Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
Добавить в моё избранное
538 мин, 42 сек 2534
Хотя Темнолесье было далеко от западных границ, жители которых почуствовали все ужасы войны на своей шкуре, но и здесь тоже ощущалось ее дыхание. Все вокруг было проникнуто тревожным ожиданием. К вечеру улицы быстро пустели, двери и ставни наглухо запирались, люди стали замкнуты и неприветливы. Все старались сделать припасы на черный день. Несмотря на приближающее Рождество, мало кто заботился о нарядах и подарках. Для купцов и мелких торговцев настали плохие времена.
Отец Лизы тоже терпел немалые убытки. Он здорово потратился, вложив деньги в большую партию товара, и очень надеялся на предпраздничную неделю, но как назло покупателей было ничтожно мало. Ян как раз собирался в торговые ряды, чтобы закрыть лавку и отпустить домой приказчика, когда у дома остановилась карета с гербом фон Шлотерштайнов, и оттуда выбралась его дочь с закутанными в меха маленькими проказниками и их нянькой, молоденькой вампиршей, на редкость красивой, но всегда мрачной и неулыбчивой. Впрочем с детьми она преображалась и иногда смеялась и дурачилась не хуже своих подопечных.
Лиза кинулась обнимать отца, хотя они виделись совсем недавно, он расцеловал ее в горящие на морозе щеки, подхватил довольно визжащих малышей на руки и вернулся в дом. Встревоженная Катерина выглянула из гостиной:
— Ты зачем вернулся, пути не будет!
— Да ты посмотри только, какие к нам гости! — его жена ахнула, и присев на корточки, стала раздевать внуков.
За ее спиной стоял хитро улыбающийся Антон. Лиза подумала, что теперь эту компанию не уложишь спать до полуночи и подхватила братишку на руки.
— Да ты уже совсем большой парень! Скоро догонишь Алекса, мама, чем вы его только кормите?
— Да уж не тем, чем ты своих, — пробурчал себе под нос Ян, но Лиза сделала вид, что не слышала, и поинтересовалась:
— Папа, а ты куда под вечер собрался, может и я с тобой прогуляюсь?
Яну стало стыдно за свои слова, и он ухватился за это предложение, несмотря на удивленный взгляд Катерины.
Вскоре они уже направлялись по вечерним улочкам городка на главную площадь, где находились торговые ряды. Отец и дочь разговаривали о разных незначительных вещах, вспоминали общих знакомых и забавные случаи из прошлого. Купец с беспокойством заметил, что глаза его девочки остаются серьезными, даже когда она громко хохочет над его шутками. Впрочем, внешне она выглядела вполне благополучно, статная красавица в беличьей шубке и маленькой шапочке из такого же меха. В ушах поблескивали золотые серьги с голубыми камушками, барон фон Шлотерштайн явно не скупился на наряды и украшения для жены.
Но в том, что у нее такие грустные глаза, был виноват только он, пусть только попробует не вернуться с войны! Этот сопливый кровосос обязательно должен вернуться живым и здоровым, иначе… Тут Ян Кречет остановился и от досады плюнул себе под ноги. Иначе что? Не может быть никаких иначе! Чтобы Лиза снова стала сама собой, приходится ему каждое утро поминать в молитвах и ее мужа, хотя он бы ему с удовольствием пожелал на осиновый кол сесть. Это Катерина в зяте души не чает! Всегда обнимет, расцелует, усадит за стол, он же на еду набрасывается, как будто месяц постился. И внуки уродились такие же, вечно голодные, одно слово, нелюди!
Прошло уже почти четыре года с той поры, как его дочка вышла замуж, но Ян до сих пор не мог смириться с тем, что что ее дети слишком уж похожи на своего отца. Уже в шесть месяцев у них появился полный набор зубов, включая клыки. На завтрак им положено пить кровь с молоком, а от манной каши они нос воротят. Хуже всего было то, что он сам дал на этот брак свое отцовское благословение.
Под эти странные размышления купец не заметил, как они дошли до лавки. Торговые ряды представляли собой множество примыкающих друг к другу невысоких одноэтажных строений, расположившихся по обе стороны главной площади городка. Раньше здесь царило оживление до позднего вечера, особенно в эту немного сказочную предпразничную неделю. Жители Темнолесья, не слишком торопясь, ходили из одной лавочки в другую, превратив покупки на Рождество в растянутое удовольствие. Теперь, несмотря на то, что еще не стемнело, двери многих лавок были закрыты.
Молоденький приказчик с почтением встретил хозяина, с любопытством поглядывая на красивую даму рядом с ним. Ян коротко распросил его о том, как прошел день, проверил записи в книгах и пересчитал деньги. Пора было закрывать лавку, но вдруг тревожно звякнул колокольчик на двери, и на пороге появились двое. Резко захлопнулась испуганно скрипнувшая дверь, купец с удивлением обернулся к поздним посетителям:
— Господа что-то хотели купить? Унас лучший выбор в городе!
Но один из вошедших резко перебил его:
— Чтобы покупать, нужны деньги, и от них мы как раз не откажемся! Ну-ка, господин купец, несите их сюда, если еще хотите пожить на свете!
Отец Лизы тоже терпел немалые убытки. Он здорово потратился, вложив деньги в большую партию товара, и очень надеялся на предпраздничную неделю, но как назло покупателей было ничтожно мало. Ян как раз собирался в торговые ряды, чтобы закрыть лавку и отпустить домой приказчика, когда у дома остановилась карета с гербом фон Шлотерштайнов, и оттуда выбралась его дочь с закутанными в меха маленькими проказниками и их нянькой, молоденькой вампиршей, на редкость красивой, но всегда мрачной и неулыбчивой. Впрочем с детьми она преображалась и иногда смеялась и дурачилась не хуже своих подопечных.
Лиза кинулась обнимать отца, хотя они виделись совсем недавно, он расцеловал ее в горящие на морозе щеки, подхватил довольно визжащих малышей на руки и вернулся в дом. Встревоженная Катерина выглянула из гостиной:
— Ты зачем вернулся, пути не будет!
— Да ты посмотри только, какие к нам гости! — его жена ахнула, и присев на корточки, стала раздевать внуков.
За ее спиной стоял хитро улыбающийся Антон. Лиза подумала, что теперь эту компанию не уложишь спать до полуночи и подхватила братишку на руки.
— Да ты уже совсем большой парень! Скоро догонишь Алекса, мама, чем вы его только кормите?
— Да уж не тем, чем ты своих, — пробурчал себе под нос Ян, но Лиза сделала вид, что не слышала, и поинтересовалась:
— Папа, а ты куда под вечер собрался, может и я с тобой прогуляюсь?
Яну стало стыдно за свои слова, и он ухватился за это предложение, несмотря на удивленный взгляд Катерины.
Вскоре они уже направлялись по вечерним улочкам городка на главную площадь, где находились торговые ряды. Отец и дочь разговаривали о разных незначительных вещах, вспоминали общих знакомых и забавные случаи из прошлого. Купец с беспокойством заметил, что глаза его девочки остаются серьезными, даже когда она громко хохочет над его шутками. Впрочем, внешне она выглядела вполне благополучно, статная красавица в беличьей шубке и маленькой шапочке из такого же меха. В ушах поблескивали золотые серьги с голубыми камушками, барон фон Шлотерштайн явно не скупился на наряды и украшения для жены.
Но в том, что у нее такие грустные глаза, был виноват только он, пусть только попробует не вернуться с войны! Этот сопливый кровосос обязательно должен вернуться живым и здоровым, иначе… Тут Ян Кречет остановился и от досады плюнул себе под ноги. Иначе что? Не может быть никаких иначе! Чтобы Лиза снова стала сама собой, приходится ему каждое утро поминать в молитвах и ее мужа, хотя он бы ему с удовольствием пожелал на осиновый кол сесть. Это Катерина в зяте души не чает! Всегда обнимет, расцелует, усадит за стол, он же на еду набрасывается, как будто месяц постился. И внуки уродились такие же, вечно голодные, одно слово, нелюди!
Прошло уже почти четыре года с той поры, как его дочка вышла замуж, но Ян до сих пор не мог смириться с тем, что что ее дети слишком уж похожи на своего отца. Уже в шесть месяцев у них появился полный набор зубов, включая клыки. На завтрак им положено пить кровь с молоком, а от манной каши они нос воротят. Хуже всего было то, что он сам дал на этот брак свое отцовское благословение.
Под эти странные размышления купец не заметил, как они дошли до лавки. Торговые ряды представляли собой множество примыкающих друг к другу невысоких одноэтажных строений, расположившихся по обе стороны главной площади городка. Раньше здесь царило оживление до позднего вечера, особенно в эту немного сказочную предпразничную неделю. Жители Темнолесья, не слишком торопясь, ходили из одной лавочки в другую, превратив покупки на Рождество в растянутое удовольствие. Теперь, несмотря на то, что еще не стемнело, двери многих лавок были закрыты.
Молоденький приказчик с почтением встретил хозяина, с любопытством поглядывая на красивую даму рядом с ним. Ян коротко распросил его о том, как прошел день, проверил записи в книгах и пересчитал деньги. Пора было закрывать лавку, но вдруг тревожно звякнул колокольчик на двери, и на пороге появились двое. Резко захлопнулась испуганно скрипнувшая дверь, купец с удивлением обернулся к поздним посетителям:
— Господа что-то хотели купить? Унас лучший выбор в городе!
Но один из вошедших резко перебил его:
— Чтобы покупать, нужны деньги, и от них мы как раз не откажемся! Ну-ка, господин купец, несите их сюда, если еще хотите пожить на свете!
Страница 57 из 149
