Как если бы я умер

Это возмутительно, это унизительно, и… Он покосился на вампира, ожидая проблеска довольства на его лице, но Алистер просто кивнул. Принялся крутить в руках незажжённую спичку. Его уши снова напряжённо подрагивали; Артур прислушался к своим ощущениям и понял, что делает то же самое — сканирует пространство на подозрительные звуки.

Правда, сейчас они не нравились ему все. Звуки.

— Кстати, сразу после… ну, инцидента, я ещё и напоролся на настоящего. Представь себе везение. Неведомо сколько отсиживался за мусорными бачками. Боже мой, я с детства так не боялся. Но, поверь, нет ничего хуже безответственных чинуш в форме… Они вообще не умеют слушать. Психи, настоящие психи.

— Зато не пресно.

— Точно, — снова усмехнулся Артур.

— Дико, но вообще-то я не солгал. Получилось как-то… по-настоящему… Куда там Холли запропастился?

Алистер сосредоточенно уставился на спичку. Переломил её.

— Поехали отсюда.

— Что?

— Сейчас.

— А что скажем? Мы здесь меньше часа.

— Тебе требуется им что-то объяснять?

— Согласись, будет странно… Алистер кивнул, стремительно ныряя назад в непроницаемость.

— Я вовсе не обязан, — неизвестно почему задетый, запальчиво возразил Артур.

— Поехали.

Он решительно подошёл к столику. Девица с каре, к его колоссальному облегчению, уже вернулась на своё место. Живая.

— Роберт, прошу передать мои извинения Холлису. Увы, Алистеру… нам пора. Я его провожу и, пожалуй, поеду домой.

Вопреки разочарованным вздохам Софи и остальных, они двинулись к выходу. Вампир походя смёл в карман спички с эмблемой клуба. Артур присмотрелся: правый карман лёгкого, без подкладки, блейзера провисал под грузом стильных коробков.

Они вышли в промозглую осень.

Алистер вытащил из нагрудного кармана салфетку с синими каракулями. Скатал в мелкий шарик и бросил в урну.

— Что это?

— Телефон, — сухо пояснил настоящий.

— Ты же её не… — Артур даже похолодел, насколько это было возможно в его состоянии.

Вампир шёл к машине не глядя на него.

— Алистер!

Настоящий прибавил шагу. Чёрный шёлковый блейзер на мощных плечах опасно натянулся.

— Алистер!

— Да не пил я её.

Настоящий на удивление решительно рванул на себя заднюю дверцу автомобиля. Очень быстро нырнул на заднее сидение.

В присутствии Перкинса Артур не рискнул повторять вопрос.

— Это было бы верхом неосмотрительности, — понизив голос, заметил он.

— Этого я не делал, — сказал вампир. Отвернулся и стал смотреть в окно.

Они проехали Редклиф и Фуллхэм-роад.

На Баронс-Корт Артура осенило.

— Боже, — пробормотал он. Конечно, надо было сразу расшифровать интонацию вампира. С ударением на «этого».

Оставалось надеяться, что сумасбродная девица ничего не поняла.

На сей раз без помощи сейфа было не обойтись.

— Здесь тысяча с лишним. Самыми мелкими банкнотами, что у меня есть.

Вампир быстро отправил купюры в карман. И споткнулся на этом жесте, осознав промах.

— Можешь оставить вещи себе, — быстро сказал Артур. Тут же поспешил сделать приглашающий пасс рукой и смягчить свои слова располагающей, как он надеялся, улыбкой. Чтобы стереть читающееся в вырвавшейся фразе: «Всё равно их теперь придётся выбросить».

— Не нужно, — холодно произнёс вампир. Принялся расстёгивать пуговицы. При всей своей повышенной координации он через раз промахивался. Пальцы безрезультатно скользили по тёмной шелковистой ткани. Очевидно, ему хотелось вообще рвануть рубашку и покончить с этим побыстрее.

Чем больше он избавлялся от чуждой одежды, тем более опасным и закрытым становилось его лицо. Словно вместе с этой маскировкой с него слезала слоями и одолженная на вечер человечность.

— Возможно, ты всё-таки… — Где моя одежда?

— Думаю, там же, где ты её оставил, — вежливо ответил Артур. И торопливо добавил:

— Я принесу.

Ему не хотелось касаться вампирского барахла — вдруг кожные болезни и насекомые не гнушаются и немёртвыми, — но ещё меньше он хотел лицезреть своего сообщника голым. Артур запоздало вспомнил, что не сообразил выдать гостю нижнее бельё, и теперь начинало мутить при одной мысли о стриптизе в гостиной.

Старая одежда Алистера была сложена аккуратной стопкой на полу. Как будто вампир с самого начала собирался её забрать. На стеллаж он её тоже не положил, хотя две нижние полки были свободными.

Артур прихватил эту стопку и вернулся в комнату. Одолженные вещи по контрасту со своими вампир побросал небрежно — скомканными, с вывернутыми рукавами, размётанными полами, — как растерзанную жертву. К счастью, на этом эксцессы закончились; к немалому облегчению Артур заметил, что на вампире оставалось заношенное бельё.