Таинственное сечение

Но я думаю иногда, что-то всё в этом мире не всё так по восприятию нашему чувственному, что-то есть из мира другого, разного, которого мы не достигли, не поняли. Что мы знаем о мире космическом? Что мы знаем обо всём этом Мире? Мы ведь только заключены, пока заключены, в одной оболочке под названием Земля, звучащую на многих языках по разному, но, конечно, не в этом дело. Планета — она есть планета. Что-то есть то, что пока не в разрешении нашего разума. Можно называть науки, да и другие институты. Хотя, молодой человек, я могу и ошибиться. Просто, эти вопросы для меня. Конечно, было это интересно для Вас или нет, но, может быть, когда-нибудь и Вы задумаетесь над этим. На старости лет, иногда, так хочется откровения. Может, когда-нибудь, и Вам доведётся это.

Небо стало светлеть. Вероятно, поезд ходом своим выходил из территории, что оказалась под властью громадных туч. Воздух был наполнен испарением, вызванным косыми лучами солнца, неуклонно идущего на закат. Ярким светом озарил проблеск Уды. Мы подъезжали к остановке — вокзал Улан-Удэ.

— Я был рад побеседовать с Вами, рассказать про эту картину. Я ведь никому не рассказывал про это. А так хотелось кому-то рассказать. Будто на душе легко стало. Встретимся ли когда-нибудь? Не знаю. Я первый раз в ваших краях и, по всей вероятности, в последний раз. Ночью сяду в другой поезд и домой. А края ваши мне понравились, очень понравились. Жаль, что раньше я не бывал здесь. Ну, желаю Вам всего хорошего.

— И Вам тоже.

На вокзале, как всегда, было многолюдно. Не стал ловить такси, выходить на остановку. Пошёл через виадук. А мысли всё о той же картине. Никогда что-то из области искусства, живописи не занимали меня так, как в тот раз. Дождя не было. И только испарение могло напоминать о прошедшей ненастной погоде. Я шёл домой.