Следы добродетели

Она замерла, словно изваяние, опустив руки, и посмотрела на меня с обиженным непониманием.

— Вальден старается помочь всем, кому может. Он раздает награды за убитых чудовищ нуждающимся. Я не один раз была свидетелем тому, как этот юноша спасает обреченные души. Тех самых людей, которых ты, барон, бросил. Скажи, почему бедные крестьяне должны возделывать землю, которая им не принадлежит, имея с нее крохотный надел, и умирать от голода, когда леса полны дичи? Пока мы ехали сюда, я видела всего троих лекарей, — в ее голосе появился холодный укор, — и все они достойны были называться мясниками.

Я пренебрежительно фыркнул и подошел к небольшой шкатулочке на полке над очагом. Она была прикрыта, но отсветы огня играли на простой драгоценности, лежавшей внутри — то было серебряное обручальное кольцо. Мне не было нужды изучать его, я и так знал, что там была выбита надпись «Навсегда твой, Вальден».

— Сколько осуждения. Они страдают, потому что таков их выбор. Они страдают, — я раздраженно обернулся, — потому что я ненавижу вечно ноющих рохлей, неспособных изменить свою жалкую участь. Они страдают, потому что боль очищает. Нет больше причин. Как только эти крестьяне осознают и начнут бороться за свою жизнь, их положение изменится. Но до тех пор я буду смотреть, как они подыхают, ибо таков их выбор. В конце-то концов, всегда народятся новые. Вы, люди, плодитесь быстро.

— Я усмехнулся и забрал кольцо из шкатулки. Илана смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она, без сомнений, видела в этой вещице куда больше, чем я.

— Вот что тебе было нужно. Но… почему?

— Что, не все открыл тебе твой бог? — моя усмешка стала ироничной.

— Изволь. Это кольцо — свадебное. Это подарок для невесты, выкраденной из-под венца. Ту девушку звали Кассандра.

— Ты монстр, Марис.

Я с улыбкой наклонил голову.

— Большое спасибо. Лестно слышать такое от святой провидицы Всеблагой Матери. Позволь открыть тебе глаза, Илана. Вальден действительно влюбился в мою маленькую непокорную Кассандру, но она никогда не любила его. Ею двигал расчет, корыстолюбие, и, мне кажется, желание выйти из своего сословия. Твой Вальден — посвященный рыцарь, и как рыцарь, он имеет титул и привилегии дворянина. Кем была Кассандра? Простой крестьянкой, пусть и хорошенькой. Я давно присматривался к ней — из-за ее души. Она никогда не была так чиста и невинна, как вообразил себе Вальден. Для него она была ужасной парой. Но для меня ее жадность, непокорность, властолюбие и жестокость были амброзией. Я сделал мальчику большое одолжение, избавив его от тяжкой жизни с нелюбимой женщиной, или что хуже — от участи безответной любви.

— Но он любит ее, вампир. А ты решил использовать это, ты низменная…

Я мягко накрыл ее рот ладонью, не дав закончить.

— Да, он любил ее. Любил, дитя, а не вовсе не любит. Сейчас Вальден не тот благородный рыцарь, каким был когда-то, а его чувство — скорее помешательство, чем страсть. Однако я отвлекся. Только законченный дурак не понял бы вскоре, что Кассандре нужны были только его деньги и титул. Еще, — я усмехнулся, — быть может, его тело. Однако вышло так, что Вальден до сих пор не забыл Кассандру, и не забыл своего благодетеля. Он воспылал ко мне ненавистью, не утруждая себя раздумьями и изучением истины. Илана, я думаю, что он встретил ее три или четыре дня назад. Она должна была напасть на вас. Это так?

Провидица упрямо тряхнула головой. В ее глубоких глазах отражался страх поверить, и в то же время — фанатичная непреклонность.

— Да. Это так, доволен? Не знаю, чего ты пытаешься добиться, клевеща на моего спутника, но тебе не удастся настроить меня против Вальдена.

— Я просто даю тебе пищу для размышлений, Илана. Слушай дальше. Не знаю, как получилось, что ты не распознала в Кассандре вампира. Вот Вальден сразу же узнал свою утраченную любовь, и конечно, вмиг позабыл обо всех прежних планах. Ты думаешь, трудно ей было подчинить влюбленного идеалиста себе окончательно и бесповоротно?

— Я видела, как он убивал зверей в человеческом облике, которые напали на нас, которых он назвал просто «бандиты». Ты лжешь, Марис.

Я рассмеялся, поражаясь ее бесхитростности.

— Что для моей маленькой Кассандры смерть кучки рабов? Стоит ей передернуть плечиками, и у ее ног будут новые. Словом, Кассандра привела своего рыцаря прямиком ко мне. Прямо в логово зла. И я, за давностью лет и незначительностью тех событий, попросту не узнал его. Какое мне было дело до глупого человека, чуть не совершившего роковую ошибку — свадьбу с ядовитой гадюкой? Никакого. Я облегчил его участь, избавив от выбора в будущем, но мне было безразлично, примет он это с благодарностью, или отвергнет с гневом. Он ничего не значил. До недавних пор. Скажи мне, Илана, где была ты во время появления Кассандры?

Она вдруг обхватила себя руками за плечи, словно лихорадка прошибла ее тело.