инструкции. Влияние баронессы простиралось широко. Никто не обратил на него внимания. Впрочем, Адреас избегал широких коридоров и людных комнат и повстречал лишь пару-тройку нищих.
«Нет, это нам не подойдет»… — подумал он и продолжил свой путь.
Побродив еще несколько минут, Адреас наткнулся на толстую старуху в выцветших лохмотьях. Она стояла и задумчиво глядела в окно, скрестив руки на бочкообразной груди.
— Эй, ты.
— Окликнул ее Адреас, опасливо озираясь.
— Хочешь заработать? Мне нужна помощь.
Старуха обернулась и живо оглядела его с ног до головы маленькими, хитрыми глазками. Блеск дорогих тканей, богатая вышивка укороченной мантии, из-под которой выглядывал украшенный камнями ворот — ничто не укрылось от ее не по-старушечьи зоркого глаза.
— Всегда готова помочь за хорошую плату.
— Дерзко отозвалась старуха.
— Да и как не помочь такому красивому сеньору?
Она кокетливо склонила голову набок и заправила выбившуюся прядь седых засаленных волос под дырявый, когда-то белый чепец.
Адреас окинул ее растекшуюся фигуру взглядом, полным отвращения.
— Идем.
Им никто не повстречался — он вел ее обходными коридорами. Поначалу старуха живо семенила за ним, довольно ухмыляясь, но только стоило им спуститься к черному ходу, как она остановилась.
— Куда мы идем? — в ее голосе послышались нервные нотки.
Темнота явно пугала старуху.
— В кладовую.
— Ответил Адреас подчеркнуто спокойно.
— Мыши погрызли мешки и изгадили крупу. Надобно перебрать.
Он сам поразился этой внезапной лжи и самодовольно ухмыльнулся, удовлетворенный собственной изобретательностью. Однако отговорка ненадолго успокоила старуха. Она ни за что не хотела спускаться вниз по крутой лестнице.
— Ничего же не видно! Надо бы зажечь свечу. Как можно что-то делать в такой темноте? — ворчала она.
Ее причитания чуть было не заглушили раздавшийся в темноте протяжный стон, но у Адреаса был чуткий слух. Его сильные руки вцепились старухе в шею, она не успела издать и звука — в мгновение ока ее грузное тело полетело вниз, глухо ударяясь о ступени.
Она была еще жива, хоть и не подавала ни малейших признаков, когда спустя секунды Адреас очутился рядом с ней.
Она закрыла глаза, и, казалось, уснула. Ей мерещились картины далеко прошлого — крики людей, ямы, в которые сбрасывались тела, плачь, отчаяние… — Погоди, сейчас открою.
— Голос Адреаса вернул ее к действительности.
«Слава Богу, дошли!» — выдохнул он, доставая из кармана мантии толстый металлический ключ.
Поначалу паника и растерянность завладели Адреасом, но ему удалось перебороть себя и верно все рассчитать. До его дома было слишком далеко, им никак нельзя было добраться туда незамеченными. Бросить Марию он не мог, это было странно, но подобная мысль ни разу не промелькнула у него в голове. Самым близким местом, где они с Марией могли сейчас найти приют, оказался Отель-Дьё.
Адреас обогнул каменное здание, практически неся на себе ослабевшую Марию, и теперь, мысленно благодаря баронессу, отпирал неприметную деревянную дверь черного хода.
— Что это за место? — прохрипела Мария.
— Тихо.
— Прошептал Адреас, вглядываясь в темный узкий коридор.
Он не был здесь раньше, и, хоть баронесса подробно все описала, боялся заблудиться.
Коридор не освещала ни одна захудалая свеча. Это было ему на руку. Поддерживая Марию, которая после внезапного пробуждения вновь обессилила в его руках, он стал медленно красться вперед.
«Направо, направо, влево и по лестнице вниз. Направо, направо»… — твердил он про себя.
Поначалу предложение баронессы показалось ему забавным, не более. Кто бы мог подумать, что убежище понадобится ему так скоро? Адреас нахмурился.
«Направо. Колдунья она и есть. Налево»… В темноте проступили очертания деревянной лестницы, такой узкой, что Адреасу пришлось взять Марию на руки: сама она идти не могла, а вдвоем было не уместиться. Ступеньки были крутыми и сбитыми настолько неровно, что даже Адреас споткнулся и чуть было не полетел в темноту. Не удержавшись, он выругался, и бранное слово, слившись со скрипом ступеней, нарушило утреннюю тишину богадельни.
Лестница почти прямиком упиралась в каморку — так, как и обещала баронесса. Дверь ее не запиралась, и Адреас легко проник внутрь. В комнате лежали какие-то мешки, ветошь, стояли старые, поломанные стулья. Адреас бережно посадил Марию на один из холщовых мешков, набитых тряпьем.
— Я сейчас вернусь.
Он действовал быстро — Агнесса дала подробные инструкции. Влияние баронессы простиралось широко. Никто не обратил на него внимания. Впрочем, Адреас избегал широких коридоров и людных комнат и повстречал лишь пару-тройку нищих.
«Нет, это нам не подойдет»… — подумал он и продолжил свой путь.
Побродив еще несколько минут, Адреас наткнулся на толстую старуху в выцветших лохмотьях. Она стояла и задумчиво глядела в окно, скрестив руки на бочкообразной груди.
— Эй, ты.
— Окликнул ее Адреас, опасливо озираясь.
— Хочешь заработать? Мне нужна помощь.
Старуха обернулась и живо оглядела его с ног до головы маленькими, хитрыми глазками. Блеск дорогих тканей, богатая вышивка укороченной мантии, из-под которой выглядывал украшенный камнями ворот — ничто не укрылось от ее не по-старушечьи зоркого глаза.
— Всегда готова помочь за хорошую плату.
— Дерзко отозвалась старуха.
— Да и как не помочь такому красивому сеньору?
Она кокетливо склонила голову набок и заправила выбившуюся прядь седых засаленных волос под дырявый, когда-то белый чепец.
Адреас окинул ее растекшуюся фигуру взглядом, полным отвращения.
— Идем.
Им никто не повстречался — он вел ее обходными коридорами. Поначалу старуха живо семенила за ним, довольно ухмыляясь, но только стоило им спуститься к черному ходу, как она остановилась.
— Куда мы идем? — в ее голосе послышались нервные нотки.
Темнота явно пугала старуху.
— В кладовую.
— Ответил Адреас подчеркнуто спокойно.
— Мыши погрызли мешки и изгадили крупу. Надобно перебрать.
Он сам поразился этой внезапной лжи и самодовольно ухмыльнулся, удовлетворенный собственной изобретательностью. Однако отговорка ненадолго успокоила старуха. Она ни за что не хотела спускаться вниз по крутой лестнице.
— Ничего же не видно! Надо бы зажечь свечу. Как можно что-то делать в такой темноте? — ворчала она.
Ее причитания чуть было не заглушили раздавшийся в темноте протяжный стон, но у Адреаса был чуткий слух. Его сильные руки вцепились старухе в шею, она не успела издать и звука — в мгновение ока ее грузное тело полетело вниз, глухо ударяясь о ступени.
Она была еще жива, хоть и не подавала ни малейших признаков, когда спустя секунды Адреас очутился рядом с ней.
Страница 10 из 19
