Шум

Попал в него чисто случайно. Возвращался домой поздно вечером — задержался на работе, какая-то девушка, мило улыбаясь, протянула ему визитку с номером. Мужчина никогда не придавал такой рекламе особого значения и выбрасывал флаера и визитки, едва получив их в руки, но тогда он сунул ее в карман и вспомнил о ней уже дома. Рассмотрел поближе и набрал номер. Приятный женский голосок предлагал ему множество услуг, но Сэм зацепился за многообещающую помощь с копанием в мозгах. Он понял, что ему нужно выговориться, иначе прошлое будет ходить за ним кошмарной тенью, не давая спокойно вдохнуть. И вот он здесь.

— Мистер Хофман?

Психолог снова отдернул его, и мужчина поднял взгляд к потолку, заговорив:

— Куда бы я ни пошел, везде одни вампиры или что-то, что о них напоминает. Кровь, кресты, гробы, достопримечательности, вывески новых вампирских триллеров, яркие плакаты. Ручки в форме колов, терки с крестами. Вампиры, вампиры, вампиры. Всюду одни вампиры… Мой психоаналитик тоже вампир. Да что говорить… Я сам вампир!

— Мне кажется, что… — Девять.

— Что, простите?

— Уже девять, — повторим Сэм, вставая.

— Мне пора на работу.

— Но мы же еще не закончили, — удивился психолог.

— Я закончил, — немного резко ответил мужчина.

— Если Вы так считаете… — неохотно согласился вампир.

Хофман достал портик, отсчитал нужную сумму и, оставив ее на столе работника бюро, покинул кабинет.

Мужчина спустился вниз по лестнице — не стал ждать, пока освободится лифт, и прошел мимо старика в фойе.

Сегодня Арнольд Карлович входную дверь даже и не собирался открывать: ни когда вытащил свои косточки из нижнего ящика офисного шкафа, который последние сто семнадцать лет заменял ему гроб; ни когда захотел позавтракать — к счастью, в холодильнике оставался последний пакетик крови. Да и смысл отпирать замок? Сегодня-то точно никто не заявится. Не потому что суббота, а потому что все клиенты при делах. Арнольд Карлович улыбнулся — а это происходило с ним с такой же частотой, как наступление 29 февраля в году — и присел за свой рабочий стол. Наконец-то можно заняться рассортировкой многочисленной картотеки. Это картотеку давно стоило бы перевести в электронный вид, тем самым освободив громадную площадь от нескольких тонн пыльной макулатуры. Но это было невозможно, т. к. о существовании компьютеров Арнольд Карлович осведомлён не был.

Арнольд Карлович принимал посетителей в «Бюро вампирских услуг» вот уже двести двадцать два года и, казалось, никогда не покидал своего рабочего места. Раздражало Арнольда Карловича всё, начиная от вечно болтающих с маленькими черными светящимися изнутри портсигарами молодёжи и заканчивая ярко-красной помадой своей начальницы. Картотеку Арнольд Карлович вёл вручную, изредка пользуясь древней, как его борода, пишущей машинкой, которую он, между прочим, вот уже два века воспринимал, как новейшее чудо техники, прикасаясь к ней осторожно, с почтением, нежным нажатием указательного пальчика правой руки.

Посасывая через трубочку кровь, Арнольд Карлович открыл последнее дело и тут же поперхнулся. Проклятый Уопшот Сомтоу, опять за своё взялся, чтоб он сгорел на солнце.

Признаться, Арнольд Карлович не всегда ненавидел Сомтоу. При первом знакомстве Арнольд Карлович принял его за ботаника-натуралиста, т. к. Уопшот просил бюро регулярно поставлять ему «ночных бабочек», но когда Арнольд Карлович узнал, о каких именно «ночных бабочках» идёт речь, то на пару месяцев забрался в свой ящик-гроб и упорно отказывался из него выходить. Арнольд Карлович считал всех женщин, у которых из-под юбки виднелась хоть какая-либо часть ног, потаскухами, о чём громогласно вещал в их присутствии. А тут… а тут… сами понимаете… Ботаник-натуралист в один миг потерял всё уважение в глазах Арнольда Карловича.

К тому же за Сомтоу водился и грешок похуже. Он должен был приглядывать за Донасьеном, но вовремя не предупредил бюро о том, что «подопечный» якшается с неким русским святошей. Арнольд Карлович, конечно, не имел ничего против стариков, особенно, после истории с«бабочками», но искренне возмущался, что ни Сомтоу, ни Донасьен не поставили бюро в известность об этих встречах.

Папку с делом Донасьена Арнольд Карлович отправил начальнице с пометкой «требуют внимания», зная, что директриса обязательно поговорит с Донасьеном по поводу его походов в церковь.

Папку с делом Сомтоу Арнольд Карлович уже устал отправлять директрисе и получать обратно, поэтому он отправил обратно в шкаф для проблемных клиентов (на котором кто-то из клиентов по недогляду Арнольда Карловича написал «Адски отжигающие» — Арнольд Карлович не понимал, что значит сия надпись, но был уверен, что нечто ругательное).

Сэм прошел мимо, так и не обронив ни слова. Он знал, что это их последняя встреча, но мужчине нет дела до ворчливого старика, которого он запомнит, как и других — тех, кто оставил свой след в его жизни.